Третье по распространенности оружие США 1861–1865

Рассказы об оружии. Не так давно, рассматривая серию картин известного американского художника Морта Кунстлера, посвященных Гражданской войне 1861–1965 гг. я обратил внимание на то, что практически на всех его батальных полотнах солдаты вооружены капсюльными винтовками. А художник он очень авторитетный. Его картины по точности воспроизведения деталей приравниваются к фотографиям, так что историчности их можно доверять.



Обратился к специальной литературе и прочитал о том, что, например, та же австрийская винтовка Лоренца Мустера образца 1854 года была вторым наиболее импортируемым оружием Гражданской войны в США. Вот даже как. И что она была третьим по распространенности оружием Гражданской войны в США, то есть большая часть северян и южан воевали в этой войне не своим собственным, а иностранным оружием, ввезенным на территорию США из Европы.

Захотелось узнать, а какая же винтовка была первой по объемам закупок, и выяснилось, что это английская винтовка «Энфилд», та самая, с которой англичане сражались и в Крымской войне. Из почти 300 000 винтовок, закупленных Севером и Югом, только «Энфилд» импортировался в большем количестве. То есть сражались американцы австрийскими и британским винтовками, а свои собственные винтовки «Спрингфилд» и «Кентукки», оказывается, были в меньшинстве.

Любопытно было и то впечатление, что сложилось у американских солдат о винтовке Лоренца или «австрийской винтовке», как ее обычно называли, которая наиболее активно использовалась на западном театре военных действий.

И обнаружилось, что одни из участников той войны в своих мемуарах винтовку Лоренца ругают и пишут, что она была и плохо сделана, и была ужасно неточной. Тогда как другие утверждают, что винтовка Лоренца была превосходным оружием, даже что она была лучше, чем хваленая винтовка Спрингфилда. Хотя осуждающих её все же гораздо больше, чем восхваляющих её.

Почему? Каким образом «Лоренц», состоявший на вооружении армии австрийской империи, где он заменил винтовку Августина с трубчатым капсюлем, заслужил такую плохую репутацию?

Причин такому двойственному отношению оказалось сразу несколько.

Стремление Севера и Юга к приобретению оружия в начале и на протяжении всей войны привело к ситуации, которая сегодня могла бы вполне лечь в основу фильма-блокбастера, и вдобавок она прямо на наших глазах повторяется сегодня на Украине. Политические интриги, закулисные сделки, контрабанда и даже откровенное воровство – все это сыграло свою роль в том, что «Лоренц» оказался в Америке, причем сразу же по обе стороны баррикад.

Вот только винтовки эти были… разными, различных производителей и соответственно неодинакового качества! Некоторые из них представляли собой хорошо сделанное оружие, попавшее в США прямиком из австрийских арсеналов. Поэтому и находились они в прекрасном состоянии. А вот другие представляли собой переделки и трофейное оружие, полученное в ходе прошлых европейских конфликтов, сброшенное «добрыми» европейцами враждующим американцам.

Вот тут-то и оказалось, что даже хорошо спроектированная винтовка не сможет работать с максимальной эффективностью, если она была плохо изготовлена или отремонтирована некомпетентным подрядчиком.

Важным было и то обстоятельство, что для максимальной эффективности «Лоренцу», как и британскому «Энфилду», требовались специальные боеприпасы. Винтовка Лоренца была системой и, когда она имела все свои части: хорошо сделанное и ухоженное ружье, обученного солдата и подходящие боеприпасы – она была очень хорошей винтовкой.

Плохая репутация винтовок Лоренца появилась тогда, когда в этой цепочке отсутствовала одна, иногда две, а то и все три части системы. Многие винтовки были настолько плохо изготовлены или плохо отремонтированы, что их стволы могли различаться по калибру.

Пули Минье, которыми стрелял «Лоренц», для того времени были достаточно точными. Но с плохо подогнанной к стволу пулей хорошего выстрела не сделать, и такая винтовка никогда не понравится солдату, чья жизнь зависит от этого оружия.

Добавьте к этому и то, что многие солдаты не были должным образом обучены обращению с винтовками и их использованию. Можно вполне доказательно утверждать, что ни один офицер или унтер-офицер ни в одной из армий Севера и Юга никогда не видел руководства к винтовке Лоренца.

Но как, например, иначе они могли бы понять, что прицелы на ней откалиброваны в шриттах, то есть в шагах, а не в ярдах? И откуда они могли узнать, что настройка прицела равная 300 шагам будет составлять 246 ярдов, то есть разница в шагах и ярдах получалась при этом очень приличная?

Неудивительно, что многие неподготовленные солдаты просто не попадали в цель, даже в тех случаях, когда они совершенно точно устанавливали свой прицел по команде офицера.


Наконец, возникает вопрос о боеприпасах.

Это же был совершеннейший кошмар, который преследовал квартирмейстеров (прежде всего мятежных южан), которые должны были снабжать ими части, использующие более дюжины различных видов оружия. При этом «Лоренц» требовал особых, своих боеприпасов.

И хотя часть таких боеприпасов была импортирована из Европы, большинство солдат получили боеприпасы, предназначавшиеся для винтовки Миссисипи 54-го калибра. В отличие от боеприпасов для «Лоренца», их пули были на несколько тысячных меньше калибра .547. Поэтому точность стрельбы с американскими боеприпасами была просто невозможна, если только солдату не доставалась нестандартная винтовка с уменьшенным каналом ствола.

Вот почему с самого начала все шансы «работать хорошо» были против винтовки Лоренца, и остается только лишь удивляться, что у кого-то в руках она показывала хорошие результаты.

Даже такая вроде бы мелочь, как древесина, из которой изготовлялись ложи европейских винтовок, имела определенное влияние на отношение американских стрелков к полученному ими оружию. Как оказалось, они ассоциировали березовые ложи с винтовками низкого качества, а лучшими считали винтовки с ложами из американского ореха. Вот только где же было европейцам его взять?


Что же касается технических характеристик, то капсюльная винтовка «Лоренц» М.1854 г. вначале выпускалась в укороченном варианте, предназначалась для егерей и имела калибр 13,9 мм. Эти короткие винтовки австрийские егеря применяли во время итальянской войны 1859 года, датской войны 1864 года и австро-прусской войны 1866 года. В 1867–1869 гг. многие из них были переделаны, путем установки на них затворов Венцеля модели 1867 с использованием 14-мм патронов кольцевого воспламенения.


Короткая егерская винтовка производилась в больших количествах, но скоро её заменили новой винтовкой Верндля M.1867, калибра 11 мм и под патроны центрального боя. Однако вспомогательными частями она использовалась даже еще в годы Первой мировой войны.


Ну а винтовку Лоренца сконструировал соответственно Йозеф Лоренц, лейтенант австрийской армии в 1852–1854 гг.

Весила винтовка 4,28 кг. Имела длину 1 337 мм и длину ствола 952,5 мм. Скорострельность 1–3 выстрела в минуту. Начальная скорость пули 373 м/с. Эффективная дальность стрельбы 225 м, а максимальная – 675 м.

Всего было изготовлено около 688 000 таких винтовок по цене 14–18 долларов за длинную винтовку и 10–18 долларов за егерскую (1861 г.).

Интересно, что все винтовки имели одинаковые нарезы в стволе и конструкцию, но… два разных прицела. Две трети подразделений линейной пехоты получали винтовки с фиксированными прицелами, тогда как одна треть (очевидно, лучшие стрелки) вместе с сержантами получала винтовки с регулируемыми прицелами от 246 до 737 ярдов (300–900 шагов).


Спрос на эти винтовки был намного выше, чем могли произвести австрийские государственные арсеналы, поэтому большую их часть выпустили частные производители. Неудивительно, что многие из них не обладали оборудованием, необходимым для создания винтовок, которые на тот момент были весьма современным и сложным оружием, и в результате качество винтовок Лоренца сильно различалось.

Калибр ствола также довольно сильно различался из-за недостаточного контроля позволительных допусков. Из-за этого между пулей и стволом часто оставался слишком большой зазор, что приводило к ухудшению боевых характеристик.

Производство развертывалось медленно и столь же медленно происходило обучение солдат новому оружию. Так, к 1859 году (начало австро-сардинской войны) не все австрийские части получили новую винтовку.

Зато во время Гражданской войны в США федеральное правительство закупило 226 924 винтовки Лоренца, а Конфедерация – 100 000. Конфедеративные винтовки широко использовались в армии Миссисипи в 1863–1864 годах. Со стороны Союза огнестрельное оружие континентальной Европы в основном распределялось среди западных армий – поэтому винтовка Лоренца была относительно редким образцом в Потомакской армии (хотя ею были вооружены два полка знаменитой Железной бригады), но активно использовалась в армии Теннесси.

Интересно, что хотя в руководствах австрийской армии описывалось правильное использование и обслуживание винтовок Лоренца, ни одно из них так на английский язык и не перевели. У большого количества винтовок Лоренца, закупленных Союзом во время Гражданской войны, стволы были расточены до калибра .58, чтобы они могли стрелять теми же боеприпасами, что и винтовки Энфилда и Спрингфилда. При этом данная операция страдала той же непоследовательностью, что и само производство винтовок на континенте, и ничего хорошего, в общем-то, не принесла.

Винтовки, закупленные Конфедерацией, сохраняли калибр .54. Отделка винтовок была разнообразной. Некоторые из них были воронеными, некоторые коричневыми, а третьи были отполированы до блеска.

Так что американцы в своей Гражданской войне тоже воевали в основном не своим оружием, и затем это уже практически стало традицией!