«Первый день – сегодня»

Летом 1916 года на Балтике развернулось невиданное ранее противостояние: немецкие торпедоносцы впервые в истории попытались нанести удар по русской эскадре. Однако их дебют обернулся провалом не столько из-за технических несовершенств, сколько из-за ожесточенного сопротивления российской морской авиации, которая не позволила новому оружию раскрыть свой потенциал.

Новое оружие кайзера и его первая база

Специальное подразделение германских ВМС для торпедных атак с воздуха было создано в начале 1915 года, но лишь к весне 1916-го у немцев появился подходящий самолет — двухмоторный гидроплан «Ганза-Бранденбург» GW. Он мог нести 810-килограммовую торпеду. К июню первая торпедная эскадрилья под командованием оберлейтенанта Альфреда Эдлера была готова к действиям и переброшена в Курляндию, на озеро Ангернзее.

Неожиданная угроза с воздуха

База на Ангернзее почти сразу оказалась в зоне внимания русской авиации Балтийского флота. Уже в июле летающие лодки М-9 конструкции Григоровича начали регулярные налеты на немецкий гидроаэродром. 14 августа русские летчики, включая будущего авиаконструктора Александра Прокофьева-Северского, провели дерзкую дневную операцию, сбросив бомбы на стоянки самолетов и вступив в воздушный бой. Немцы, не ожидавшие такой активности, понесли первые потери.

Битва за господство в воздухе

Немецкое командование, рассчитывавшее использовать торпедоносцы как секретное оружие против крупных кораблей, было вынуждено отвлекать их на борьбу с российской авиацией. Ответные налеты на русскую базу на острове Руно, в которых участвовал даже гигантский бомбардировщик «Цеппелин-Штаакен», не смогли подавить противника. Напротив, в ночь на 17 августа балтийцы нанесли точный удар по Ангернзее, уничтожив ангар и несколько самолетов.

Ситуацию для немцев усугубило появление на фронте тяжелых бомбардировщиков «Илья Муромец». Их налеты на гидроаэродром вынудили немецких пилотов заниматься охотой на четырехмоторных гигантов, а не готовиться к торпедным атакам. Оборону аэродрома пришлось усиливать прожекторами и зенитками, а экипажам торпедоносцев выдали винтовки вместо недостающих пулеметов, которые те использовали больше для охоты на уток.

Провальный дебют торпедоносцев

Первый шанс атаковать крупную цель представился 12 сентября 1916 года. Немецкая разведка обнаружила эскадренный броненосец «Слава», вышедший в Рижский залив. В воздух поднялась армада из 13 гидросамолетов, включая три торпедоносца «Ганза-Бранденбург» GW. Операция была тщательно спланирована: бомбардировщики должны были отвлечь огонь, после чего торпедоносцы нанесут удар.

Однако атака захлебнулась. По немецким данным, одна торпеда попала в русский миноносец, прикрывавший «Славу». По российским сводкам, обе выпущенные торпеды прошли мимо, а зенитный огонь броненосца был настолько эффективен, что ни один самолет не был сбит, но и попаданий не добился. Комбинированный удар с участием подводных лодок также не принес успеха.

Последние попытки и закат эскадрильи

Последующие вылеты торпедоносцев против транспортных судов в Рижском заливе в конце сентября также оказались безрезультатными. Торпеды либо проходили мимо целей, либо тонули сразу после сброса. С наступлением осенних штормов активность сошла на нет. К концу октября 1916 года первую торпедную эскадрилью вывели с фронта и вернули в Киль, так и не добившись ни одного подтвержденного успеха против кораблей.

Кампания 1916 года на Балтике продемонстрировала, что сама по себе технология торпедометания с воздуха еще не гарантирует победы. Немцы столкнулись с грамотным и агрессивным противодействием русской авиации, которая, несмотря на техническое отставание в некоторых областях, сумела захватить тактическую инициативу. Борьба за господство в воздухе над гидроаэродромами свела на нет эффект от нового оружия. Этот опыт показал, что успех торпедоносной авиации возможен только при условии надежного прикрытия с воздуха и подавления ПВО противника, что станет аксиомой уже в следующей мировой войне.