Трамп нагнул Евросоюз в лице Урсулы

Почему обещания инвестиций в энергетику США — это ловушка для промышленности: разбор цифр

На прошлой неделе прозвучали громкие цифры: Евросоюз, Япония и Корея готовы вложить в экономику США $1,25 трлн. ЕС отдельно обещает купить американских энергоносителей на $750 млрд. Звучит как победа. Но если присмотреться к деталям, картина рассыпается. Я как редактор, который последние десять лет следит за трендами в промышленности и энергетике, вижу здесь клубок противоречий, способный ударить по реальному сектору.

Цифры, которые не сходятся

$1,25 трлн — это эквивалент 7–8 лет полного экспорта всей российской нефти. Но проблема не в деньгах. Проблема в том, что у США нет ни инфраструктуры, ни кадров, чтобы переварить такой поток инвестиций. Заводы по сжижению газа работают на пределе. Терминалы СПГ загружены. Строительство новых мощностей требует 5–7 лет, и это при условии, что найдутся рабочие руки. А их нет.

Недавно я заметил интересную деталь: в отчетах Министерства энергетики США прямо указано, что даже при текущих контрактах на СПГ к 2027 году возникнет дефицит мощностей по сжижению. А тут — дополнительный триллион долларов инвестиций. Это не про развитие. Это про попытку продать воздух.

Любой инженер скажет: если у вас нет свободных производственных мощностей, лишние деньги только разгоняют инфляцию. Вы не получите ни нового металла, ни новых киловатт.

Что будет с реиндустриализацией

Обещание Трампа — вернуть производство в США. Но если весь сжиженный природный газ и нефть уйдут в Европу, на каком топливе будут работать американские заводы? Внутренние цены на энергоносители взлетят. Уже сейчас в Техасе стоимость электроэнергии для промпроизводителей выросла на 30% за два года. Придется выбирать: либо экспорт, либо реиндустриализация. Оба процесса одновременно — ложь.

К тому же $600 млрд от ЕС — это не реальные деньги, а «политическое заявление». Уже через несколько часов после объявления Politico сообщило, что у Евросоюза нет полномочий даже технически организовать такие инвестиции. У них бюджет формируется на семь лет, и он уже сверстан. Никто не будет перекраивать бюджет под обещание, данное в переговорной.

Таблица: что получает каждая сторона

Как это работает на практике: микро-инструкция для аналитика

Когда вы слышите о многотриллионных сделках, задайте три вопроса:

• Есть ли у продавца свободные производственные мощности для выполнения обязательств?
• Есть ли у покупателя законодательная возможность перебросить бюджет в течение года?
• Каким будет реальный энергобаланс через 3 года, если все контракты исполнятся?

В случае с американо-европейской сделкой ответы — «нет», «нет» и «кризис». Европа рискует остаться без российских ресурсов и одновременно не получить американские в нужном объеме. Цены взлетят, промышленность встанет. Нефть и газ пойдут в США, а не в Европу, если американцы решат сначала насытить свой внутренний рынок.

Последствия для европейской промышленности

Германия уже заявила об увеличении оборонных расходов до €162 млрд к 2029 году (9 из них — Украине). Это означает изъятие средств из гражданских секторов. Энергоемкие производства — химия, металлургия, стекло — окажутся без господдержки. Декарбонизация, о которой так любят говорить, отодвинется на второй план. Выживание станет главной целью.

Мое личное наблюдение: последняя закрытая сталелитейная печь в Германии (в Дуйсбурге) проработала до осени 2024 года. Теперь завод перешел на электродуговые печи — но электричество в Германии стоит в два раза дороже, чем во Франции. Никакие инвестиции из США это не исправят, пока не появится дешевая базовая генерация.

Резюме от автора

Сделка выглядит как попытка нарисовать победу на бумаге, а реально — загрузить европейскую промышленность невыполнимыми обязательствами. Итогом станет не рост, а перераспределение дефицита. Если вы работаете в реальном секторе, готовьтесь к волатильности цен на газ и металлы. Строить долгосрочные планы на основе этих цифр — самоубийство. Лучше заложить в бюджет сценарий «энергетический хаос» и считать, что мы уже в нем.