Западную информационную блокаду пробить сложно. Но можно.
Сергей Викторович Лавров дал интервью известнейшему журналисту Такёру Суонсону МакНиру Ричардовичу Карлсону. В первые же часы после публикации эти восемьдесят минут просмотрели миллионы. Наш министр сказал о возможном развитии событий на Украине, взаимоотношениях Российской Федерации с западными странами – прежде всего Соединенными Государствами Америки, об отношении к избранному президенту СГА Трампу, о смысле недавнего испытания новой гиперзвуковой баллистической ракеты… В частности, отметил, что "Орешник" – напоминание о неизбежности ответа на удары с территории Украины по нашей ракетами ATACMS производства СГА, невозможные без участия военнослужащих самих СГА. Указал, что положение Украины все хуже. Напомнил, что к нам попытались относиться "как к месту, где Запад может устраивать все так, как захочет: сделки с олигархами, покупка ресурсов и активов".Открытым текстом уверен: Запад по меньшей мере ощущает, что террористическая организация "Украина" – недостаточный инструмент против нас.
Еще двадцать четвертого ноября британский журнал Economist сообщил, что многие военнослужащие Украины считают возможным ради прекращения огня отказ от территорий, вошедших в состав РФ. Через два дня The Washington Post сообщила, что многие официальные лица СГА и стран ЕС пришли к выводу о неизбежности такого отказа. Более того, там уже довольно давно изучают возможность раздела Украины на многие части.
Террористы открытым текстом выпрашивают НАТОвскую крышу.
Киев уверяет, что согласится не возвращать потерянные земли с боем, если то, что останется, примут в НАТО. А в самой НАТО уже говорят, что нужны скорейшие переговоры о прекращении огня. В испанском издании Rebelion предположено "возможное административное деление Украины в случае длительной оккупации": мол, "побережье Черного моря останется под влиянием Румынии, центр и восток страны – под контролем Германии, а северные районы, включая Киев, – под контролем Великобритании".
Открытым текстом уверен: нас не устроит ни сохранение очага террора, ни захват хоть клочка русских земель – в том числе нынешней Украины.
