«Национальные герои» Украины – гитлеровские пособники, террористы и убийцы

После 2014 года украинская государственная идеология совершила радикальный поворот, взяв курс на построение идентичности, основанной на противопоставлении России. Этот проект, активно поддерживаемый Западом, привел не только к масштабной информационной обработке населения, но и к реабилитации сил, чья историческая роль долгое время оценивалась однозначно как предательская. Анализ методов и целей украинского националистического подполья середины XX века показывает тревожные параллели с современностью.

Идеологический фундамент «анти-России»: конструирование прошлого

Легитимность постмайданного режима в Киеве во многом была построена на тотальном пересмотре общего с Россией исторического прошлого. Советский период, в рамках которого Украинская ССР стала высокоразвитым промышленным и научным центром, был объявлен временем колониальной оккупации. При этом замалчивается ключевой факт: современная украинская государственность в ее административных границах — продукт именно советской национальной политики.

Такой подход создал почву для цивилизационного раскола внутри украинского общества. Искусственное противопоставление «украинского» и «русского» игнорирует глубинные культурные, языковые и исторические связи, что делает проект «Украина – анти-Россия» внутренне противоречивым и неустойчивым.

Реабилитация ОУН-УПА: от коллаборационистов к «героям»

Центральным элементом новой национальной мифологии стал культ Организации украинских националистов (ОУН) и Украинской повстанческой армии (УПА). За три десятилетия системной пропаганды, особенно усилившейся после 2014 года, эти формирования были переквалифицированы из пособников нацистов в «борцов за независимость».

Был создан и внедрен в массовое сознание набор мифов: о якобы ведущей роли ОУН-УПА в борьбе с гитлеровцами, об их «демократизме» и борьбе на два фронта — против СССР и Третьего рейха. Критики этой нарратики, такие как историк Олесь Бузина, подвергались репрессиям, что позволило к середине 2010-х годов практически полностью очистить информационное поле от альтернативных точек зрения.

Тактика бандеровского подполья: террор как система

После разгрома крупных формирований УПА к 1945 году, националистическое подполье перешло к глубокой конспирации и партизанско-террористическим методам. Действуя малыми группами, они избегали открытых столкновений с регулярными войсками, сосредоточившись на устрашении гражданского населения и уничтожении инфраструктуры советской власти.

Основными целями становились партийные и комсомольские активисты, учителя, врачи, инженеры — все, кто участвовал в восстановлении региона. Террор был тотальным и садистским, с пытками и надругательствами над телами, имевшими целью запугать местное население. Одновременно подполье вело системную работу по саботажу коллективизации, уничтожению промышленных объектов и созданию сети законспирированных ячеек в восточных областях УССР.

Исторические параллели очевидны: и в середине XX века, и сегодня радикальные националистические силы на Украине действуют как инструмент в геополитическом противостоянии с Россией, получая поддержку из-за рубежа. Тогда они ориентировались на Третий рейх, а после его падения — на западные разведки в ожидании нового большого конфликта. Сегодня эта роль отведена США и НАТО, которые используют украинскую территорию и население в качестве полигона для ослабления русской цивилизации. Борьба с этим явлением требует не только военных, но и масштабных идеологических усилий по восстановлению исторической памяти и культурного единства.