Автор Telegram-канала «Пиночет печет печенье» рассказывает, к чему ведет заморозка договора о стратегических вооружениях
Россия замораживает свое участие в Договоре о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-III), в котором речь идет о межконтинентальном ядерном оружии наземного, воздушного и подводного базирования. Об этом 21 февраля в своем послании Федеральному собранию сообщил президент России Владимир Путин. Основной причиной, заставившей его принять такое решение, он назвал открыто враждебное поведение Вашингтона по отношению к Москве. И дело не только в Украине. Дипломатические и политические отношения между двумя странами резко ухудшились еще до Дональда Трампа, а при нынешнем президенте-демократе Джо Байдене взаимное охлаждение просто продолжилось.
Telegram-канал «Пиночет печет печенье» рассказывает о том, что давал этот договор ядерным силам России, почему США были недовольны его положениями, как были остановлены взаимные инспекции и каких дальнейших шагов стоит ожидать в будущем.
Договор замораживаем
Причин, которые побудили российского президента сделать этот шаг, было несколько. И только одной из них был общий антагонизм с США и странами НАТО.
Президент Путин, кроме того, заявил, что «нам хотят нанести стратегическое поражение и лезут на наши ядерные объекты».
Дело в том, что в 2022 году американская сторона отказалась выдать визы российской делегации, отправленной на инспекцию компонентов ядерных вооружений в США. Выполнение соглашения было фактически сорвано представителями США. Правда в ноябре 2022 года пошли сообщения, что инспекции могут быть возобновлены — но переговоры закончились ничем.
В-третьих, Россия требует пересмотра ключевых параметров договора. Пока все контрольные цифры — сокращение количества ядерных боеголовок, стоящих на дежурстве, инспекция военных объектов сил ядерного сдерживания — касаются только США и РФ. Но так как в настоящее противостояние на Украине втянуты страны НАТО, то Москва требует учета ядерных боеголовок, которые стоят на дежурстве и там.
«Прежде чем вернуться к обсуждению этого вопроса, мы должны для себя понять, на что все-таки претендуют такие страны Североатлантического альянса, как Франция и Великобритания? И как мы будем учитывать их стратегические арсеналы? То есть совокупный ударный потенциал Альянса», — заявил 21 февраля президент России.
Для оформления юридической заморозки договора СНВ-III президент вечером 21 февраля направил Государственной думе соответствующий законопроект. Российский парламент одобрил его на следующий день, 22 февраля.
Однако кроме замораживания участия в договоре президент Путин сделал еще одно важное заявление. Если Вашингтон начнет ядерные испытания, Россия сделает то же самое. Потому что военный паритет между двумя крупнейшими обладателями атомного оружия не может быть нарушен. Для его соблюдения Путин поручил обеспечить «готовность к испытаниям» госкорпорации «Росатом» и Министерства обороны.
При этом российский МИД заявил, что Россия будет придерживаться количественных ограничений по договору СНВ-III. Кроме того, российская сторона будет продолжать обмен информацией о запусках межконтинентальных ракет и баллистических ракет подводных лодок. Все на основании договора, заключенного между СССР и США еще в 1988 году. Точно проверить сообщения у Вашингтона нет никакой возможности. Остается только верить и полагаться на свою спутниковую, радиометрическую и сейсморазведки.
Безъядерный путь
Серия договоров СНВ продолжила традицию ограничения потенциального применения ядерного оружия, которую США и СССР заложили еще в 1970-х годах. В настоящий момент между Россией и Соединенными Штатами действуют два договора СНВ. Первый был подписан еще президентами СССР Михаилом Горбачевым и США Джорджем Бушем — старшим в июле 1991 года. В течение семи лет ядерные арсеналы двух сверхдержав сокращались таким образом, чтобы на дежурстве было не более 6000 зарядов. Кроме того, подвижные комплексы для запуска межконтинентальных ядерных ракет разрешалось держать только в определенных районах с обменом между двумя сторонами географическими координатами их расположения.
Но тонкости взаимозачета привели к тому, что на руках у СССР должны были остаться 6500 боеголовок, а у США — 8500. На момент распада у Союза было более 9800 ядерных зарядов, из которых около 6900 были в руках у России. Вопрос контроля и утилизации ядерного оружия после ликвидации СССР стоял очень остро. Вашингтон, как известно, выкрутил руки Украине, заставив ее подписать 5 декабря 1994 года Будапештский меморандум, чтобы она передала весь свой арсенал Москве.
Именно в этот момент договор СНВ-I наконец-то вступил в силу. Дело в том, что Украина была последней из республик СССР, у которой оставались на руках компоненты ядерного оружия, согласовавшей меры по их утилизации. Ранее это сделали Казахстан, Белоруссия и Россия, которая несла основную ответственность за хранение, утилизацию и сокращение атомных арсеналов на территории бывшего СССР.
Реализация договора шла ударными темпами. Уже в конце 2001 года Россия и США официально выполнили свои обязательства по соглашению. Российские арсеналы сократились до 5500 зарядов, а США — до 6000. Договор истекал в 2009 году, что означало подготовку нового документа. Новый договор был подписан в апреле 2010 года, а вступил в действие в феврале 2011 года. Договор стал называться СНВ-III — потому что его предшественник, СНВ-II, хотя и был подписан президентами США и России в январе 1993 года, но так и не был ратифицирован российской стороной. Государственная дума, настроенная резко оппозиционно к президенту Борису Ельцину, посчитала соглашение невыгодным для РФ.
Согласно договору СНВ-III, Россия и США ограничивали до 1550 единиц число ядерных боеголовок, которые стояли на дежурстве. При этом до 700 единиц сокращалось количество носителей ядерного оружия — межконтинентальные баллистические ракеты, стратегические бомбардировщики-ракетоносцы и баллистические ракеты на подлодках. Однако на дежурстве в марте 2011 года у России официально стояли 1537 ядерных боеголовок, а вот у США — 1800, и, как подозревали специалисты, в реальности их было даже больше. Получалось, что Москве достаточно было просто поддерживать свой ядерный арсенал на определенном уровне, а вот Вашингтону приходилось его сокращать.
Договор СНВ-III был в феврале 2021 года продлен еще на пять лет, до февраля 2026 года. Летом 2022 года президент США Джозеф Байден заявил, что он готов обсуждать с президентом России Владимиром Путиным очередное продление соглашения. Но в тот момент взаимоотношения между двумя странами опустились резко ниже нуля.
Успешное соглашение?
В целом договор СНВ-III соблюдался. Россия и США на двоих провели 328 инспекций ядерных арсеналов. Обе страны так же 25 311 раз уведомляли друг друга о состоянии своих военных объектов.
Но когда президентом США стал республиканец Дональд Трамп, ситуация пошла под откос. Для начала новый хозяин американского Белого дома заявил, что его не устраивает заключенный договор — он «несправедливый», и Вашингтон поставлен в нем в невыгодное с Россией положение. Трамп стал угрожать выйти из договора, если Москва не согласится ослабить условия. Делал он это с прицелом на тот вариант будущего, в котором, как считали в Вашингтоне, последнему придется столкнутся с Китаем. И тут — чем больше у США ядерных боеголовок, тем лучше.
В марте 2020 года уже вовсю развивалась пандемия COVID-19, и Москва на этом фоне, с взаимным уведомлением Вашингтона, заморозила инспекционные поездки. США также не приезжали к России с визитом. Радикальная «отмена» пандемии COVID-19 после начала боевых действий на Украине в 2022 году совпала с замораживанием отношений между двумя странами. Но, по сути дела, речь шла о том, что США и Россия уже два года не занимались инспекцией ядерных арсеналов друг друга.
Попытка реанимации проверок со стороны США пришлась на тот момент, когда Вашингтон пренебрег любыми предупреждениями Москвы и сколотил прокиевскую коалицию. Весной 2022 года в США уже раздавались крики среди высокопоставленных сановников и генералов о необходимости ввести бесполетную зону над Украиной, ввести войска НАТО, послать Киеву тяжелое вооружение и просто свергнуть Путина, а заодно — развалить Россию.
Конечно же, в этих условиях поддержание проверок было сочтено Россией крайне нежелательной процедурой. А так как для российских дипломатов и специалистов в ядерной области США еще и не выдавали въездные визы, то повод для замораживания отношений в рамках договора СНВ-III был дан. И режим «мы не инспектируем, потому что границы закрыты» был продлен.
Таким образом, в тот момент, когда президент России объявлял о «заморозке» участия страны в договоре СНВ-III, оба участника уже снизили до минимума свое участие. По сути дела, последние три года (с 2020 года) они придерживались количественных показателей в рамках договора, стабилизировав свои ядерные арсеналы, и более ничего.
Возобновление отношений в рамках договора Москва видит при одном условии — США должны вывести «американо-натовских военных и технику [с Украины], а также прекратить враждебную антироссийскую активность». Крайне сомнительно, что Вашингтон пойдет на это. Президент Байден, выступая 21 февраля в Польше, говорил о поддержке Украины, но только не об этом. Судя по всему, обе стороны готовы к возможной гонке ядерных вооружений. Но в этот раз Россия сработала на опережение, предоставив США «шанс» начать атомную эскалацию первым, и сняв с себя ответственность за будущий «военный кризис».
