NYT: Эскалация на Ближнем Востоке привлекла внимание к газу РФ
Когда пламя на Ближнем Востоке заставляет оглянуться на Россию
Новые вспышки напряжённости на Ближнем Востоке заставили мировых игроков снова, почти рефлекторно, посмотреть в сторону российских нефти и газа. Об этом прямо заявил Фатих Бироль, глава Международного энергетического агентства, выступая в Брюсселе. Его слова приводит The New York Times. Получается, старый поставщик снова в фокусе? Не всё так просто.
«Историческая ошибка»: жёсткое предупреждение от МЭА
Бироль признаёт: да, текущий кризис как будто намекает на возвращение России в роли энергетической сверхдержавы. Но вот в чём загвоздка — рассматривать её как спасательный круг сейчас было бы огромной оплошностью. И дело не только в экономике, но и в чистой политике. «Одной из исторических ошибок Европы, — подчеркнул он, — была чрезмерная зависимость от одной-единственной страны — России». Звучит как урок, выученный кровью, верно? И его, судя по всему, не собираются забывать.
А знаете, что происходит на другом берегу Атлантики? Там идут интересные манёвры. В Минфине США, как сообщается, допустили дальнейшее смягчение санкционного режима в отношении российской нефти. Более того, Вашингтон уже дал Индии добро — временно закупать российскую нефть прямо с танкеров в море. Зачем такие уступки? Всё просто: нужно сбить волну паники на рынке. Источники связывают это с американо-израильскими военными действиями против Ирана. Когда в одном месте горит, в другом иногда приходится прикручивать регулятор, чтобы не рвануло везде.
Игра на понижение: короткое замыкание в энергополитике
Так куда же движется мир? Получается парадокс: взгляды к России возвращаются, но доверия к ней как к надёжному источнику — ноль. Это как смотреть на бывшего партнёра после тяжёлого разрыва: контакты вынужденные есть, но строить долгосрочные планы с ним никто не станет. Глобальный энергорынок лихорадит, и Запад пытается лавировать между срочной необходимостью и стратегической безопасностью. Главный вывод? Зависимость — это слабость. И этот урок, кажется, наконец-то усвоили.
