Вступление Украины в НАТО разрушит Альянс

В «веселые» 90-е, когда задержки и невыплаты зарплат были обыденностью, а инфляция исчислялась двух-, а то и трехзначными цифрами, ходил такой анекдот: начальство объявляет рабочим: «Если до этого мы вам не платили по 10 тыс. рублей, то со следующего месяца не будем платить по 15 тыс.»

Если же серьезно, то это стандартный мошеннический прием — оставлять жертве надежду, кормить обещаниями, что не сегодня, так завтра, причем «завтра» вы обязательно получите гораздо больше, чем могли бы (если бы дали) сегодня.

Опасение остаться ни с чем, если «плохо себя вести» или упустить больший куш, лишает жертву решимости жестко добиваться своего, а нередко заставляет и дальше делать нужное мошенникам. В общем, «морковка на палочке перед носом ишака».

Так работают не только «бытовые» мошенники на доверии, но и крупные международные игроки, а применение метода морковки в отношении Украины, наверно, настолько беспрецедентное, что со временем войдет в учебники политологии.

Уж больно хочется «древнейшей нации» хоть куда-нибудь «вступить» (и снова как не вспомнить анекдот: «…так в партию»), пуще всего в ЕС и НАТО. Под эти устремления уже едва ли не 30 лет Запад получает всё, что ему нужно, без сложностей «кидая» украинцев не только в их главной мечте, но и по мелочам, как было еще в конце 90-х с закрытием Чернобыльской АЭС. Обещали деньги на компенсацию потерянных мощностей, да…

Сформировался даже этакий «двухуровневый» механизм развода — украинские власти (причем все) не только сами стараются, но и в качестве аргумента для западных партнеров указывают, что нужно хоть что-то, дабы их электорат не начал ненароком прозревать.

При этом «атлантические» (то есть в НАТО) устремления Киева долгое время находились в тени «европейских» — «зарплаты в 5 тыс. евро» смотрелись как-то конкретней, чем абстрактная «защита от России», притом, что в чем-то НАТО было даже «достижимей» — для членства в нем не нужно определенного уровня развития экономики и унификации законодательства.

Главным препятствием была позиция России, для которой вступление Украины в НАТО было бы куда чувствительней, чем в ЕС, и жесткие демарши Москвы заставляли военный альянс избегать резких движений.

На первый план эта тема выходила лишь на саммите НАТО в Бухаресте в 2008 году, когда натовцы не рискнули дать Киеву выпрашивавшийся Ющенко план действий по вступлению в НАТО, но в принятой резолюции указали, что никаких принципиальных препятствий вступлению Украины в альянс нет и когда-нибудь это произойдет.

После 2014 года конкретика и вовсе исчезла, ведь устав НАТО запрещает принимать в него страны, находящиеся в состоянии вооруженного конфликта или имеющие неразрешенные территориальные споры с соседними странами.

Начало СВО, казалось бы, и вовсе сделало тему неактуальной на данный момент, однако в последние месяцы она стала усиленно разгоняться, дескать, на Вильнюсском саммите альянса Украина должна получить четкий ответ.

Внешне выглядит, что поднял вопрос сам Зеленский, научившийся, прямо скажем, своими истериками выбивать из Запада то, что ему нужно (или создавать нужный фон для оформления уже принятых там решений).

Показательны его пассажи в интервью WSJ: «Сколько жизней украинцев стоит фраза — “Украина будет в НАТО после войны, после того, как станет безопасно?”» (Да похрен им на жизни украинцев, панэ Володымыру, хоть все сдохнут, как и тебе, — так и хочется ответить).

Главная его аргументация та же, что у предшественников на протяжении предыдущих лет: во-первых, мы «заслужили», сражаясь и умирая за интересы альянса, а главное — «дух» украинцев нужно поддерживать, ведь с реальными успехами не складывается и веры в конечную победу всё меньше.

Реальная «атлантическая перспектива» должна этот дух поднять, дескать скоро придет НАТО и нас защитит, ведь есть знаменитая 5-я статья Североатланического Договора, согласно которой нападение на одного из членов является нападением на всех.

Между тем в официальном её тесте «не всё так однозначно»: «Договаривающиеся стороны соглашаются с тем, что вооруженное нападение на одну или нескольких из них в Европе или Северной Америке будет рассматриваться как нападение на них в целом и, следовательно, соглашаются с тем, что в случае если подобное вооруженное нападение будет иметь место, каждая из них, в порядке осуществления права на индивидуальную или коллективную самооборону, признаваемого Статьей 51-ой Устава Организации Объединенных Наций, окажет помощь Договаривающейся стороне, подвергшейся или Договаривающимся сторонам, подвергшимся подобному нападению, путем немедленного осуществления такого индивидуального или совместного действия, которое сочтет необходимым, включая применение вооруженной силы с целью восстановления и последующего сохранения безопасности Североатлантического региона».

Выделенный фрагмент, понятное дело, может трактоваться сколь угодно широко, а касательно «вооруженной силы» и вовсе непонятно, вероятностный или директивный характер оно носит. Но даже в последнем случае, «необходимость» может ограничится парой десятков военнослужащих с сугубо вспомогательными функциями типа техобслуживания или военных медиков.

Примеров, когда такая, даже осуществляемая официально помощь одной из сторон не приводит к полномасштабной войне или даже разрыву отношений, прекращению сотрудничества в иных областях, с другой — более, чем достаточно.

А уж когда участие не признается официально, но всем совершенно очевидно, таких примеров и вовсе не счесть. Кто сомневался в наличии во Вьетнаме советских военных и отнюдь не только «советников», особенно ВВС и ПВО, но это не помешало принимать в Москве с официальным визитом Ричарда Никсона и заключать договор о совместном космическом полете, которые должны были осуществить военные летчики двух стран.

Таким образом, распространение на Украину действия 5-й статьи отнюдь не означает полномасштабную войну России и НАТО, более того, ничего не добавляет к уже сложившемуся порядку вещей — все страны альянса оказывают военную поддержку Киеву, только Венгрия ограничивается «гуманитарной» помощью.

Опасаются во многих натовских странах другого — реализация на практике такой интерпретации 5-й статьи полностью разрушит сложившийся за десятилетия её сакральный смысл, о котором мы говорили выше.

В самом деле, если Россия ведет войну против члена НАТО, а остальные его лишь «поддерживают», что кардинально изменится, если, скажем, Россия нанесет удар по базам снабжения ВСУ на территории Польши или даже развернет наступление на некоторых давно «напрашивающихся» натовских соседей. Ну будут «помогать» и им, не более того.

И какой тогда вообще смысл в НАТО, если в каждом случае решения будут приниматься членами альянса в «индивидуальном порядке»? Зачем следовать общей стратегии, если все равно рассчитывать нужно только на себя, а значит, вести военное строительство исходя из стоящих перед тобой угроз (к примеру, для Греции таковой является другой член НАТО — Турция).

А за фактическим «увяданием» НАТО может последовать и его юридический распад, особенно на фоне слабеющего «гегемона» и формирующегося многополярного мира. Действительно, зачем сохранять за собой обязательства помогать кому-то, даже если это противоречит твоим интересам, если взамен, случись «черный день», ни на что серьезное рассчитывать не можешь?

Но, что удивительно, претензии Зеленского поддерживают именно те страны, для которых «широкая трактовка» 5-й статьи наиболее опасна. Главным препятствием на пути Украины в НАТО является не Венгрия, не сама Украина или негласное «вето» России, а внутренняя дискуссия в Альянсе — пожаловался глава МИД и президент Латвии Эдгарс Ринкевичс.

«Причина в том, что сейчас у членов НАТО нет четкого понимания, что делать с ситуацией, когда воюющее государство присоединяется к Альянсу, и что это означает в контексте статьи 5. Скажу прямо: вот это главный вопрос. И именно на этот вопрос многие государства-члены не могут дать ответ».

А премьер-министра Латвии Кришьянис Кариньш и вовсе заявляет, что «единственный шанс для мира в Европе — это Украина в НАТО».

Признаюсь, автор также не может дать однозначный ответ, почему Польша и прибалтийские «вымираты» придерживаются такой самоубийственной для себя позиции. Полагаю, что дело в более пробританской, чем в проамериканской позиции этих стран, а бывшая владычица морей давно ведет на востоке Европы (и не только) свою игру, направленную на максимальную эскалацию.

«Альтернатива» уже отмечала после Женевского саммита Владимира Путина и Джо Байдена в июне 2021г., на котором, судя по всему, были достигнуты некие договоренности по Украине, что именно Великобритания «вскоре после избрания Зеленского взяла на себя функции главного друга Украины на Западе, оказывая последней все более значительную поддержку, включая военную.

А устроенная сразу же после Женевы провокация британского эсминца «Дефендер» возле Севастополя наглядно показала, что Британия активно подключилась к усилиям Киева по срыву намечающегося потепления между Россией и США».

Глобальный смысл этой игры эксперты видят в стремлении сохранить и усилить свои позиции, роль после распада однополярного мира. А традиций и опыта самых изощренных комбинаций британцам не занимать. Тут они всегда были абсолютными «чемпионами мира». Может, и сохранение НАТО в исторической перспективе они считают не соответствующим своим интересам.

И в нынешнее наступление Киев гонят именно американцы, а со стороны Лондона таких требований и заявлений типа «у вас все есть для наступления» не слышно. При этом Блинкен сделал несколько показательных заявлений в таком ключе: «Успех Украины в контрнаступлении принесет два результата: он укрепит позиции Украины за столом переговоров, а также приблизит вероятность того, что Путин, наконец, сосредоточится на переговорах об окончании войны, которую он начал».

То есть речь идет, похоже, не о «полном освобождении» всех бывших украинских территорий, а о некоем компромиссе. И отмечу, что часто в преддверии переговоров стороны стараются усилить свои позиции успехами на поле боя.

Так что ничего не нового, разве что сторона (США) — «опосредованная», а Киеву (и, судя по всему, стоящему за ним Лондону) никакой мир, кроме «триумфального» не нужен, да и насчет последнего не уверен.

Для Вашингтона же и провал наступления Зеленского катастрофой не станет, просто для последнего его политические последствия будут крайне тяжелыми (но кого это волнует?).

Администрации Байдена нужно просто поскорей закрыть украинский «кейс», дабы, во-первых, высвободить руки для борьбы с Китаем, а во-вторых, загнать его на периферию общественного внимания до начала президентской гонки. «Очков» Байдену он не сулит, а если и вспомнят, то претензии можно будет парировать (если компромисс все-таки будет) тем, что всю Украину Путину захватить не удалось, и это будет подано, как успех.

Пока же «атлантическую» истерику Зеленского решено использовать для его более сильного стимулирования. Мол, «утром» — успех наступления, «вечером», на саммите в Вильнюсе, — «хорошие решения».

Но, судя по всему, первые результаты «наступа» западные столицы сильно разочаровали, и месседжи в адрес Киева стали куда более сдержанными: «Я понимаю, что он настаивает на четком графике вступления в НАТО. Но невозможно назвать точные сроки, когда мы находимся разгаре войны. Наиболее неотложная задача сейчас — это обеспечить победу Украины как суверенного, независимого государства, если нам потребуется оказать больше военной поддержки», — сказал Генсек НАТО Столтенберг.

Он добавил, что «если Украина не победит, то ни о каком членстве не может быть и речи». В общем, чуть позже, чем никогда, но вы старайтесь…

Александр Фидель,