Автор Telegram-канала «Немецкий орел» рассказывает, что стоит за «танковой дипломатией» Германии и США.
Когда заседание контактной группы по Украине «Рамштайн-8» не принесло желаемого результата, союзники Германии по антироссийской коалиции начали активную информационную кампанию с целью давления на немецкое правительство и лично канцлера Шольца. Глава Кабмина Олаф Шольц воздерживался от прямого ответа, чем вызывал критику западных союзников, прежде всего США. Однако Вашингтон все-таки сломил сопротивление «неудобного» немецкого канцлера — но не ради помощи киевскому режиму. Америка преследует более глобальную цель: продать европейцам как можно больше вооружения и военной техники собственного производства.
Редакция Telegram-канала «Немецкий орел» рассказывает, почему США было важно добиться поставок немецких танков на Украину.
Оружейная экспансия США
Поставка танков Leopard на Украину почти всегда обсуждается лишь с военной точки зрения. Европейские политики и военные эксперты считают, что немецкие боевые машины могут остановить продвижение Вооруженных Сил России и добровольческих формирований на Донбассе. Но интересы военной политики также связаны с коммерческой составляющей. Вот где взгляды Германии и США расходятся.
Одной из причин нежелания Берлина отдавать ВСУ свои танки, а также разрешать это делать другим странам заключалось в опасении, что предприятия американского военно-промышленного комплекса оперативно предложат странам Европы замену Леопардам в лице Abrams. Боевые действия на Украине позволяют Белому дому закрепиться на европейском рынке бронетанкового вооружения и вытеснить традиционного лидера в лице Германии.
Почти все европейские страны уже имеют на вооружении национальных ВС самолеты, вертолеты и ракеты американского производства. А Вашингтон никогда не скрывал своих военно-политических интересов в Европе.
Еще в 1960-х годах при Пентагоне было основано Агентство по сотрудничеству в области безопасности, задачей которого было убедить иностранные государства покупать именно американское оружие и военную технику. Цель состоит в том, чтобы устойчиво связать их с Соединенными Штатами. Для американцев это имеет ряд преимуществ:
Во-первых, страны с таким же оружием легче интегрировать в военные коалиции и союзы под руководством США.
Во-вторых, при массовой закупке другими государствами продукции американского ВПК снижаются затраты для Минобороны США, для которого снижаются цены.
В-третьих, оружейные концерны Америки могут вкладывать прибыль в усовершенствование уже имеющихся образцов и разрабатывать новые.
А вот канцлер Шольц, похоже, изначально находится в проигрышной позиции. С одной стороны, даже затягивание решения по «Леопардам» разрушает международную репутацию Германии. С другой стороны, немецкий ВПК не сможет восстановить резервы в ближайшее время.
Заменить нечем
Это связанно с тем, что на протяжении долгого времени немецкое правительство все сильнее урезало оборонный бюджет. Средств на новое оружие практически не оставалось. Оружейные концерны больше не получали заказов и были вынуждены сокращать мощности. Танки, подобные Leopard 2, производились уже малыми партиями. Это дольше и дороже. Иногда между производством броневой стали и передачей машины заказчику проходило два года. Но покупатели не торопились, воцарилось спокойствие. Да и танки казались военным устаревшими. Весь мир говорил о кибервойнах и боевых действиях с применением беспилотных летательных аппаратов.
Наряду с этим в Германии осознали, что национальная танкостроительная промышленность не способна в сжатые сроки восполнить резервы бундесвера, если решение о передаче «Леопардов» будет принято.
Инструмент политики безопасности
Экспорт вооружений и военной техники стал важной составляющей внешней политики и политики безопасности. Тот, кто снабжает другое государство оружием и техникой, повышает доверительные отношения, а также создает экономическую зависимость, обретая влияние.
Например, выбор модели танка подразумевает не только покупку гусеничной машины, но и затраты на обучение экипажей и ремонтного состава, строительство материально-технической инфраструктуры, приобретение запасных частей. Один контракт обеспечивает ВПК на десятилетие вперед, так как невозможно по щелчку пальцев поменять свой танковый парк. Однако стоит оружейным компаниям выпасть из бизнеса и о прибыли можно забыть.
При этом страна-экспортер может напрямую влиять на боеспособность вооруженных сил государства-заказчика. В частности, подводная лодка с поврежденным гребным винтом может быть возвращена в строй только в том случае, если производитель поставит новый гребной винт. А это может затянуться на долгий срок.
Однако в Германии экспорт вооружений десятилетиями рассматривался не с экономической, а с этической точки зрения. Политики левого толка добивались полной отмены экспорта вооружения из Германии, будучи убежденными, что это на благо мира.
А вот у США другой подход. В 2021 году особенности «бизнеса по-американски» ощутила на себе Франция, когда Австралия отменила контракт стоимостью 66 млрд долларов на строительство 12 подводных лодок. Канберра расторгла соглашение, рассчитанное на 50 лет, и тайком заключила договоренности с Вашингтоном в рамках тройственного альянса между США, Австралией и Британией (AUKUS) на строительство атомных подлодок.
Болезненный удар для Германии
Однако вернемся в Европу. Руководители предприятий немецкого ВПК уже давно активно говорят, что США наращивает свое влияние в танкостроительном сегменте. Наиболее болезненным ударом для немцев стала потеря польского рынка.
За последние двадцать лет Варшава закупила в Германии более 200 единиц Leopard 2 в различных модификациях. Но после событий Крымской весны 2014 года польско-германские отношения ухудшились. Поляки обвинили немецкое правительство в «слишком мягкой политике в отношении Москвы». Разладом спешно воспользовались в Вашингтоне, и уже в апреле 2022 года министр обороны Польши Мариуш Блащак подписал соглашение на приобретение 250 новых танков Abrams на общую сумму 8,85 млрд евро.
Летом прошлого года Варшава заказала у Южной Кореи 1000 боевых танков К-2 и более 600 гаубиц К-9 на сумму в 5,8 млрд долларов.
Корейские концерны даже строят завод по производству техники на территории Польши. Немецкая промышленность также подала заявку на заказ, но ничего не получила. Польша сейчас закупает танки у США и Южной Кореи. Это также политически болезненно для немцев, потому что с польскими решениями стало ясно одно: Германия, сосед, который больше не является стратегическим, заслуживающим доверия партнером. Теперь это далекие Соединенные Штаты и еще более далекая Южная Корея.
Как сообщается, Белый дом предлагает бывшие в употреблении танки из собственных запасов в качестве замены и долгосрочное промышленное партнерство со странами, которые могут поставить Leopard 2 на Украину. Это является довольно заманчивым предложением, но все упиралось в нежелание Шольца давать разрешение на реэкспорт.
Следует признать, что канцлер Шольц одержал локальную политическую победу, согласившись поставить немецкие танки только совместно с американскими Abrams. Однако данное решение является проигрышем на более длинной дистанции по сути, ставя национальную танкостроительную промышленность на грань выживания. Вашингтон с присущей ему хитростью отдал пешку, чтобы сдвинуть «танковый вопрос» с мертвой точки. Важнейшую роль в этом сыграл Госсекретарь США Энтони Блинкен, который выступил со своим планом «долгосрочных потребностей для Украины», подразумевая открытые временные рамки для поставок своих танков.
В свою очередь немецкие Leopard станут прикрытием англосаксов, так как Белый дом крайне не заинтересован в появлении Abrams на восточном фронте, прежде всего из-за конструкторских особенностей брони — которые засекречены. А американские танки рано или поздно все равно окажутся в руках Вооруженных сил России.
