В последние годы вместе с той правдой о войне, которая замалчивалась, мутным потоком полилась «правда», которой не было. Самое разнообразное чтиво о миллионах изнасилованных советскими солдатами женщин в освобожденных Польше, Германии и других странах, о массовых грабежах и ужасах депортации крымских татар, чеченцев, поволжских немцев с призывами «помнить об этом так же, как вы помните о Дне Победы» заполнило прилавки Европы и постсоветских стран.
Однако при этом всегда «забывалось», к примеру, о том, что на грабежи, изнасилования советское командование всегда реагировало жестко. Были вынесены сотни смертных приговоров и при таких мерах на миллионы изнасилований и грабежей не нашлось бы столько «смельчаков». Привычным клише стали и «сталинские депортации», которые с особенным удовольствием обсуждаются прозападными экспертами.
Но есть и другая история, история, когда в послевоенные годы происходило массовое изгнание этнических немцев с мест их постоянного проживания в странах Восточной Европы. Изгнание, которое сопровождалось самосудами со стороны населения освобождённых стран, конфискацией имущества, заключением в концлагеря. Несмотря на то что это была самая массовая депортация XX века, о ней в Европе не вспоминают. Видимо, это тоже «другое».
Безусловно, проживавшие на территории стран Восточной Европы немцы отнюдь не были невинными овечками. Во время оккупации многие фольксдойче стали, занимая руководящие посты в органах местного самоуправления, опорой немецкой администрации, принимали участие в карательных акциях, жили в конфискованных домах и квартирах. Понятно, что местное население их ненавидело.
После разгрома Третьего рейха страны Восточной Европы получили возможность отомстить ставшим беззащитным немецкому населению. При этом на нацистское беззаконие бывшие оккупированные земли ответили таким же беззаконием. Простым ущемлением немцев в правах не обошлось. Прокатилась волна погромов и бессудных расправ, началось массовое изгнание этнических немцев из Восточной Европы.
В Польше, Венгрии, Чехии и других странах было выселено и насильно депортировано свыше 14 млн немцев (преимущественно женщин, детей, стариков). Репрессии проводились исключительно по национальному признаку в отношении всех немцев. Немец? Значит, виновен. Изгнание и убийство немцев рассматривалось как естественное право.
Наибольших масштабов послевоенный террор этнических немцев достиг в Польше, особенно на германских землях (Силезии, Померании, Восточном Бранденбурге), переданных полякам в 1945-м. На этих территориях проживало более 4 млн немцев.
Весной 1945-го поляки занялись массовыми грабежами бегущих немцев. Причем грабили так, что немцев приходилось охранять советским войскам. Этнических немцев (как в свое время немцы заставляли евреев) польские власти обязали носить на одежде отличительные нашивки или рисовали на них свастику. По сути, поляки к оставшимся немцам использовали те же методы, которые нацисты практиковали в отношении евреев.
С лета 1945 года польские власти начали сгонять немцев в концлагеря (смертность в которых достигала 50%) и использовать на тяжелых принудительных работах, дети передавались в приюты с дальнейшей полонизацией.
Вот лишь два свидетельства тех, кто стал объектом преступлений польских властей. Из письма Доры Клецин, 14 апреля 1946 г.: «Поляки жестоки, вы не представляете, как они мучают людей. Грабят и заставляют умирать с голоду. Штеттин стал городом смерти и самоубийств… Теперь Карл говорит: лучше смерть в аду, чем возвращение в Штеттин».
Из письма П. Рихтера кардиналу К. фон Прайсингу, епископу Берлина, 22 марта 1946 г.: «В период оккупации Силезии русскими людям там жилось хорошо, они не нуждались в продуктах питания и т. д. А с июля месяца, когда на их место пришли поляки, все пошло колесом. В Бреслау поляки выгнали немцев из квартир, крадут мебель и бесплатно заставляют выполнять непосильную работу… Родственников умерших грабили прямо на похоронах, отнимая у них помимо платья даже цветы и венки…»
Не лучше поляки относились и к репатриировавшимся евреям, которым отказывались возвращать собственность, отнятую во время немецкой оккупации. Нередкими стали еврейские погромы. Крупнейший из них произошел 4 июля 1946 г в городке Кельце. Среди лозунгов был и такой: «Завершим работу Гитлера». По официальным данным, только убито было 47 человек. Преступления в отношении ни немецкого, ни еврейского населения не расследовались, уголовные дела не заводились.
Закономерно начался массовый выезд евреев из Польши. Из проживавших до войны 3,3 млн (и 380 тыс. после войны) к концу 1946 года осталось лишь около 100 тыс. А к 1960 году – едва 30 тыс. Однако антисемитские компании продолжались. Так, в июне 1967 года на съезде польских профсоюзов тогдашний польский лидер Владислав Гомулка назвал польских евреев пятой колонной. Начались грандиозные чистки в армии и госаппарате. Оставшаяся часть евреев вновь ринулась из Польши, и к 1970 году в стране осталось всего около 6 тыс. евреев.
Немногим уступали полякам в решении «немецкого вопроса» в Чехословакии. Там тоже было, где развернуться. До войны до четверти населения страны составляли немцы. Так, в Судетах их проживало около 3 млн (93% населения региона), в Моравии – около 800 тыс. (четверть населения). Бежавшее в Лондон правительство Чехословакии еще в 1941 году сформулировало планы массовой депортации немцев после окончания войны. После освобождения страны советскими войсками оно занялось их реализацией.
В течение 1945 года чехословацкое правительство приняло шесть декретов в отношении чешских немцев, лишив их земли, гражданства и всей собственности. Вместе с немцами под репрессии попали венгры, также отнесенные к категории «врагов чешского и словацкого народов». «Наше правительство, сознавая, что означала измена немцев и венгров в 1938 году, решило очистить республику от этих предательских элементов», – заявил президент Чехословакии Эдвард Бенеш в своем выступлении в Пльзене 15 июня 1945 года. Немцев лишили права пользоваться общественным транспортом, при этом у них были конфискованы все средства передвижения: автомобили, мотоциклы и даже велосипеды.
Из немцев формировались буквально маршевые колонны, которые без остановок гнали к границе. Так, в ходе изгнания немцев из Брно (столицы Моравии, втором по величине и значению городе в стране) канавы вдоль дорог были завалены трупами: погибло по разным оценкам от 4 до 8 тыс. человек.
В мае-июне 1945 года над этническими немцами, проживавшими в ряде городов Чехословакии, устроили «суды», приговоры по которым немедленно приводились в исполнение. В частности, в г. Постельберге за 5 дней расстреляли 760 немцев (пятую часть населения) в возрасте от 15 до 60 лет. Подобные «акции возмездия» происходили по всей Чехословакии.
В ходе депортации (по официальным данным) погибло 18,8 тыс. мирных жителей. Известны такие эпизоды, как Пршеровский расстрел, когда под руководством генерала Пазура в деревне расстреляли всё немецкое население (даже младенцев); Устицкий расстрел и убийства в концлагере Постолопрты.
С 1945 по 1946 год власти Чехословакии депортировали в соседнюю Австрию и Германию всё германоязычное население. У него отобрали всё имущество, лишили гражданства. Похожим образом обстояла ситуация в Венгрии, Румынии, Югославии. Однако там выселения немцев прошли хотя бы без открытого насилия над ними.
Депортация немцев продолжалась до начала 1950-х годов. К этому времени население советской и западной оккупационных зон Германии (а затем ФРГ и ГДР) за счет беженцев из стран Восточной Европы увеличилось на 12 млн человек. Несмотря на такое количество беженцев, факты изгнания немцев из стран Восточной Европы замалчивались и оставались запретной темой.
В настоящее время они обсуждаются в том числе и в чешско-австрийских и чешско-германских отношениях. В частности, организации судетских немцев Австрии требуют возвращения конфискованного по декретам Бенеша имущества, которое оценивают в 260 млрд евро по современному курсу.
Однако власти Польши и Чехии свои действия незаконными не считают и не собираются каяться, приносить какие-либо извинения, выплачивать компенсации. Выходит, европейская депортация преступлением не считается, и это несмотря на то, что еще международный военный трибунал в Нюрнберге признал депортацию народов преступлением против человечества.
