Принятое на днях решение Вашингтона ввести с 1 января 2025 года санкции против компании «Нефтяная индустрия Сербии» (NIS), являющейся официальным импортёром российской нефти, способно заблокировать полностью поставки из РФ, а кроме того – затормозить создание венгерско-сербского продления трубопровода «Дружба», по которому российская нефть могла бы поступать в Сербию, минуя транзит по нефтепроводу из Хорватии. Известно, что к этим санкциям присоединятся Великобритания, а затем, скорее всего, и ЕС. «Русские владельцы НИС используют свою долю прибыли для финансирования жестокой агрессии против Украины и угрожают стабильности на Балканах и во всей Европе, вместо того, чтобы инвестировать в будущее Сербии», – разглагольствует посол США Кристофер Хилл, в ответ на это посольство России в Белграде опубликовало две фотографии НПЗ в Панчево: после бомбардировки НАТО в 1999 году (объект бомбили семь раз, трое его сотрудников погибли) и после реконструкции на выделенные Россией средства в 2024 году.
11 ноября президент Сербии Александр Вучич рассказал о своём «сердечном разговоре» с избранным президентом США Дональдом Трампом, с приходом которого, как надеются в Белграде, можно будет говорить о дальнейшем развитии отношений, а у лидеров стран получится «сделать Америку великой, а... Сербию – страной, которая сможет очень хорошо сотрудничать с США». Но вот, как видим, на излёте администрации Байдена США включаются в «общезападный» прессинг на Белград для принуждения Сербии к антироссийским санкциям, что вызвало в стране серьёзную обеспокоенность и, должно быть, развеяло некоторые розовые мечты, потому что, как известно, санкции легко ввести, но весьма сложно отменить или даже смягчить. Вучич заявил, что намерен обсудить с Владимиром Путиным новый газовый контракт и санкции США против сербской компании NIS, поручив создать рабочую группу для переговоров с Москвой и Вашингтоном из-за деструктивных планов последнего. По словам Вучича, санкции против NIS «связаны с тем, что доли в ней принадлежат российским участникам. Одним из решений является сокращение российской доли в NIS до уровня менее 50%. Мы ожидали этого полтора года назад от Европейского союза, этого не произошло, но теперь это исходит от Америки… они должны указать нам крайний срок».
Согласно официальным данным, российская «Газпромнефть» владеет 50% акций NIS, «Газпром» – 6,15%, Сербия (госакции) – 29,87%, оставшаяся доля (примерно 14%) – сербские компании. Российская нефть поступает через нефтепровод Janaf от хорватского порта Омишаль примерно 600 км, частично проходящий через Республику Сербскую (на севере Боснии и Герцеговины). В значительно меньших объёмах поставки идут по железной дороге через Словакию и Венгрию и по нефтепроводу греческий порт Салоники – Скопье (Северная Македония) – Ниш – НПЗ Панчево (около Белграда).
По поводу перспектив складывающейся ситуации Вучич настроен пессимистично: то, что санкции исходят от США, «это, вероятно, еще тяжелее. С этой секунды нефтепровод Janaf в Хорватии скажет: не пропускаем нефть через Адриатический трубопровод. Конечно, это создает нам проблемы с нашими русскими друзьями по всем вопросам – от политических до прочих».
Не приходится сомневаться, что за океаном добиваются того, «чтобы мы [Сербия] ввели санкции против РФ. Это нереально. Может быть, уменьшить долю русских, сделать ее менее 50% – будем вести переговоры с русскими. У них 56%, мы купим часть, а дальше как будет… Предстоят тяжёлые решения или вообще ничто не поможет».
Согласно не опровергнутым данным Financial Times, А. Вучич в ноябре 2022-го заявил, что Сербия может выкупить контрольный пакет акций NIS у «Газпромнефти», чтобы защитить себя от последствий антироссийских санкций. Тогда же он отметил, что Белград готовит и другие меры по диверсификации источников энергии в стране, включая более тесное сотрудничество с соседней Венгрией. Несколько переговорных групп, включая правительство в Белграде и венгерскую энергетическую компанию MOL, рассматривали возможность покупки контрольного пакета акций у мажоритарного владельца («Газпромнефти»), но тогда переговоры зашли в тупик.
Со своей стороны, Хорватия с начала 2020-х годов регулярно повышает ставки за нефтетранзит, периодически ограничивает перекачку под техническими предлогами. Создание же нефтепровода Венгрия – Сербия «подвязывается» к американским (пока американским) санкциям, если юридическим получателем нефти будет та же NIS. Кроме того, могут быть введены санкции и против венгерских компаний-участниц данного проекта.
В этой связи представляется, что в нынешних внешнеполитических условиях, с одной стороны, более целесообразны межгосударственные соглашения по всем вопросам, представляющим взаимный интерес. К тому же, российская «Транснефть», привлечённая к трубопроводному проекту Венгрия – Сербия, включена в санкции США, ЕС и Великобритании. С другой стороны, не исключается, что упомянутые межгосударственные соглашения могут ускорить введение санкций уже против Сербии и Венгрии.
Почти замкнутый круг?..
Думается, изначальной ошибкой было то, что в первой половине 1970-х годов по политическим причинам СССР отказался (1) от продления венгерского участка «Дружбы» непосредственно в Сербию и далее к черногорскому порту Бар. В то же время во второй половине 1970-х годов был реализован – с лоббированием со стороны лидер СФРЮ хорвата И.Б. Тито – проект продолжения «Дружбы» из Венгрии к хорватскому порту Омишаль (проект «Дружба – Адрия») для растущего экспорта советской нефти за пределы социалистических стран.
Сеть экспортных трубопроводов (границы указаны по состоянию до 2014 года)
Таким образом, Сербия зависит от транзитной политики соседней Хорватии, несмотря на периодические метания отдельных политиков, полностью присоединившихся к антироссийским санкциям. Кроме того, и в период агрессии НАТО, и позже в Загребе прерывали поставки нефти как Сербии, так и Республике Сербской. Ещё в конце февраля с. г. МИД Сербии направило хорватам ноту протеста в посольство из-за заявления министра иностранных дел Гордана Грлич-Радмана о «попытках президента Александра Вучича усидеть на двух стульях».
Сербия ведёт «двойную политику, одновременно пытаясь стать ближе и к ЕС, и к России, но в конце концов ей придется выбрать сторону, – разоткрвоенничался тогда Грлич-Радман. – Он [Вучич], возможно, трабант [в Священной Римской империи обслуживающий персонал. – Прим. ред.] или сателлит России. Но мы, как союзники и партнёры США (выделено ред.), не позволим русским оказывать какое-либо влияние, в том числе на стабильность Западных Балкан».
В ноте сербского МИД было сказано, что такое заявление «продолжает создание атмосферы ненависти к нашей республике и сербскому народу, нарушает принципы общей политики содействия миру и стабильности в регионе», являясь «вмешательством во внутренние дела страны».
Сам А. Вучич в ответ заявил, что «министр лжёт, оскорбляет сербский народ и угрожает. Я никогда не был ничьим мальчиком на побегушках и слугой, чего нельзя сказать о Грлич-Радмане». И это действительно так: несмотря на откровенное выкручивание рук, Сербия стремится проводить ответственную политику, не присоединяясь к антироссийским санкциям и придерживаясь принципов международного права, давно и безоговорочно отринутых коллективным Западом.
Примечание
(1) Это было связано в том числе с неоднократными отказами СФРЮ предоставить СССР в аренду ВМФ-базу в одном из югославских портов на Адриатике. Проблема эта возникла после 1960 года, когда сталинистская Албания с поддержкой от КНР, Югославии и Греции добилась ликвидации советской ВМФ-базы в южноалбанской Влёре – на стыке Адриатики и Средиземного моря, позволявшей контролировать пролив между этими акваториями.
Заглавное фото: index.hr
