В Иране прощаются с президентом. Как изменится политика государства с приходом нового?

22 мая в Тегеране проходит официальная церемония прощания с президентом Ирана Ибрахимом Раиси и его соратниками, погибшими при крушении вертолета. В понедельник глава управления исламской пропаганды провинции Восточный Азербайджан Сейед Махмуд Хосейни заявил в интервью агентству Mehr, что Раиси будет захоронен в его родном городе Мешхед, похороны пройдут 23 мая. От России в траурной церемонии принимает участие спикер российского парламента Вячеслав Володин.

Американское издание The Wall Street Journal пишет, что западные страны готовятся к периоду повышенной нестабильности в отношениях с Тегераном после гибели президента Ирана Эбрахима Раиси и министра иностранных дел исламской республики Хосейна Амира Абдоллахияна в результате крушения вертолета. Как заявили ей неназванные чиновники из США и страны Европы, они не ожидают от Тегерана серьезных внешнеполитических изменений, но готовы к росту нестабильности. По их мнению, Тегеран продолжит углублять отношения с Москвой и Пекином, будет поддерживать радикальное палестинское движение ХАМАС и развивать свою ядерную программу.

Предстоящие выборы могут дать Ирану возможность «занять более жесткую позицию в регионе», считают собеседники издания. Отмечается, что президентская гонка в США и возможная смена власти в этой стране могут также рассматриваться руководителем и духовным лидером Ирана аятоллой Али Хаменеи как шанс укрепить положение Тегерана.

Публицист Уильям Энгдаль, специализирующийся на мировой политике и экономике, а также на военно-стратегической деятельности США, заявил, что Иран после избрания нового президента может проводить более агрессивную внешнюю политику. «Погибший президент Ирана Эбрахим Раиси не был определяющей фигурой в военной или дипломатической политике Ирана, но имел влияние на внутренние процессы. Он представлял жесткий статус-кво и рассматривался как следующий религиозный лидер страны. Гибель Раиси создала вакуум власти в Иране, который наверняка будет заполнен политиком — консерватором и «ястребом». Смерть президента Ирана также создаст вакуум в мировой дипломатии, Запад захочет видеть в отношениях с Ираном влиятельного собеседника, особенно когда речь идет о «ядерной сделке», — сказал эксперт в эфире телеканала Haber Global.

«До президентских выборов в Иране не следует ждать негативных или позитивных событий в конфликте Тегерана и Тель-Авива, равно как в непрямых переговорах с США. На данном этапе решение будет принимать духовный лидер Ирана Али Хаменеи. После выборов президента мы можем столкнуться с более активным и агрессивным Ираном», — отметил Энгдаль.

Директор Института международных политических и экономических стратегий РУССТРАТ Елена Панина отметила, что за трагедией с крушением вертолёта Эбрахима Раиси просматривается сговор США с некоторыми иранскими кланами антироссийской направленности. Усиление этих кланов, в условиях пассивной реакции России, способно привести к разрушению многих налаженных связей между Москвой и Тегераном.

«Раиси считался одним из наиболее вероятных преемников аятоллы Али Хаменеи на посту Высшего руководителя Ирана. Конкуренцию ему составлял сын аятоллы, Моджтаба Хаменеи, которого называют представителем технократического крыла КСИР, заинтересованного в нормализации отношений с США. Он замечен в контактах с иранской эмиграцией, осевшей на Западе после свержения шаха и играющей важную роль в попытках вернуть Иран в орбиту американского влияния. Теперь, после гибели Раиси, именно Моджтаба Хаменеи становится главным преемником 85-летнего рахбара, уход которого уже просматривается на горизонте. На освободившийся пост президента претендует Джавад Зариф. Он известен тем, что 11 лет обучался в США, получая там учёные степени, в 2002−2007 был постпредом Ирана при ООН, а в 2013−2021 — главой МИД Ирана. При нём была заключена невыгодная с точки зрения обороноспособности и развития энергетики Ирана «ядерная сделка», — написала она. https: //t.me/EvPanina/13879

Эксперт также рассказала, что погибший вместе с Раиси глава МИД Ирана Хосейн Амир Абдоллахиан был воспитанником командующего спецподразделением «Аль-Кудс» в составе КСИР Касема Сулеймани, убитого по прямому приказу Трампа в 2020 году.

«Теперь и. о. главы иранского МИД назначен заместитель Абдоллахиана по политическим вопросам Али Багери Кани. Именно он вёл переговоры в Вене по иранской ядерной сделке. Тогда ему не удалось добиться её заключения — в первую очередь, из-за серьёзного сопротивления внутри Ирана, а также из-за демарша Трампа. В сентябре-2023 Багери также был главным переговорщиком с США по обмену заключёнными — то есть контакты налажены. Ещё в прошлом году в отставку был отправлен председатель Совета национальной безопасности Ирана Али Шамхани. На его место пришёл вице-адмирал Али Акбар Ахмадиан, человек семьи Хаменеи. Самым интересным в его назначении был «анонс» в англоязычной Tehran Times в виде статьи «122 тысяч тонн дипломатии» — это отсылка к известной цитате Киссинджера о роли военного флота в международной политике. Тонкий «персидский намёк» от газеты. Крайне интересна и активизация, после длительного затишья, Махмуда Ахмадинежада, одного из самых антироссийских президентов Ирана в новейшей истории. 2 марта 2022 года Ахмадинежад выразил поддержку Украине и Зеленскому в связи с СВО. В бытность свою президентом он именовал Россию не иначе как «малой сатаной», а после отставки раскручивал тему «сталинского голодомора в Иране 1941 года», обвиняя Москву в искусственном голоде во время ввода советских войск в Иран», — считает Елена Панина.

По ее словам, ярый противник ядерной сделки Раиси относился к клану Мешхед, который имеет объёмные связи с Россией — не только политические, но и финансово-экономические: газовый хаб, зона свободной торговли и т. д.

«Мешхедский клан был настроен на развитие евразийских отношений, партнёрство с Россией, строительство коридора «Север—Юг». Теперь эти связи оказались под угрозой. Сейчас можно констатировать, что клан Хаменеи берёт управление Ираном полностью в свои руки, что нарушает внутриполитический баланс между сторонниками укрепления связей с Россией, БРИКС и ШОС и проводниками идеи нормализации отношений с США в обмен на снятие санкций. Можно также прогнозировать, что в предвыборный период последует дестабилизация ситуации в стране: очень скоро мы увидим новые волнения на улицах иранских городов. В этой ситуации от России требуется тонкая дипломатическая работа. С одной стороны, следует выстраивать отношения с «наследным принцем» Моджтабой Хаменеи, учитывая при этом уникальный опыт с наследником саудовского трона. А с другой, нужно поддержать влиятельных членов мешхедского клана, в частности тестя погибшего президента, аятоллу Ахмада Аламолходу. В любом случае, потеря Ирана в качестве союзника для России чревата серьёзными осложнениями», — резюмировала Панина.

Политолог Ярослав Игнатовский полагает, что гибель Эбрахима Раиси никак не скажется на российской политике. «Мы увидим лишь ужесточение риторики касаемо того, что на лидеров стран, которые не поддерживают агрессивный курс Запада на установление им глобального господства, совершаются покушения. На мой взгляд, курс Ирана останется неизменным, несмотря на гибель президента. Понятно, что он определял многие вещи политического характера. Но духовный вектор все равно задает лидер страны аятолла Хаменеи. Поэтому Иран останется стратегическим партнером России, в том числе в противостоянии с глобальным Западом», — считает Игнатовский.