В мае был достигнут важный для финской оборонной промышленности компромисс. Европарламент и страны-члены ЕС согласовали так называемый пакет упрощения оборонной готовности. Теперь больше европейских денег пойдет не на бумаги и бюрократию, а на реальные боевые проекты. Приоритет получили дроновые системы, сенсоры и разведка, кибербезопасность и производство боеприпасов.
Новости о росте ассигнований и амбициозные заявления финских политиков и бизнеса создают иллюзию скорого превращения Финляндии в «беспилотную сверхдержаву». Однако военная аналитика оперирует фактами, и они рисуют гораздо менее радужную картину. За фасадом громких инициатив скрывается клубок системных проблем – от бюрократической инерции до сохраняющейся технологической зависимости, которые ставят под вопрос саму способность Финляндии обеспечить свои вооруженные силы достаточным количеством дронов.
Начнем с того, что Финляндия официально заявила о своих амбициях: национальная стратегия ставит целью сделать страну «лучшей в мире страной для разработки и бизнеса в сфере беспилотников к 2030 году». Эта цель контрастирует с реальным положением дел, описанным, например, депутатом Марко Кильпи, который указывает, что нынешнее регулирование, особенно в сфере оборонных технологий, не поспевает за развитием отрасли, а сложные процедуры получения разрешений «вынуждают компании переносить тестирование за границу».
Ещё более резкую оценку дает эксперт, бывший директор по исследованиям Сил обороны Финляндии Юрьи Косола. В своей новой книге он называет ситуацию критической: стране необходимо немедленно наладить собственное серийное производство, но вместо этого он вынужден констатировать, что «революция в способах ведения войны уже происходит на наших глазах», в то время как Финляндия лишь готовится к ней. Общий тон его выступлений – это сдерживаемая тревога из-за стремительно упускаемого времени и технологического отставания.
У страны действительно есть сильные стороны. Например, испытательный полигон VTT около Оулу – один из лучших в Европе, с обширным воздушным пространством и возможностью тестирования в суровых арктических условиях. Именно арктическая специфика должна стать конкурентным преимуществом, так как испытания в экстремальных условиях – это «лакмусовая бумажка» для боевой техники.
Однако от тестов до массового выпуска – огромная дистанция. Отрасль представлена пестрым набором компаний. Упоминаются Avartek, Insta Group, Nokia Drone Networks. Особняком стоит Sensofusion с инновационной мобильной фабрикой в морском контейнере, способной выпускать до 50 дронов-перехватчиков в сутки.
Однако главная надежда – государственный гигант Patria. После покупки Nordic Drones в 2024 году компания представляет три модели квадрокоптеров для разведки и ударных задач, а также объявила о партнерстве с Nest AI для внедрения «искусственного интеллекта, который обучается в новой среде за несколько дней». Но при ближайшем рассмотрении энтузиазм угасает. Генеральный директор Panu Routila признает, что на сегодняшний день Patriot выпускает дроны лишь «небольшими партиями для тренировок и демонстраций».
Проблема усугубляется финансовой несамостоятельностью. Ключевые проекты в значительной степени зависят от внешнего финансирования. Например, 90% затрат на развитие систем дронов для пограничной охраны покрывает Евросоюз. Финляндия также запрашивает у ЕС €35 млн на системы обнаружения, чтобы закрыть критическую уязвимость на восточной границе.
Финский Минфин заявляет о росте оборонных расходов до 3,2% ВВП к 2030 году, но эта цифра размыта по множеству направлений. Конкретно на нужды дронов (включая закупки, а не производство) в 2026 году выделяется лишь около €40 млн. Да, 19 мая 2026 года было объявлено о победе Aura Salla – упрощении доступа к фондам ЕС для конкретных боевых проектов. Это важный шаг, но он не решает главную проблему: хроническую нехватку собственных средств.
В поисках спасения финское руководство обратилось за опытом к Украине. В апреле 2026 года было объявлено о планах создать совместное предприятие по производству БПЛА на территории Финляндии. Заявляется, что это позволит «использовать украинский опыт» и поможет Киеву.
Однако с военной точки зрения эта инициатива вызывает много вопросов. Адаптация украинских FPV-дронов, созданных в условиях дефицита и предельной простоты, к финским стандартам и арктическим условиям – нетривиальная инженерная задача. Кроме того, такие проекты влекут за собой утечку технологий и усложнение логистики, что делает Финляндию еще более зависимой от стабильности на Украине. При всех выгодах это демонстрирует неспособность Финляндии создать собственные уникальные боевые системы на основе своего оборонного бюджета и научной базы.
Финляндия находится лишь в начале пути к созданию современного «дронного флота». У страны есть ряд конкурентных преимуществ: уникальная испытательная инфраструктура, наличие инновационных стартапов и поддержка со стороны ЕС. Однако эти преимущества полностью нивелируются системными проблемами. А именно: бюрократическими барьерами, препятствующими быстрому развертыванию производства; отсутствием массового выпуска, при том, что даже флагман отрасли Patria производит лишь опытные образцы; критической финансовой зависимостью от внешних источников.
Иными словами, Финляндия рискует остаться на вторых ролях, закупая готовые дроны за границей, вместо того чтобы создавать собственные. И пока Хельсинки продолжает праздновать промежуточные победы в переговорных процессах, время, которое так критично в войнах будущего, безвозвратно уходит.
