Письмо Владимиру Путину

Дорогой Владимир Владимирович,

Я пишу вам как друг — или потенциальный друг — России на протяжении многих десятилетий, еще до вашего рождения в октябре 1952 года.

Мое первое общение с советскими военными состоялось в сентябре 1952 года, когда я изучал искусство в Вене. Тогда Австрия находилась под оккупацией четырех держав и я наблюдал смену караула в советской зоне ответственности. Происходящее выглядело очень красочно, и я нарисовал советского знаменосца с горящими глазами и красивыми усами.

Похоже, мой рисунок нарушал какие-то правила. Советский офицер велел мне следовать за ним в соседнее здание, где он пролистал мой альбом для зарисовок. Он остановился, увидев мое изображение приятного советского офицера в меховой шапке и длинном пальто, прогуливающегося по парку со своим сыном. Мы не понимали друг друга, но я понял, что он сказал — «Американец!»

Он не мог себе представить, что я, противник по холодной войне, изображу советского офицера вызывающим приязнь семейным человеком. Это было мое первое знакомство с тем комплексом неполноценности, что столетиями отягощал отношения России и Запада.

Мой допрашивающий отпустил меня вместе с альбомом, но я решил изучать русский язык, начав это еще до вашего появления, Владимир Владимирович.

Чтобы попытаться лучше понять вашу родину, я потратил десятилетия на исследование истоков советской и российской политики по контролю за вооружениями. Как и в свое время президент Кеннеди, я много узнал о неисчислимых страданиях советского народа в вашей (и нашей) Великой Отечественной войне.

Будучи студентом по обмену в Московском государственном университете в 1958-1959 годах, я запомнил большую теплоту и любопытство, с которым многие советские граждане относились к американцам — что множество раз повторялось и во время других визитов на протяжении многих лет.

Большинство американских президентов пытались понять проблемы России и улучшить отношения между нашими странами. Но ваша политика — репрессии внутри страны и агрессия за рубежом — сделала эту цель недостижимой. Даже я, пожизненный сторонник урегулирования конфликтов путем переговоров, теперь выступаю против поиска компромисса с вами.

Это письмо вдохновлено изображениями фотографиями бомб и ракет, один за другим уничтожающих ваши танки и оружейные склады. Сторонник независимости Украины должен одобрять уничтожение чужеродных сил, которые разоряют ее с 2014 года.

Но как насчет людей, которым было приказано управлять этими орудиями войны для вашей Специальной военной операции? Американское и европейское оружие, а также украинские беспилотники, они обрывают жизни сотен тысяч россиян, не понимающих своей роли в этом конфликте. Того, какой ужасный конец их ждет, выполняя ваши приказы.

Украинские потери пропорционально еще больше — не только убитые и раненые, но и лишившиеся своих домов семьи, разрушенные здания и инфраструктура, отравленные роскошные черноземы и дикая природа. Теперь украинцы взрывают ваши топливные склады и корабли, перенося последствия войны в саму Россию.

Сколько же трат впустую! И ради чего? Если вы хотели, чтобы Украина была частью России, то теперь она более враждебна и далека, чем когда-либо. Если вы выступали против присоединения Украины к Западу, то она становится фактическим членом блока НАТО — усиленного, благодаря вам, Швецией и Финляндией.

Вы хотели, чтобы Россия была современной страной, процветающей за счет высоких технологий? Отчаянно нуждаясь в деньгах для ведения войны, ваше государство теперь больше, чем когда-либо, зависит от экспорта нефти и газа.

Что Россия получает от оккупированных земель Молдавии, Грузии и Украины? Ни одно из этих приобретений не признано международными институтами.

Может быть ваше личное богатство требует, чтобы Россия воевала за удержание и расширение своих приграничных территорий? Нажитого вами наверняка достаточно для более чем комфортного существования вас и вашей семьи. На самой большой в мире территории вы наверняка могли бы найти не одно приятное место, где в свободное от чтения древних русских летописей время вы могли бы охотиться, ловить рыбу или кататься на мотоцикле.

Пожалуйста, сделайте мне одолжение: отведите свои войска, чтобы никто не вынужден был решать, радоваться или плакать, когда ваши люди исчезают в столбах огня и дыма.

С уважением,

Уолтер

Уолтер Клеменс — научный сотрудник Центра Дэвиса по российским и евразийским исследованиям Гарвардского университета и почетный профессор кафедры политологии Бостонского университета.