Победивший на президентских выборах в Иране 69-летний бывший врач и экс-министр здравоохранения еще не обнародовал свою программу действий. И потому можно говорить лишь о контурах будущей стратегии Масуда Пезешкиана. И размышлять о том, чего ждут друзья и враги одной из крупнейших и влиятельных стран на Ближнем Востоке.
«Я рекомендую избранному президенту Ирана смотреть в будущее и продолжить путь Раиси (покойный президент страны. – В.Б.). Желаю ему для прогресса использовать весь потенциал страны, особенно революционную молодежь» – так напутствовал Пезешкиана верховный лидер Ирана Али Хаменеи.
Эти были чисто формальные слова, поскольку президент Исламской Республики практически не может принимать самостоятельных решений. Его действия находятся под контролем верховного лидера. Именно эта должность, согласно конституции, считается высшей в государстве. Верховный лидер является главой Ирана, главнокомандующим вооруженными силами, издает указы и выносит вердикты по основным направлениям политики правительства.
Хаменеи, как считают многие эксперты, вряд ли позволит Пезешкиану «вольности». Тем не менее новый президент, который считается реформатором, намерен провести некоторые социальные преобразования, о которых упоминал в ходе своей предвыборной кампании. В частности, он обещал, что обратит внимание на тех, «чьи голоса не слышны».
Трудно представить степень готовности консервативных «верхов» республики к переменам, многие из которых выглядят необходимыми. И главное, неизвестно, как к ним относится Хаменеи. К слову, он болен, находится в весьма преклонных годах – ему 85 лет и уже не так крепко держит руль правления страны, доставшийся ему от лидера исламской революции, легендарного Рухоллы Хомейни в 1989 году.
В общем, говорить с уверенностью можно не о том, что будет, а о том, что может быть, причем с известной долей осторожности. Это, в частности, сохранение и углубление сотрудничества с Россией в разных сферах. Но в меньшей степени, чем раньше, если Иран начнет восстановление отношений с США. Дальнейшие шаги – снятие экономических санкций, привлечение иностранных инвестиций…
Но все это мечты, благие пожелания пока неосуществимые. Потому что для этого Иран должен заморозить или вовсе закрыть свою ядерную программу. И отказаться от поддержки ливанской «Хезболлы», других радикальных организаций на Ближнем Востоке, в том числе йеменских хуситов.
Конечно, этого не будет. Во всяком случае, пока…
Не следует ожидать изменений в сфере ирано-китайских отношений, которые активно развиваются. Пекин – один из самых активных партнеров Тегерана: примерно 45 процентов импорта и 55 процентов экспорта приходятся на долю КНР.
Кому уж точно ничего «не светит» от прихода Пезешкиана, так это Израилю. Новый президент говорил, что у него будут дружеские отношения со всеми странами, кроме еврейского государства. Но и грозить Тель-Авиву Пезешкиан не стал. Правда, многие иранские политики сделали это за него и обещали, что Иран начнет всемерную помощь «Хезболле», если та вступит в схватку с Израилем, которая, по сути, уже анонсирована.
Сейчас трудно представить, что были другие времена, при которых сегодняшние нынешние заклятые враги были активными партнерами во многих сферах, особенно в военной. Иран в период владычества шаха Моххамеда Реза Пехлеви занимал первое место в мире по импорту израильского вооружения! Эта страна поддержала еврейское государство в войне 1967 года с арабскими странами, а в другой войне – Судного дня – передала Тель-Авиву 25 истребителей Phantom.
Ученые Израиля начинали создание атомного реактора в Бушере и разработали технико-экономические обоснование другого реактора в Исфагане. Шли дальнейшие разработки, но в январе 1979 года вспыхнула революция, и шах бежал из Ирана. Спасаться пришлось и израильтянам.
Дипломатические отношения двух стран были разорваны. С тех пор и поныне Израиль и Иран постоянно грозят друг другу самыми страшными карами…
В Анкаре ломают голову: что ждать от «тюрка азербайджанского происхождения», как назвал Пезешкиана президент Турции Реджеп Эрдоган?
Хотя две страны связывают давние узы, между ними существует множество серьезных проблем. Есть ли надежда, что они будут хотя бы частично разрешены?
Как всегда в таких случаях, слышны голоса скептиков и оптимистов. Впрочем, последних больше, тем более что Пезешкиан в ходе избирательной кампании несколько раз положительно высказывался о Турции. И они считают, что новый президент Ирана сможет наладить конструктивный диалог.
…В Иран пришло поздравление от президента Азербайджана Ильхама Алиева. В нем говорится, что он придает большое значение отношениям между двумя странами, «построенным на таких прочных основах, как общие религиозно-культурные корни, дружба и братство».
Приподнятый тон превалирует и в публикациях азербайджанской прессы, считающей выгодой для Баку национальность Пезешкиана – он этнический азербайджанец и сможет устранить хотя бы часть разногласий между двумя государствами.
Однако иное, скептическое мнение у политолога Зардушта Ализаде: «Пезешкиан – гражданин Иранской республики, иранский политический деятель, высокопоставленный человек в иранском обществе и верный исламскому режиму. И ожидать каких-либо резких политический улучшений в дипломатических отношениях Азербайджана и Ирана не приходится».
Иранский писатель Махмуд Делхасте пояснил, что его родина – одна из немногих стран в мире, в которой живут представители разных этнических групп, от курдов и лоров до азербайджанцев и таджиков. И если у Пезешкиана возникнет желание добиться справедливости и устранить дискриминационную политику, то на этом поприще он может сделать что-то конкретное.
В стране живут около 18 миллионов азербайджанцев. Есть они и среди известных иранцев. Это верховный лидер Али Хаменеи, видный деятель оппозиции, бывший глава Кабинета министров Мир-Хусейн Мусави. Первый премьер-министр республики Мехди Базарган и священнослужитель Садек Халхали тоже были представителями этой национальности. Так что в избрании этнического азербайджанца президентом Ирана нет ничего необычного.
…Результаты президентских выборов не могли не вызвать интереса в Армении. Его можно охарактеризовать как напряженный. Долгое время в отношениях между двумя странами не было серьезных трений, пока Ереван не стал бросать льстивые взоры на Запад.
В частности, недовольство Ирана вызвали прошлогодние армяно-американские военные учения, военно-техническое сотрудничество с Францией. Руководство Исламской Республики дало понять, что не хочет терпеть чужеземцев у своих границ. В январе этого года предшественник Пезешкиана президент Эбрахим Раиси в телефонном разговоре с премьер-министром Армении Николом Пашиняном подчеркнул, что регион не должен превратиться в поле, где будут конкурировать внерегиональные державы.
Тем не менее широкие маневры для сотрудничества двух стран остаются. «Политика Ирана в отношении Армении – это политика принципиальная. Наша цель – развивать и расширять сотрудничество с соседними странами, в том числе с Арменией. Политика не меняется со сменой правительства», – заявил посол Ирана в Армении Мехди Собхани.
Тем не менее политолог Жанна Варданян высказывает настороженность. Она обратила внимание на то, что, будучи депутатом парламента, Пезешкиан выступал с проазербайджанскими заявлениями и в его окружении есть люди с такими же взглядами. При этом, на ее взгляд, новые власти Ирана вряд ли совершат какие-то серьезные изменения, если система в целом этого не захочет.
Что ж, остается дождаться действий нового президента Ирана, которому предстоит решить множество загадок. Работы у него – непочатый край.
