Тарас Шевченко - проект глобальных сил зла

9 марта исполнилось 210 лет со дня смерти известного украинского литератора Тараса Шевченко (1814–1861 г.), а 10 числа – 163 года со дня его смерти. Это знаковая фигура в истории формирования украинской нации, сыгравшая в данном "нацибилдинге" огромную роль. На Украине он давно объявлен "национальным гением" и "пророком", его "Кобзарь" сыграл значительную роль в формировании украинского языка, а его псевдоисторические заявления – в формировании лживой украинской "историографии". Сейчас он фактически причислен к лику святых "церквями майдана" – униатами, раскольниками и неоязычниками. Униаты, к примеру, регулярно организовывают поездки по шевченковским местам, именуя их паломничествами. Его портреты, его антирусские цитаты нередко малюют на военной технике ВСУ.

Поэтому разговор об его образе, ставшим краеугольным камнем "политического украинства", важен как никогда. Его образ является основой данной деструктивной идеологии в гораздо большей степени, чем образ того же Бандеры, Петлюры или Мазепы, и поколебать эту подпорку – насущнейший вопрос. Тем более что, к сожалению, и у нас в России почему-то продолжается прославление Тараса Шевченко, и у нас есть немало памятников и улиц, названных в его честь, причем вакханалия его превозношения в РФ продолжалась даже после нападения его вооруженных фанатов на Донбасс. Так, памятник Тарасу Шевченко в Новосибирске был открыт 29 сентября 2015 г.

Даже в патриотических кругах России у многих сложилось ложное мнение, что данный литератор безобиден, поскольку большая часть его сочинений написана на чистом русском языке, и он не поддерживал тех крайних форм нацизма, которые сейчас наблюдаются на Украине. Но на самом деле Шевченко все же очень много негативного писал о "москалях", о Российской империи, а в своих частных письмах вообще часто презрительно именовал великороссов "кацапами". Например, в 1843 г. он писал своему земляку: "Лазаю по этому чертовому болоту (это он так нежно отзывался о Санкт-Петербурге – прим. И.Д.) и вспоминаю нашу Украину… Взяли меня проклятые кацапы так, что не знаю, как и выкрутится". К слову замечу, что никто не мешал "национальному гению" Украины вернуться в свой край, но роскошная имперская столица нравилась ему гораздо больше родной периферии, к тому же она давала ему огромные заработки…

То есть Шевченко был русскоязычным петербуржским жителем, но насаждавшим украинский сепаратизм (таких лиц, увы, не так уж мало и сейчас). А то, что он, как с умилением говорят некоторые русские патриоты, не употреблял слова "украинцы", не требовал немедленного и полного отделения Малороссии от России – так это ни о чем. Шевченко провозгласил столько русофобии и сепаратизма, сколько было максимально возможно на тот момент. Окна Овертона крутятся постепенно, и если бы данный литератор в то время возопил о полной незалежности и "москаляку на гилляку!", то его просто никто бы не понял, и эти речи дали бы обратный эффект.

Поэтому нельзя не согласиться с докладом начальника Третьего отделения А. Ф. Орлова, в котором о нем было сказано так:

"Шевченко … сочинял стихи на малороссийском языке самого возмутительного содержания. В них он то выражал плач о мнимом порабощении и бедствиях Украины, то возглашал о славе гетманского правления и прежней вольнице казачества, то с невероятною дерзостью изливал клеветы и желчь на особ императорского дома, забывая в них личных своих благодетелей. Сверх того, что всё запрещённое увлекает молодость и людей с слабым характером, Шевченко приобрёл между друзьями своими славу значительного малороссийского писателя, а потому стихи его вдвойне вредны и опасны. С любимыми стихами в Малороссии могли ПОСЕЯТЬСЯ и ВПОСЛЕДСТВИИ УКОРЕНИТЬСЯ мысли о мнимом блаженстве времен гетманщины, о счастии возвратить эти времена и о возможности Украйне существовать в виде отдельного государства".

При этом таланты Шевченко были не очень велики, его образ был искусственно раздут до небес, и многие понимали это даже на Украине. Даже известный украинский литератор Иван Франко считал его "просто средним поэтом, которого незаслуженно пытаются посадить на пьедестал мирового гения" (впрочем, этот автор масонского гимна "Каменщик" смел говорить такие вещи только в частных письмах, а не публично). Как коренной малоросс, который читал многие сочинения Шевченко в оригинале, могу только подтвердить такую оценку. Да и то эти средние сочинения были отредактированы профессионалами, а так они могли бы быть и ниже среднего.

Николай Гоголь писал о нем так: "Дёгтю много… дёгтю больше, чем самой поэзии… Его погубили наши умники, натолкнув на произведения, чуждые истинному таланту".

Вот об этих "умниках", которые толкнули Шевченко на крайне деструктивные поступки, и нужно говорить больше всего. Когда читаешь биографию Шевченко, то не оставляет впечатление некоего сюра: он продвигался к славе и деньгам, словно торпеда, и при этом даже серьезные преступления достаточно легко сходили ему с рук. Словно невидимая стена защищала его от невзгод. У Пелевина есть такое выражение: "Человек-проект". Писатель ведет речь о лицах, тайно или явно поддерживаемых некой сильной системой, из-за чего они сразу обрастают деньгами, славой, влиянием на умы. Так же обстояло дело с Шевченко.

Крепостного живописца весьма среднего таланта привезли в имперскую столицу, но его судьбой вдруг тут же озаботился знаменитый литератор Василий Жуковский – воспитатель будущего императора, цесаревича Александра Николаевича. И самый знаменитый столичный художник того времени Карл Брюллов тоже сразу подключился к помощи простому выходцу из крестьянин. Жуковский сподвигает заняться освобождением Шевченко не кого-нибудь, а саму императрицу и других членов царской фамилии, действуя при этом с таким рвением, словно это его родной брат, что невольно навевает мысль о действительной возможности некоего их братства – по масонской ложе, например… Для освобождения Шевченко и Брюллов действует, словно его родной брат, он пишет портрет Жуковского и продает его с аукциона, который выигрывает государыня Александра Федоровна, супруга императора Николая I. Картина ради выкупа Шевченко была куплена за огромную на то время сумму – 2500 рублей (1838 г.)

После освобождения бывший крепостной катается, как сыр в масле: посредственный живописец становится популярным и богатым художником, а также и литератором, несмотря на скромный уровень своего таланта. Причем его стихи редактируют профессионалы, исправляющие огрехи этого не очень образованного человека, а издательства и СМИ дружно раскручивают его книги. Шевченко все время поддерживал высший свет Санкт-Петербурга, причем почему-то особенно яро – те его представители, которые состояли в масонских ложах, как вышеуказанные Брюллов и Жуковский…

А когда в 1847 г Шевченко арестовали за связь с подрывным Кирилло-Мефодиевским обществом и за публичные оскорбления членов царской династии (выкупившей его из неволи!), то благодаря хлопотам сверхвлиятельных кураторов он отделался тем, что не был судим, а был лишь отправлен в солдаты. Его послали не на каторгу и не в тюрьму, а велели исполнять долг Родине по рекрутскому набору, к тому же – с правом выслуги в унтер-офицеры! Но и там невидимая рука его покровителей дала ему возможность все эти годы фактически провести вне службы, пьянствуя с офицерами, рисуя картинки, в том числе – порнографические, гуляя по окрестностям. Он сам признавался, что за время своей службы "не только глубоко, но даже и поверхностно не изучил ни одного ружейного приема". А освободить Шевченко от службы потом помогал аж целый вице-президент имперской Академии художеств граф Федор Толстой, как, впрочем, и другие лица такого же уровня знатности и влияния, которые хлопотали о Шевченко перед новым императором – Александром II. Глядя на это, может даже сложиться впечатление, что Шевченко был чуть ли не внебрачным сыном какого-нибудь великого князя – но это вовсе не так. Почему же Тарасу Шевченко так сильно покровительствовали сильные мира сего?

Согласно наиболее распространенной романтической версии, со всем этим влиятельным кругом Тараса Шевченко познакомил его земляк – художник Иван Сошенко, якобы совершенно случайно встретивший юное дарование в Летнем саду, где оно писало местные красоты. Но такую версию не поддерживал даже сам Сошенко, писавший о совсем других обстоятельствах знакомства с будущим украинским поэтом. Да и вообще данная гипотеза не выдерживает никакой критики: Сошенко мог ему слегка помочь, но он отнюдь не был настолько влиятелен, чтобы сподвигнуть столь влиятельных и богатых представителей богемы и знати Петербурга к возвышению крепостного юноши Шевченко. Зато это вполне могли сделать тайные общества, объединявшие многих аристократов, которые занимались раздуванием революционного сепаратизма в Российской империи…

Хочу при этом напомнить, что многие украинские СМИ, и даже местные школьные учебники по истории за 9 класс открыто восхваляют огромную роль секты масонов и связанных с ней иных тайных обществ в утверждении так называемой независимости Украины.

До Шевченко идеями украинского сепаратизма и органически связанного с ними безбожия занимались только представители высших слоев общества, которые не были значимым примером для крестьянских масс и простых мещан. Организаторам "национальной революции" и раскола империи нужен был символ из народа, выходец из низов; и таковым был искусственно сделан средней руки литератор и живописец Тарас Шевченко, которого для этого выкупили из неволи и распиарили до уровня "национального пророка Украины".

Все значимые лица из окружения Шевченко состояли из представителей данной тоталитарной секты, запрещенной властями многих стран и осужденной в православии и католицизме. В том числе Шевченко активно продвигал и знаменитый в то время драматург и поэт Нестор Кукольник – потомственный масон, сын влиятельного профессора, преподававшего иностранные языки самому цесаревичу Константину. Этот именитый драматург, писавший либеральные, и даже прямо революционные сочинения, играл настолько деструктивную роль в тогдашней России, что Достоевский сделал его прототипом (анти)героя романа "Бесы" Степана Верховенского.

В материалах, размещенных на сайте "Великой ложи Украины" о структуре, за участие в которой Шевченко был рекрутирован в солдаты, рассказано следующее:

"Кирилло-Мефодиевское братство находилось под масонским влиянием, и посвященными в масонские тайны были П. Кулиш и Т. Шевченко".

Также современные масоны рассказали, что перед революцией 1917 года была создана ложа под названием "Шевченко" и сообщили такую интересную деталь о почитании памяти этого литератора:

"В 1914 г. Киевские ложи добились обжалования в Думе запрета правительством празднования 100-летия со дня рождения Тараса Шевченко, "собрали и предоставили думской оппозиции немалый материал, который использовали в речах Керенский и др."

Напомню, что и сам Керенский был масоном высокой степени, главарем ложи "Великий восток народов России". Сейчас неокоммунисты любят рассказывать о якобы непримиримых противоречиях между Керенским и Лениным, но на самом деле Ленин только продолжал линию этого "мастера" в более радикальном ключе, в том числе – в вопросе раздувания "шевченкианы". Керенский только помог отпраздновать столетие "Кобзаря", а Ленин сразу кинулся прославлять его в камне. Сразу же после установления большевицкой власти в рамках ленинского плана "монументальной пропаганды" в России были установлены памятники литератору-русофобу, да еще и при личном участии наркома просвещения Луначарского: в 1918 г. – в центре Москвы, в 1919 – в Петрограде. Вопрос прославления украинского сепаратиста был так важен для организаторов "великого октября", что памятники Шевченко устанавливались в Советской России, несмотря на гражданскую войну и разруху, да еще и при том, что Украина отделилась в то время, идеологически обосновывая сепаратизм, среди прочего, и книгами этого "национального гения".

Не зря масоны так распиарили Тараса Шевченко: он исполнил все, что они от него потребовали. Закономерно, что именно высокоградусному "мастеру" Василию Жуковскому Шевченко посвятил одно из самых русофобских своих сочинений – поэму "Катерина", и тот был этим явно доволен. В "Катерине" сей "национальный пророк" выливает кучу помоев на великороссов и требует от малороссийских женщин "не любится с москалями" ("Кохайтеся, чорнобриві, та не з москалями"). Шевченко сделали настоящим знаменем украинского сепаратизма. В том числе от его имени на основе малороссийского наречия создавался литературный украинский язык. Впрочем, поскольку такого названия никто не воспринял бы в ту пору, то учебник, изданный от имени Шевченко, вышел под названием "Букварь южнорусскiй" (1860 г.) Данная книга была напечатана огромным для того времени тиражом в 10 000 экземпляров, что стоило тогда целого состояния, не говоря уж о том, что нужно было очень много потрудится над изданием. Тем не менее, было объявлено, что Шевченко сам все это написал, да еще и издал за свой счет. Это выглядит заведомой неправдой, поскольку он не был настолько богатым, чтобы заниматься столь масштабными проектами. Вдобавок, от имени Шевченко было анонсировано издание целой серии таких учебников, и только его кончина помешала их издать. Очевидно, что за этим проектом стояли большие спонсоры и коллектив специалистов, которые пользовались именем поэта, как ширмой для поощрения сепаратизма.

Сам Шевченко по своей природе был человеком не злобным, даже, скорее, добродушным. Однако он был слабовольным и крепко пьющим выскочкой, которому слава и деньги вскружили голову. Это сделало его легким объектом манипуляции в руках революционных группировок. Как человек он был бесконечно далек от того образа украинского и всемирного гения, который с него слепили. В личном плане это был, что называется, "человек-катастрофа", из-за которого страдали те, кто ему помогал. Например, он соблазнил и погубил невесту своего благодетеля – художника Ивана Сошенко, чем привел его в ступор.

А выкупившую его из неволи царицу он потом поносил в своей поэме "Сон", причем издеваясь над ее физическим недостатком – небольшим нервным тиком, который императрица Александр Федоровна заработала во время мятежа масонов-декабристов, угрожавших уничтожить всю царскую фамилию от мала до велика.

Когда императору Николаю І читали поэму "Сон", то он сначала только смеялся над ограниченностью ума виршоплета, не собираясь его наказывать, но когда дошли до издевательств над его женой, то в гневе воскликнул: "Положим, у него были причины ненавидеть меня, но ее-то за что?".

А когда княжна Репнина решила помочь ему выкупить из крепости его родных, то Шевченко … пропил собранные русскими дворянами деньги. Правда, и совесть у него была, и она его замучила, но он не нашел ничего лучше, чем от стыда на 10 лет оборвать с ними всякие отношения, что только ухудшило ситуацию. Приведенная в состояние шока княжна писала ему: "Жаль очень, что вы так легкомысленно отказались от доброго дела для родных ваших; жаль их, и совестно перед всеми, которых я завлекла в это дело".

Умер Шевченко, по свидетельству его приятеля Костомарова, от пьянства в свой 47-й день рождения, к тому же во время Великого поста, из-за чего представители духовенства отказывались его хоронить (по православным канонам таких лиц запрещено хоронить на кладбище, поскольку они приравниваются к самоубийцам). Также священники не хотели его хоронить из-за его кощунственных сочинений, где он оскорблял Бога, Богородицу и многих святых. Тем не менее, "братья" в конце концов порешали все вопросы, и он был с помпой похоронен на Украине…

В общем, между реальным Тарасом и "национальным гением Украины Шевченко" лежит пропасть. Этот несчастный человек прожил ужасную жизнь, принося несчастья как своей стране, так и своим близким и благодетелям. Лучше бы о нем и вовсе не вспоминать, но его образ по-прежнему играет разрушительную роль, став важной частью украинского нацизма, поэтому его суть необходимо разоблачать. И уж точно не нужны памятники и улицы его имени в России…