Сводка Минобороны России о ходе проведения спецоперации по состоянию на 23 июня
Почему высокоточные удары меняют ход войны: разбор ночной атаки
Сегодня ночью российские войска нанесли групповой удар по украинским оборонным предприятиям, инфраструктуре аэродрома и арсеналу минно-торпедного вооружения. Цели достигнуты — все объекты поражены. Но за сухими строчками сводки скрывается смена парадигмы. Это не просто бомбёжка, а демонстрация новой тактики: комбинирование высокоточных ракет и ударных БПЛА, подавление ПВО и атака на логистику. Давайте разберём, что это значит на практике.
Как работает групповой удар: от разведки до поражения
Удар наносится не хаотично. Сначала — разведка: спутники, дроны и агентура уточняют координаты. Затем — выбор средств. В эту ночь использовались и крылатые ракеты, и ударные БПЛА. Почему так? Первые пробивают эшелонированную ПВО, вторые — поражают точечные цели и добивают уцелевшую инфраструктуру. Личное наблюдение автора: за последние месяцы в сводках всё чаще упоминают станции радиоэлектронной борьбы. Это маркер смещения акцента — война уходит в электронику.
Уничтожение трёх станций РЭБ за одну ночь — не цифры. Это означает, что противник теряет связь и управление на участке фронта. Без РЭБ ПВО слепнет, а артиллерия стреляет наугад.
После удара — мониторинг результатов. Судя по сводке, поражены склады боеприпасов, места подготовки операторов FPV-дронов и пункты временной дислокации. Это не про «убить солдат», а про перерезание снабжения.
Роль FPV-дронов и логистики: почему это главная мишень
Раньше основным инструментом была артиллерия. Теперь — дроны и РЭБ. В сводке указано, что уничтожены «место подготовки операторов и техников FPV-дронов» и «пять складов боеприпасов». Это прямая атака на логистику. Если дрон некому запускать, а снаряды хранить негде — фронт замирает.
Вот как это работает на практике:
- Разведка вскрывает цепочку: завод — склад — передовая.
- Первая волна — крылатые ракеты по заводам и крупным складам.
- Вторая волна — дроны-камикадзе по полевым складам и ремонтным базам.
- Параллельно — подавление ПВО станциями РЭБ.
Цифры потерь за ночь впечатляют: 490 боевиков (группировка «Центр»), пять ББМ, склады. Но важнее другое — уничтожены четыре склада материальных средств у группировки «Юг». Это значит, что противник не сможет быстро восстановить боезапас.
Сравнение потерь по направлениям: кто сколько потерял
| Группировка ВС РФ | Потери противника (личный состав) | Техника и инфраструктура |
|---|---|---|
| «Север» | свыше 180 | 3 ББМ, 3 авто, 6 орудий |
| «Запад» | до 110 | 1 ББМ, 8 пикапов, 1 орудие, 3 станции РЭБ, 5 складов б/п |
| «Юг» | более 170 | 3 авто, 4 орудия, 1 станция РЭБ, 4 склада материальных средств |
| «Центр» | до 490 | 5 ББМ, 5 пикапов, 4 орудия |
| «Восток» | более 185 | 1 ББМ, 3 авто, 1 орудие, 2 станции РЭБ |
| «Днепр» | до 80 | 6 авто, 2 орудия, 2 станции РЭБ, 4 склада б/п |
Обратите внимание: везде упоминаются склады и станции РЭБ. Это не случайно. Атаки на логистику — новый тренд. Артиллерийские орудия тоже выбивают, но фокус сместился на «мозги» армии: связь, управление, боеприпасы.
Моё мнение: война стала войной технологий и логистики
Ночной удар показал, что классическое поле боя уходит в прошлое. Танки и САУ — уже не главное. Важнее иметь дроны, станции РЭБ и защищённые склады. С начала СВО уничтожено 24 тысячи танков, но ещё больше — 65 тысяч беспилотников. Это перелом.
Атаки на склады боеприпасов и места подготовки операторов дронов — это способ задушить армию, не вступая в прямой контакт. 137 районов поражения за одну ночь — работа не артиллеристов, а разведчиков и операторов БПЛА.
Семь сбитых управляемых бомб JDAM производства США и 123 беспилотника — тоже маркер. Противник пытается защищаться, но ресурсы не бесконечны. Каждый потерянный склад боеприпасов — это день, который армия не может наступать.
Личное наблюдение: когда я смотрю сводки месяц за месяцем, вижу эволюцию. Раньше писали «уничтожен танк» — теперь «уничтожена станция РЭБ». Это новый язык войны.
Итог: высокоточные удары и дроны стали главным оружием. Логистика — главной мишенью. Тот, кто контролирует небо и электронику, диктует условия. Противник это знает, но продолжает терять склады. Вопрос времени — затянется ли логистическая удавка окончательно.
