Синиша Лепоевич — известный сербский журналист и аналитик, живущий в Лондоне. Большую часть своей карьеры проработал корреспондентом информагентства Tanjug в Великобритании, и специализируется на британской геополитике и британо-сербских отношениях.
В эксклюзивном интервью специальному корреспонденту международной редакции Федерального агентства новостей на Балканах Алине Арсеньевой Синиша Лепоевич рассказал о роли Великобритании на Балканах и в кризисе на Украине, почему Лондон оказался «в когтях» у Вашингтона, и почему новый британский премьер — кандидат от американского «глубинного государства».
ФАН: Как события на Украине, на ваш взгляд, повлияют на геополитическую ситуацию на Балканах?
Синиша Лепоевич: Это окажет большое влияние на Балканский регион, а также на всю Европу. Совершенно точно, что после окончания этой военной операции и конфликта на Украине произойдут большие геополитические переломы, и возникнет совершенно новая архитектура безопасности Европы. Новая архитектура безопасности окажет большое влияние на положение Балкан и балканских стран, и конечно же, сербского национального корпуса и сербских стран. Эта новая архитектура безопасности будет содержать несколько важных элементов.
Во-первых, тот, кто победит в Украине, будет иметь решающее слово в формулировании этой новой архитектуры европейской безопасности.
Во-вторых, маловероятно, что европейская интеграция, воплощенная в Европейском Союзе, выживет. Может и будут какие-то новые варианты интеграции, но ЕС в любом случае не выживет.
Третий элемент заключается в том, что трудно предсказать судьбу НАТО, потому что без НАТО нет Европейского Союза. НАТО — это не только военные рамки Европы, Европейского Союза, но и политические.
И четвертый элемент — неизвестно, как Америка дальше будет вести себя по отношению к Европе, потому что США явно переключают свое внимание на Тихоокеанский регион и на Азию, что бы это ни значило.
В любом случае Европа уже не будет такой, какой она была несколько лет назад. Единая Европа политически полностью маргинализирована, экономически тоже, организационно она близка к распаду. В такой среде полностью меняется геополитическое положение и атмосфера на Балканах.
— Какую роль играет Великобритания на Балканах, особенно в Боснии и Герцеговине?
— Британия традиционно последние 150 лет присутствует на Балканах: и в сербских странах, и в Болгарии, и конечно, в Греции. Однако когда дело доходит до Боснии и Герцеговины и Сербии, Великобритания является субподрядчиком, то есть Лондон больше не оказывает решающего влияния на судьбу Боснии и Герцеговины и Сербии. Но используя свое традиционное присутствие и определенную иррациональную склонность сербского народа к Британии, используя свой имидж, она все еще пытается поддерживать видимость того, что играет важную роль благодаря своему присутствию в Боснии и Герцеговине и Сербии.
Тем не менее Великобритания больше не является мировой державой и больше не имеет никакого влияния. Лондон — просто субподрядчик Вашингтона и американских геополитических интересов. Такова роль Великобритании в Сербии и Боснии и Герцеговине. Так что никакой британской политики нет, это просто обслуживание американской политики в этой части света.
— Можно ли сказать, что с приходом нового премьера Риши Сунака увеличилась согласованность британской политики с США?
— Этого нельзя сказать. Великобритания была полностью во власти американской политики со времен Тони Блэра. В то же время лондонский Сити, эта деловая часть финансового центра, полностью привязан к доллару США. Три четверти бизнеса в лондонском Сити ведется в долларах США. В то же время Великобритания является страной с колоссальным долгом. И хотя ее национальное богатство огромно и накопление капитала огромно, но и государственный долг Великобритании огромен и привязан к доллару США.
Британия в когтях Америки, особенно после выхода из Евросоюза. Лондон вместо Брюсселя бросился в объятия Вашингтона как никогда ранее. Нынешний премьер-министр, не обладающий полной легитимностью, потому что не был на выборах, не является решающим в этих отношениях. Наоборот, мы видели сейчас, когда Байден был в Северной Ирландии, какое было отношение к Сунаку.
Потому Риши Сунак — кандидат американского «глубинного государства», но он не решает ничего, он не имеет здесь никакого влияния.
— Какова роль Великобритании в украинском кризисе? Ранее Лондон играл ключевую роль, сейчас Вашингтон его оттеснил.
— Да, Британия сейчас менее вовлечена. В том смысле, что она по-прежнему политически вовлечена, она самая ловкая, самый активный адвокат и поджигатель войны, заступник американской политики, но возможностей у нее гораздо меньше, чем можно было бы подумать из заявлений политических деятелей. Лондон обучил 10-15 тысяч украинских солдат, оказал помощь как оружием, так и деньгами на сумму около 3 миллиардов фунтов, что сегодня для Британии большие деньги. Но в более широкой, дальней перспективе она не играет ключевой роли.
У нее на Украине около 50 своих военных инструкторов спецподразделений, которые в основном обучают украинцев диверсиям, — практически терроризму, — но большего участия она не принимает. Великобритания не истощена, просто ее возможности сейчас меньше на данном этапе. Британия вовлечена в украинский кризис не потому, что ее об этом просили американцы, а потому, что политическая элита Британии надеется, что ее присутствие в столь серьезном кризисе, в таком эпохальном событии позволит сохранить видимость влияния, — однако объективно его у Лондона нет.
— Как Сербия может вести переговоры в ситуации, когда Запад настаивает исключительно на признании Косово со стороны Белграда? Возможно в принципе ли вступление Сербии в ЕС, если за это от Белграда требуют признания независимости Косово?
— Как можно вести переговоры — это следует спрашивать у руководства Сербии. Позиция Америки, поскольку Евросоюз здесь вообще не важен, позиция Америки и Евросоюза, если хотите, была совершенно ясна с первого дня. Эту позицию они занимают уже как минимум уже 15 лет.
И о чем идут переговоры? Сербия совершила кардинальную ошибку, подписав Брюссельские соглашения, которые узаконили это квазигосударство, признали его авторитет над всей территорией края, что привело к полному уходу государства Сербия из Косово и Метохии.
Это проблема властей Сербии, и лично я считаю, что с Западом невозможно разговаривать по нескольким причинам. Первая причина — то, что Запад бомбил Сербию и силой захватил эту территорию. Вторая причина состоит в том, что интересы Запада и стратегические, национальные интересы Сербии полностью расходятся. И третья причина, если угодно, в том, что с Западом невозможно разговаривать. Запад видит разговор только как способ навязать свои требования.
Никакого компромисса, никаких разговоров — такая у них культура, такой подход. Поэтому я считаю эти переговоры и принятие этих требований большой исторической ошибкой, и боюсь, что в конце концов Сербия примет все, о чем на данном этапе просит Америка.
И потом — возможно ли вступление Сербии в Евросоюз без признания Косово? Я не думаю, что это возможно. Во-первых, это решает не Евросоюз, а Америка, поэтому это просто еще один инструмент давления на Сербию, по сути, еще один инструмент обмана общественности Сербии. Они считают, что мифа о вступлении в Европейский Союз и благополучии, которое это якобы принесет, достаточно, чтобы ввести в заблуждение общественность Сербии.
ЕС не примет Сербию, признает она Косово или нет. Мы и сами видим, что ЕС сейчас только выдвигает все больше и больше условий. Следовательно, это большой обман.
— С другой стороны, и сербский народ не хочет в ЕС. Соцопросы показывают рост евроскептицизма.
— Да, поддержка Евросоюза в обществе снижается из-за всего того, что происходит. Народ не дурак, но Западу это совершенно не интересно.
Мы знаем, что подавляющее большинство граждан Черногории были против вступления в НАТО, но Подгорица вступила в Альянс. Запад работает с элитами, Запад не работает с народом. В Хорватии большинство людей были против вступления в НАТО, но Загреб вступил в НАТО. Поэтому народ действительно занимает такую позицию, но Запад работает с политическими элитами, с помощью шантажа и давления, и это то, что их интересует. Их не интересует, что думает народ.
— Какие реальные есть рычаги у Белграда? Учитывая, как Сербия экономически зависит от Запада, окружена странами НАТО, а Косово под протекторатом США? Можно ли сказать, что Белград в патовой позиции?
— Прежде всего позвольте мне сказать вам, что мантра, что Сербия окружена странами НАТО, ничего не значит. Что это значит? Что НАТО нападет на Сербию? Почему? Ну на Сербию он напал в 1999 году. Сейчас НАТО слабее. Это не имеет никакого отношения.
Какова реальная позиция Сербии? Сербия должна, прежде всего, восстановить доверие, придерживаться того, что говорит, а не говорить сегодня одно, а завтра другое. Необходимо четко определить, в чем заключаются стратегические интересы Сербии, и работать над этим, а не просто говорить об этом, а завтра делать по-другому. Положение Сербии сегодня намного лучше, чем 20 лет назад. Мир изменился, Сербия уже не так одинока, как 20 лет назад. Есть и другие страны, которые очень дружески настроены и готовы так или иначе помочь.
Следующий миф касается экономической зависимости от Евросоюза. Сербия — страна с огромным долгом, при этом 90% она должна западным банкам. Нет экономической зависимости, потому что на эти кредиты мы импортируем западные товары, а тем временем, под предлогом реформ, Евросоюз разрушает экономику Сербии. А мы финансируем их экономику кредитами, на которые покупаем западные товары. Самым большим мошенничеством являются прямые иностранные инвестиции, которые привели к большому злу во всех странах, в том числе и в Сербии.
Эти прямые иностранные инвестиции означают, что Сербия берет кредит, которым она финансирует иностранные компании и наших рабочих, которые получают зарплату. А затем через некоторое время эти компании уходят, и мы остаемся с долгами, и у нас нет экономической структуры. Это невероятный обман, который долгое время поддерживается политически и в медийной сфере. Сербии не стоило в это влезать, так как уже был плачевный опыт других стран.
— Можно ли говорить о конце однополярного мира, и если да, как это влияет на позицию Сербии?
— Однополярному миру пришел конец. Его больше нет. Другое дело, когда читаешь газеты, тем более, что сербские СМИ находятся под влиянием западной пропаганды. Запад был сведен к Западной Европе, Америке, Южной Корее и Японии — это Запад. За пределами этого Запада возникает совершенно новый незападный мир, и это то, что принято называть многополярностью, и это уже происходит. Вы видите, что дело не только в том новом незападном мире, самой большой частью которого является Евразия, дело не только в этом — меняется вся финансовая система.
Доллар стремительно теряет свое значение. Уже 30% мировой торговли осуществляется в национальных валютах. Бразилия и Китай подписали соглашение о торговле в нацвалютах. Ближний Восток, который был базой нефтедоллара, американского давления, теперь работает в национальных валютах, — конечно, не на 100%, но шаг за шагом.
Поэтому многополярный мир уже состоялся, он здесь, только об этом не пишут газеты. Однополярного мира не существует, он существует только в головах вашингтонских бюрократов.
— Однополярный мир исчез, и как это теперь влияет на позицию Сербии?
— Для Сербии открываются гораздо более широкие возможности сотрудничества с Ближним Востоком, причем не только традиционного сотрудничества, как с Россией или Китаем, но и со многими другими странами. Поэтому это открывает большие возможности для Сербии.
Самое абсурдное — это массовая история с диверсификацией энергоснабжения. Что это значит? Это означает, что мы будем покупать российский газ у американских компаний, а не у России — в пять раз дороже. Поэтому Сербия теряет время, многополярный мир очень благоприятно влияет на Сербию, для нее открывается много возможностей. Благодаря своему географическому положению Белград может стать частью этих новых процессов, но пока, к сожалению, это не так.
— Каковы уроки югославского кризиса для современной России? Можно ли распад Югославии считать «генеральной репетицией» Запада с целью реализации аналогичного сценария против России?
— В значительной степени может, но и в значительной степени не может. Может, потому что на Западе нет новых идей, и они всегда работают одинаково. Поэтому сценарий, который был применен при развале Югославии, до сих пор остается на сцене.
У них нет других идей. Однако к России такой сценарий вряд ли применим. Он широко применялся при распаде Советского Союза и в значительной степени использовался для разжигания ненависти к России в бывших советских республиках.
Однако конфигурация Российского государства совершенно иная. Югославия де-факто распалась задолго до распада, когда в 1974 году была принята конституция, превратившая республики в государства. И эти республики начали себя вести как государства, и стимулировалась ненависть к другим народам. У России гораздо более длительный опыт проживания с различными этническими группами и он иначе организован.
Это не означает, что Запад не будет пытаться использовать части этих этнических групп для разжигания ненависти, но внутреннее устройство России совершенно иное, чем в бывшей Югославии. Поэтому в какой-то степени опыт бывшей Югославии может быть использован Западом, но этот опыт может изучить и Россия. А в какой-то другой, не меньшей степени, это нереально.
