Ватикан: между Богом и «Опус Деи». Часть 1
Итальянские СМИ в последнее время серьезно заинтересовались позицией Ватикана по российско— украинскому конфликту. Так уж получилось, что ряд высших иерархов Католической церкви, совершенно очевидно близких к нынешнему папе, занимают диаметрально противоположные позиции относительно СВО вооруженных сил России на Украине. Так президент Конференции католических епископов Италии кардинал Маттео Дзуппи выходит за рамки своей обычной епископальной юрисдикции и занимается реальной политикой от имени Ватикана. При этом привлекают внимание его заявления об украинском конфликте, что является вопросом, находящимся в исключительной компетенции государственного секретаря Святого престола кардинала Пьетро Паролина.
Папа поручил Маттео Дзуппи возглавить так называемую «мирную миссию» по Украине. Пока еще не совсем ясно, что это поручение из себя представляет. Как уточнили в Ватикане, понтифик возложил на него «задачу возглавить миссию, согласованную с государственным секретариатом Святого престола, которая будет способствовать ослаблению напряженности украинского конфликта в надежде, никогда не оставляемой папой Франциском, что это может положить начало мирному пути».
Некоторые итальянские ватиканисты, такие как Сандро Магистер, интерпретируют эту инициативу папы Франциска, как свидетельство некоего его недоверия в отношении дипломатов государственного секретариата Святого престола.
Кардинал Дзуппи не пользуется любовью на Украине ни со стороны правительства, ни местных греко— католиков, утверждает ватиканист. Он «всегда удерживался от того, чтобы однозначно одобрить как право украинского народа защищаться с оружием в руках от российского вторжения, так и поставки вооружений западными странами».
В то же время секретарь Святого престола по отношениям с государствами (так официально называется МИД Ватикана) архиепископ Пол Галлахер однозначно одобряет «вооруженную защиту украинского народа».
Таким образом, возложив «мирную миссию» на Дзуппи, папа Франциск как бы показывает, что он хочет возобновить диалог с Россией сильнее, чем с Украиной.
О реальных намерениях понтифика в какой— то мере свидетельствует результат его встречи с В. Зеленским во время недавнего визита последнего в Италию и Ватикан.
«Они не так сильно мечтают о посредничестве, потому что проукраинский альянс действительно очень силен — вся Европа, США, иными словами очень большая собственная сила», — так папа Франциск прокомментировал в интервью Telemundo слова президента Украины, который после встречи с понтификом 13 мая заявил, что ему не нужны посредники в отношениях с Россией, пишет итальянский портал il Fatto Quotidiano.
Франциск рассказал, что во время той самой аудиенции в Ватикане украинский президент попросил его о «большом одолжении» — позаботиться «о детях, которых увезли в Россию».
Правда при этом он не уточнил, что детей в Россию увозят от обстрелов украинской артиллерии, каким подвергаются жилые дома и детские учреждения в русскоязычных регионах.
Понтифик также отметил, что возвращение украинских территорий «является политической проблемой», добавив, что «мир будет достигнут в тот день, когда они смогут говорить друг с другом или через других», имея в виду президентов Владимира Путина и Владимира Зеленского.
Таким образом, Франциск еще раз подчеркнул цель миссии, возложенной на Дзуппи, которая заключается именно в том, чтобы сблизить Украину и Россию. Из Кремля уточнили, что «любые усилия в этом направлении будут иметь смысл только в том случае, если будет учитываться известная принципиальная позиция России в отношении возможных мирных переговоров».
Кардинал Дзуппи очень близок к «Общине святого Эгидия», что якобы делает его «прогрессивным» католиком. Некоторые говорят, что даже слишком «прогрессивным» ввиду близости кардинала к монсеньору Винченцо Палья — реальному главе «Общины святого Эгидия».
Итак, роли Ватикана распределены: внешнеполитическое ведомство в лице архиепископа Пола Галлахера занимает общую с коллективным Западом позицию по Украине. В то же время один из ближайших соратников папы Римского с его подачи активно продвигает посредническую линию Святого престола в отношениях между Россией и Украиной.
Участие в качестве посредника является одним из наиболее любимых приемов ватиканской дипломатии в международной деятельности. С 1968 года к этой деятельности активно привлекается «Община святого Эгидия», которая выполняет роль параллельной ватиканской дипломатии.
Деятельность Общины чрезвычайно интересна и заслуживает того, чтобы с ней познакомиться поближе.
Я изложил ее в своей книге «Ватикан. Моя любовь, моя война» и предлагаю ознакомиться с ней в этой статье.
Общество св. Эгидия
Разведки работают везде, вопрос только как. Разведывательная работа в Ватикане (будем называть вещи своими именами. И ничего необычного в этом я не вижу: раз мы признаем Святой Престол в качестве государства, значит, признаем за ним право и на разведывательную работу) проводится на очень специализированной основе. Особое место в информационно-дипломатической деятельности Святого Престола занимают так называемые светские католические организации. Разберем это на примере «Общины св. Эгидия».
Появилась она в 1968 году на базе последователей секции СД (студенческого движения) в римском лицее им. Виргилия. Создано СД было после студенческих волнений в Европе в том же 1968 году священником Луиджи Джуссани для целенаправленного воздействия на католическую молодежь. Позже оно трансформировалось в правую католическую организацию «Единение и освобождение», тесно связанную с Опус Деи. Так вот, кружок СД в лицее и явился ядром «Общины св. Эгидия». Возглавил её некто Андреа Риккарди. Декларированная цель деятельности организации — помощь бедным.
Дальше произошло всё, как у многих других светских католических организаций. Поиск высоких покровителей, финансовых средств и стремление сделать её полезной для руководства Католической церкви. Нередко такие светские церковные организации превращаются в параллельные церковные структуры, стремящиеся вырваться из управления «правящих» епископов на местах.
Удаётся это сделать очень немногим при условии, что они не требуют для себя финансирования из центральных структур церкви (а, наоборот, совершают отчисления из средств, получаемых со стороны), находят свою нишу, полезную для церковного руководства. Благодаря обширным личным связям Риккарди и его ближайших сторонников, организации удалось получить доступ к различным государственным фондам поддержки малоимущих слоев населения. Со временем добрались они и до фондов ЕС. А это в совокупности очень немалые средства.
Говорю об этом, потому что видел документы, подтверждающие перечисление этих сумм «Общине св. Эгидия» римским муниципалитетом в его отчёте по гуманитарной деятельности. Но никаких следов отчётности о расходовании этих денег «Общиной св. Эгидия» обнаружить не удалось. К каким фондам и средствам ещё удалось добраться организации, для меня остается загадкой. Да это уже и не так важно.
Так куда же ещё, кроме благотворительности, идут средства, добытые «непосильным трудом» «Общины св. Эгидия»? Трудно в это поверить, но она занимается «собственной» дипломатической деятельностью, стремится к выполнению посреднических миротворческих миссий в различных горячих точках мира. Одно время даже претендовала на получение за это Нобелевской премии мира. Вот здесь и кроется интерес к «Общине св. Эгидия» со стороны руководства Ватикана. Там довольно быстро поняли, что такая направленность международной деятельности организации может быть чрезвычайно полезной.
Святой Престол сам стремится, когда возможно, выступать в роли посредника в урегулировании различных конфликтов. Такая тактика оправдывает себя как с точки зрения получения необходимой информации, так и в плане наработки политических дивидендов от посреднической миссии со стороны участников конфликта, международных организаций и отдельных государств. Безусловно, она способствует росту авторитета Ватикана как международного политического игрока.
Появление параллельной дипломатической структуры в виде «общественной» организации делает дипломатию Святого Престола ещё более динамичной и многообразной, поскольку она получает возможность выходить без особого риска для себя на оппозиционные круги тех или иных государств, в том числе и находящиеся в состоянии вооруженной борьбы с легитимной властью. Далеко не всегда усилия такой неформальной дипломатии увенчаются успехом. На одну удачную акцию (среди правительства и повстанцев в Мозамбике, где, надо сказать, в посредническую миссию были вовлечены американцы и итальянские коммунисты, но о них как-то совсем «забыли») в 80–90-х годах пришлась масса неудач: Бурунди, Судан, Албания и Алжир. Но неудачи были с точки зрения результатов посреднической миссии, а с точки зрения получения чрезвычайно важной политической информации подобные миссии явились весьма успешными и полезными для ватиканской дипломатии, которая щедро делилась своей информацией с США. Не случайно в 1998 году госсекретарь США Мадлен Олбрайт после посещения штаб-квартиры «Общины св. Эгидия» в Риме осталась в полном восторге от их деятельности, хотя к этому времени говорить об успехах общественной организации на дипломатическом поприще уже не приходилось.
Что касается их посреднической миссии в Алжире, то она оказалась вообще полным фиаско. После установления контактов с лидерами террористической организацией «Фронт исламского спасения» и выводом Анвара Хаддама, полевого командира одной из наиболее кровавых структур ФИС, в Рим для переговоров, произошло единодушное осуждение этой акции со стороны алжирского епископата, итальянской дипломатии и ООН. Именно в день прибытия Хаддама в Рим его бойцы взорвали в Алжире автобомбу, в результате чего погибли 120 человек.
Ватикан тоже был вынужден среагировать, обвинив руководство организации в «самовольстве и непослушании». Тем не менее, когда этот скандал сошёл на нет, духовный лидер общества дон Винченцо Палья (по моим наблюдениям, реальный руководитель организации) был рукоположен в епископы. Таким образом, у «Общества св. Эгидия» появилась возможность рукополагать священников из числа своих активистов, минуя епархиальные структуры. Через несколько лет о «непослушании» организации совсем забыли и по случаю 35-летия со дня её образования Папа Иоанн Павел II принял её активистов, выразив им огромную признательность за их «самоотверженный труд».
Кого заинтересует международная деятельность Ватикана, может познакомиться с ней, прочитав мою книгу «Ватикан. Моя любовь, моя война». Она находится в свободном доступе в Интернете.
Как я уже отмечал, «Община св. Эгидия» выросла из правой католической организации «Единение и освобождение», тесно связанной с «Опус Деи». К сожалению, в книге страницы, посвященные «Опус Деи», не были опубликованы. Ниже я привожу их.
«Опус Деи»
Что представляет из себя эта организация? Будучи мало знаком с ней лично (о моем непосредственном опыте — ниже), расскажу, как она описывается в различных внушающих доверие публикациях.
В 1928 году в Мадриде молодой, но очень амбициозный испанский священник Эскрива де Балагер (1902–1975) организовал небольшой кружок, объединивший группу ревностных католиков, получивший название «Опус Деи». Как и в эпоху Реформации, в начале ХХ века влияние католической церкви стало стремительно падать. Тогда-то молодой испанский священник и задумал восстановить славу Святого Престола. Всего за три года (рукоположен в священники лишь в 1925 году) он сумел сделать в Церкви серьезную карьеру: стал ректором духовной семинарии в своем родном городе Сарагосе, а затем переведен в Мадрид, где совмещает некоторые административные должности с преподаванием в школе журналистики, основанной влиятельной «Национальной католической ассоциацией пропагандистов».
Из кружка единомышленников «Опус Деи» довольно быстро вырастает во влиятельный религиозный орден. Официально он объединяет свыше 85 тыс. человек, с учетом же тайных членов и членов из числа мирян в организации состоят сотни тысяч, которые разделены на три ступени. Стоящие на первой из них (нумерарии) являются полными членами организации, соблюдают все обеты и правила ордена, а следующие две категории (аггрегати и супернумерарии) относятся к «апостолату» (правоверным мирянам).
«Нумерарии» соблюдают обет безбрачия и часто живут в общежитиях, исключающих контакты между мужчинами и женщинами. Как правило, по профессии эти люди преподаватели, адвокаты, врачи, промышленники, банкиры, политические деятели, журналисты и священники с высоким образовательным уровнем (по меньшей мере два года учебы на философском и четыре года на теологическом факультетах). Они отчисляют в пользу организации весь свой заработок, получая в обмен деньги на карманные расходы.
Нумерарии могут принимать и священнический сан. «Агрегаты» могут жениться, но своих детей они обязаны отдавать учиться в поддерживаемые орденом школы. Им запрещено раскрывать свою принадлежность к «Опус Деи». Отчисляют в пользу ордена часть своего заработка (как правило, одну треть). «Супернумерарии» состоят в браке и посещают обычные места молений. Секретная статья 202 кодекса «Опус Деи» провозглашает целью деятельности правоверных мирян государственную и общественную службу, «особенно руководящую».
Руководит орденом прелат, которого пожизненно назначает лично Папа. Главными заместителями являются ведающий духовным руководством префект и выполняющий обязанности министра иностранных дел прокуратор — все они обязательно духовного звания. В сан посвящены также представители прелата в разных странах — генеральные секретари и викарии. Благодаря принятой в ордене системе психотехник выковываются уникальные кадры, совмещающие в себе абсолютную готовность выполнять распоряжения руководства и одновременно инициативные, имеющие при этом высокое образование и занимающие высокое положение в обществе.
Святой Престол не замедлил воспользоваться этим мощным орудием. 2 февраля 1942 г. папа Пий XII издал энциклику «Provida Mater Ecclesiae» («Попечением матери церкви»), юридически признающую организации мирян, которые, соблюдая монашеские обеты, не носят сутану и не живут в монастырях, а в 1950-м полностью одобрил деятельность «Опус Деи». 32 года спустя Иоанн Павел II предоставил этой организации статус своей персональной прелатуры, то есть отныне члены ордена не подпадают под юрисдикцию церковных руководителей тех местностей, где они проживают, но находятся в личной юрисдикции Папы.
«Опус Деи» владеет восемнадцатью университетами; более того, Иоанном Павлом II был учрежден и передан под начало ордена новый центр католического образования — Папский университет Св. Креста в Риме, в котором обучается около полутора тысяч студентов из 65 стран. Члены ордена работают почти в 500 университетах и других высших учебных заведениях пяти континентов, более чем в 600 газетах и журналах, на 52 радио- и телевизионных станциях, в 38 информационных агентствах, в 12 кинокомпаниях, входят в правительства, руководства спецслужб, банков и корпораций. Бывшая руководительница женской организации «Опус Деи» Мария Аугустиа Морено сообщила: «Наша цель состоит также и в том, чтобы проникнуть на университетские факультеты и кафедры и в государственные учреждения. Тогда мы окажемся в состоянии присваивать нашим людям докторские степени, награждать орденами, обеспечивать их карьеру, что привлечет к нам новых представителей элиты».
Согласно самым осторожным подсчетам, одно только итальянское «казначейство» организации может рассчитывать ежегодно на собираемую Ватиканом во всем мире с помощью кампании «обло святого Петра». А ведь в казну «Опус Деи» поступают также наследства, пожертвования, всевозможные подаяния. Нумерарии обязаны завещать в пользу ордена все свое имущество. Вокруг «Опус Деи» существует огромное число «вспомогательных обществ», как их именуют в уставе ордена, в том числе учебно-академических и финансовых. Причем в официальных названиях этих обществ ничто не указывает на связь с орденом.
Весьма показательна история ордена на его «родине» в Испании. Здесь в 50 –60-е гг. «Опус Деи» смог занять главенствующие позиции на политической сцене, заменив фашистскую фалангу в качестве основной закулисной силы режима. После второй мировой войны Испания, будучи союзником стран «Оси», оказалась в международной изоляции. Ее экономика представляла собой замкнутую систему, несмотря на отдельные экономические и торговые соглашения с США и Великобританией.
В 1957 году ведущие страны Европы заключают знаменитые римские соглашения, положившие начало европейскому сообществу. Франкистская Испания не была принята в число объединившихся стран. Ее экономика далеко отставала от уровня Франции, Германии и даже Италии. Франко понимал, что для выживания его режима Испания должна добиться вхождения в европейское экономическое и политическое пространство и решил использовать международные связи «Опус Деи».
В том же 1957 году было сформировано правительство, в которое впервые вошли два министра из «Опус Деи». Они заняли ключевые экономические посты: «нумерарий» А. Ульястрес стал министром торговли, а «супернумерарий» М. Наварро Рубио — министром финансов. И уже в 1958 году Испания вступила в Организацию экономического сотрудничества и развития и Международный валютный фонд. После сложных переговоров испанское правительство получило кредиты на сумму 418 млн долларов. Они предназначались для осуществления программы либерализации экономики, вошедшей в историю как «план стабилизации и развития». Его основной задачей выдвигалось подготовка вступления Испании в европейское экономическое сообщество, а одним из главных авторов плана был член испанского правительства, нумерарий «Опус Деи» Лауреано Лопес Родо. Разрешался доступ иностранных товаров на испанский рынок, ослаблялся таможенный режим, тем не менее, сохранялись протекционистские тарифы, так чтобы поток высококачественных товаров из ведущих европейских стран не задушил испанскую промышленность. Развитие собственной промышленности предполагалось на базе технической модернизации.
Эти меры предопределили рост экономики в 60-е годы. Прирост промышленного производства достиг небывалых для Испании десяти процентов в год. В 1986 страна была принята в ряды Единой Европы. Члены ордена входили во все правительства Испании до 1973 года, занимая там ключевые посты. Потом был перерыв, связанный с политическим скандалом. Но с 1992 года присутствие ордена в составе практически всех испанских кабинетов возобновилось.
С начала 70-х влияние организации стремительно распространилось в мире, и особенно заметно на Американском континенте. Сильные позиции орден имел в Чили, где его поддерживал генерал Аугусто Пиночет, а один из богатейших людей страны, Крусат, контролировавший «Банк де Сантьяго» и около 250 компаний, в 70-е ежемесячно выделял по 2 млн. долл. на финансирование структур организации. Бывший перуанский президент Альберто Фухимори, покинувший страну из-за обвинений в коррупции, сотрудничал с представителями ордена. Влияние ордена велико и в Мексике. Не менее полусотни центров ордена открыто и в США — там «Опус Деи» стал особенно усиливаться в годы Рональда Рейгана, когда члены ордена появились и в Белом доме, и в средних и высших эшелонах Пентагона. При администрации Клинтона влияние ордена также расширялось, хотя и медленнее.
Без ««Опус Деи» сегодня вообще невозможно представить деятельность Католической церкви. В современном стремительно меняющемся мире неизбежные трансформации претерпевают и традиционные институты мировых религий. Они по-своему реагируют на процессы глобализации и секуляризации. Порой эта реакция принимает достаточно радикальные формы, что можно видеть на примере распространения исламского фундаментализма.
Одной из первых стала перестраивать свою структуру и мобилизовывать силы для новых задач Католическая церковь. Чтобы поддержать единство церкви и дать новый импульс ее развитию, Ватикан ищет опору в консервативных организациях и распространяет их влияние по всему миру.
О том, какие тенденции возобладали в последнее время в католицизме, позволяет судить положение одной из крупнейших современных организаций католиков — «Опус Деи», ставшей мозгом и сердцем современного католицизма. Особую роль в этом сыграл Папа Римский Иоанн Павел II. Накануне конклава кардиналов, который должен был избрать преемника Иоанна Павла I, краковский епископ Кароль Войтыла посетил один из ватиканских склепов, где распростерся на плите из зеленого мрамора с надписью «Хосе Мария Эскрива де Балагер» — на могиле основателя организации, всецело соответствующей представлению польского кардинала об истинном лице католицизма. Без поддержки «Опус Деи» Войтыла не смог бы стать Папой, а без поддержки Иоанна Павла II «Опус Деи» не смог бы занять столь высокое положение в средоточии католической власти.
Подобно иезуитам прежних времен, орден контролирует финансы Ватикана, и обеспечивает силовое прикрытие, стратегическое планирование и интеллектуальные разработки стратегического характера.
6 октября 2002 г. Войтыла причислил к лику святых Католической Церкви Хосе-Марию Эскрива де Балагера (1902–1975 гг.). При явном благоволении к ордену Иоанна Павла II основатель «Опус Деи» удостоился прямо-таки сверхскоростной канонизации. Уже в 1992 его причислили к лику блаженных (предварительная ступень признания святости в Католической церкви), а спустя всего десять лет — к лику святых. И это притом, что в иных случаях данный процесс затягивается на сотни лет. Быстрота канонизации подтверждает справедливость мнения об огромном влиянии «Опус Деи» на папское окружение и лично на понтифика, — влиянии, вытеснившем вековое могущество ордена иезуитов, в ХХ веке излишне увлекшемся либеральным богословием и «социальным христианством». Перед решением о канонизации Эскрива склонились даже жесточайшие враги «Опус Деи», и отныне богословские, аскетические и социальные идеи ордена становятся частью Священного Предания для всех католиков.
Этот крайне закрытый католический орден стал достаточно известен в мире во многом благодаря выдвигаемым в его адрес обвинениям. Его рассматривают как своего рода реинкарнацию Ордена Иезуитов образца XVI века. Структуру, с помощью которой Ватикан оказывает влияние на мировую политику. В 30-е гг. прошлого века основатель «Опус Деи» написал «Духовные размышления». Труд, получивший название «Camino» («Путь»), содержал 999 максим и был издан на тридцати четырех языках тиражом более трех миллионов экземпляров. Максима шестнадцатая отражает одну из главных особенностей сознания того, кому посчастливилось быть принятым в орден: понимание своей принадлежности к элите, стремление стать руководителем. «Разве ты можешь быть рядовым? — вопрошает Балагер. — Ты ли стадный человек? Ты родился, чтобы стать вождем». Впрочем, тяга к лидерству не исключает железной дисциплины, обусловленной шестьсот семнадцатым постулатом, который гласит: «Повинуйтесь, как повинуется инструмент в руках артиста, не останавливающийся над тем, чтобы размышлять».
Заведенный в «Опус Деи» порядок предусматривает умерщвление плоти. Член ордена обязан ежедневно по два часа носить вериги — густо утыканную гвоздиками металлическую цепь, закрепляемую на бедре с помощью крючка. Вериги врезаются в тело, особенно когда человек сидит, и оставляют на нем кровавые раны, однако еще большие мучения причиняет веревочный хлыст, которым стегают себя по ягодицам до появления крови. Самобичевание применяется в обязательном порядке раз в неделю, в назначенный наставником день «бдения и жертв» (как правило, по субботам). Имеются и другие способы «умерщвления плоти»: мгновенно вставать с постели среди ночи; сидеть, не опираясь на спинку стула; есть именно то, что не любишь. Непосредственно «святые бдения» включают в себя ежедневные мессу и причастия, две получасовые молитвы, полуденную и вечернюю и, наконец, специальные молитвы, текст которых хранится в тайне. «Нумерарии должны умереть выжатыми, как лимон», — говорил Эскрива де Балагер.
Сергей Кузнецов,
