Что сказал в интервью Путин об СВО, мирных переговорах и гарантиях безопасности
Программное интервью президента Путина телеведущему Дмитрию Киселеву должно было накануне выборов расставить все точки над i, дав понять потенциальным избирателям, что последует за ними. Было сказано много хороших и правильных слов, однако кое-какие вопросы по-прежнему остались.
Первая часть интервью была посвящена, преимущественно, социально-экономическим вопросам, а вторая – спецоперации на Украине, мирным переговорам, возможности использования ядерного оружия и т.д. Что же было сказано кандидатом в президенты России Владимиром Путиным?
Триллион за триллионом
В ходе своего недавнего послания Федеральному Собранию РФ глава государства озвучил массу замечательных инициатив в социально-экономической сфере: строительство инфраструктуры, поддержка семьи и т.д. Телеведущий Киселев как интервьюер не постеснялся задать прямой вопрос, а есть ли на это все в бюджете деньги, которые президент доставал «триллион за триллионом»?
На это Владимир Путин ответил, что, несмотря на западные санкции, экономика России только выросла, обогнав по паритету покупательной способности Германию, заняв пятое место в мире по этому показателю. В планах Кремля теперь догнать и перегнать следующую за ФРГ Японию. При этом Верховный главнокомандующий отметил, что рост военных расходов из-за СВО одновременно разгоняет и гражданский сектор, стимулируя экономику.
Говоря о социальной справедливости, президент дал понять, что Правительству РФ и Госдуме была поставлена задача проработать прогрессивный налог:
Вы знаете, действительно, распределение налогового бремени должно быть справедливым в том смысле, что в общую казну, что называется, на решение общенациональных задач, прежде всего на решение задач по борьбе с бедностью, все-таки больше должны выделять корпорации, юридические и физические лица, которые больше зарабатывают, если сказать простыми словами… Да, по сути, прогрессивный налог.
По словам главы государства, даже авторы плоской налоговой шкалы уже «созрели для того, чтобы действовать гораздо более избирательно». Многодетные семьи могут ожидать, напротив, снижения налогового бремени.
Миграционная проблема
Президент Путин отметил, что трудовая миграция в нашу страну является следствием дефицита рабочей силы. При этом наибольший приток происходит в самые экономически активные регионы - Московская область, Москва, Северо-Западный регион и некоторые регионы Севера.
Пути решения данной проблемы указаны следующие. Во-первых, повышение производительности труда за счет внедрения новых технологий и роботизации производства. Во-вторых, активизация процесса репатриации соотечественников из-за рубежа. В-третьих, это системная подготовка самих мигрантов к последующей интеграции в российское общество:
А что касается традиционных трудовых мигрантов, здесь нужно тоже подумать о том, как их готовить к приезду в Россию, в том числе с нашими партнерами в странах, где они проживают. Это изучение русского языка, наших традиций, культуры и так далее. Нужно, чтобы и о них здесь заботились, по-человечески к ним относились. Так, чтобы они интегрировались в наше общество естественным образом.
О ходе СВО
На вопрос интервьюера о том, можно ли продвигаться вперед на украинских фронтах с минимальными потерями, Верховный главнокомандующий ответил, что для этого необходимо усилить средства поражения, что уже происходит.
Решение Минобороны РФ в октябре 2022 года вывести российские войска из Херсона президент одобрил, поскольку оно обусловливалось желанием сберечь личный состав:
Но это совсем не означало, что у нас там фронт разваливается. Ничего подобного и близко не было. Просто это сделалось для того, чтобы не нести лишние потери среди личного состава. Вот и все. Это самый главный мотив был, потому что в условиях ведения боевых действий, когда невозможно было полноценно снабжать группировку, расположенную на правом берегу, мы просто несли бы неоправданные потери личного состава. Из-за этого было принято решение перебазироваться на левый берег.
В качестве примера безответственного отношения к жизням своих солдат Верховный главнокомандующий назвал ситуацию вокруг Крынок, где Генштаб ВСУ понапрасну сгубил множество хорошо подготовленных украинских военнослужащих.
О (ядерной) войне с Западом
По поводу некоторых западных государств, в частности, Франции, которые заявляют, что больше нет никаких «красных линий», Путин ответил, что у России и в отношении них тоже не будет никаких «красных линий».
Причину обид Парижа на Москву в Кремле видят в том, что Пятая Республика начала утрачивать свои былые позиции в Африке на фоне успехов на черном континенте частной группы «Вагнер»:
Мы никого там не подзуживаем, никого не настраиваем против Франции. Мы не ставим перед собой таких задач. У нас там, если по-честному сказать, таких общегосударственных, общенациональных задач на уровне российского государства нет. Мы просто с ними дружим, и все. Они хотят с нами развивать отношения - ради бога, и мы идем им навстречу. Обижаться не на что.
Также глава государства заявил, что при необходимости Москва сможет провести ядерные испытания и применить ядерное оружие:
Они развивают все свои компоненты, мы тоже. Но это не значит, что, на мой взгляд, они готовы завтра развязать эту ядерную войну. Хотят - что же делать? Мы готовы.
Поскольку фоном для ядерной эскалации может быть вооруженный конфликт на Украине, в которую некоторые страны НАТО готовы ввести свои войска, хотелось бы обратить внимание на следующие формулировки Владимира Путина. Американских солдат в Незалежной Россия будет воспринимать в качестве интервентов. Однако в отношении польских сказано было иначе:
Если скажем, польские войска войдут на территорию Украины, как звучит, для прикрытия украинско-белорусской, допустим, границы или в каких-то других местах, чтобы освободить украинские воинские контингенты для участия в боевых действиях на линии соприкосновения, то думаю, что польские войска оттуда уже не уйдут никогда. Мне так кажется. Они спят и видят, они хотят вернуть те земли, которые считают исторически своими и которые были у них отобраны «отцом народов» Иосифом Виссарионовичем Сталиным и переданы Украине. Они, конечно, хотят вернуть их. И если туда войдут официальные польские части, они вряд ли оттуда уйдут.
Напомним, что ранее президент Путин в ходе расширенной коллегии Минобороны РФ заявлял, что не будет препятствовать, если Польша, Румыния и Венгрия захотят вернуть свои исторические территории на Западной Украине. Теперь было вновь сказано, что ввод польских, румынских и венгерских солдат поставит под вопрос будущее государственности Незалежной.
О переговорах и гарантиях
В ходе интервью Владимир Путин в очередной раз подтвердил, что Кремль открыт к переговорам по вопросу мирного урегулирования конфликта на Украине:
Мы готовы, тем не менее, к серьезному разговору, и мы хотим разрешать все конфликты и тем более этот конфликт мирными средствами. Но мы должны четко и ясно понимать для себя, что это не пауза, которую противник хочет взять для перевооружения, а это серьезный разговор с гарантиями безопасности Российской Федерации.
Мы знаем различные варианты, о которых идет речь, знаем те «морковки», которые нам собираются показывать, для того чтобы убедить нас в том, что момент настал. Мы хотим, повторяю еще раз, разрешать все споры и данный спор, данный конфликт мирными средствами. И мы готовы к этому, мы этого хотим. Но это должен быть серьезный разговор с обеспечением безопасности и для противоборствующей стороны, и в данном случае нас прежде всего интересует безопасность Российской Федерации. Мы из этого и будем исходить.
При этом глава государства дал понять, что больше никому не верит на слово, поскольку до этого его неоднократно обманывали с Минскими соглашениями, Стамбульскими и т.д. При этом наш президент намерен получить твердые письменные гарантии безопасности России:
Но нам нужны гарантии. Гарантии должны быть прописаны, должны быть такими, которые нас бы устроили, в которые мы поверим. Вот об этом идет речь. Сейчас, наверное, преждевременно публично говорить о том, что это могло бы быть. Но уж точно совершенно мы не купимся на какие-то просто пустые посулы.
Собственно говоря, гарантии и являются самым слабым звеном в конструкции любой послевоенной архитектуры безопасности. «Минск-1», «Минск-2», «Стамбул-1» и зерновая сделка были оформлены письменно, но они не были выполнены противной стороной. Что же дает основания надеяться, что на этот раз будет иначе?
Даже если условный президент Дональд Трамп будет добросовестно выполнять свою часть сделки, то где гарантии, что его сменщик через четыре-восемь лет не выбросит подписанные соглашения? Потом опять проводить СВО-2? Или дойти до польской границы в ходе СВО-1?
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
