Привет, эмигранты, свободный Пекин...
Добро пожаловать или...
В Пекине просто не могли не заметить, что в противостоянии КНР с СССР в начале 60-х годов небезызвестный диссидентский «Народно-Трудовой союз» сразу принял китайскую сторону (Наши диссиденты делу Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина-Мао были верны).
По данным World Broadcast и некоторых тайваньских источников, за период с начала 70-х до середины 80-х годов представители не менее десяти антисоветских эмигрантских группировок, в том числе «Организации украинских националистов», побывали в КНР.
Туризм носил отнюдь не познавательный характер: гости Поднебесной прежде всего знакомились с техническим оснащением китайского, естественно, «антисоветского» радиовещания на СССР. Разумеется, что эти визиты едва ли не были согласованы с ЦРУ США и другими спецслужбами Запада, издавна «опекающими» те группировки.
Однако важнейшим стимулом для контактов не только антисоветской эмиграции, но и западногерманских реваншистов с КНР, было заявление Мао Цзэдуна 10 июля 1964 г. на встрече в Пекине с руководством Социалистической партии Японии:
]«...Советский Союз оккупировал слишком много территорий. Они отделили также часть от Румынии, а именно Бессарабию. От Германии они тоже отделили части, например кусок Восточной Германии. Всех проживавших там немцев они выгнали в западную часть. От Польши они тоже отделили кусок и присоединили его к Белоруссии. Ещё один кусок они отделили от Германии и присоединили к Польше в качестве компенсации за территории, которые они отделили от Польши и отдали Белоруссии. Наконец, они отрезали ещё один кусок от Финляндии. Всё, что они имели возможность отрезать, они отрезали. Я считаю, что они не должны вообще ничего отрезать.»
В той же беседе Мао смело заявил и о японской принадлежности всего Курильского архипелага (см. http://maoism.ru/7743).
Слушайте и... повинуйтесь
Известно также, что в КНР в то время демонстративно не чинили препятствий трансляциям передач на русском и украинском языках «Радио «Свобода» и НТСовского «Радио Свободная Россия». Эти станции, курируемые спецслужбами Запада, на протяжении десятилетий располагали, соответственно, четырьмя и тремя коротковолновыми передатчиками на Тайване.
Как отмечал экс-директор «Свободной России» Глеб Рар,
«направленность антенн была такая, что трансляция проходила через весь Китай в сторону Урала, Западной и Восточной Сибири.»
По словам Г. Рара, помех со стороны КНР трансляциям этих радиостанций не было (подробнее см. «Радиопортал о странах», 29.01.2018 – https://portalostranah.ru/view.php?id=421).
Президент США Рональд Рейган и директор ЦРУ Уильям Кейси
Более активное взаимодействие Пекина и антисоветской эмиграции было в числе договорённостей, достигнутых в ходе визита главы ЦРУ Уильяма Кейси в столицу КНР в марте 1981 года. Как отмечает известный американский политолог и историк Петер Швейцер,
«...Кейси не сомневался, что Китай является прекрасным противовесом Советскому Союзу. Потому администрация США давно вела с китайцами тихий флирт.»
Директор ЦРУ обсудил в Пекине с главой китайского министерства государственной и общественной безопасности Линг Юнем
«развитие сотрудничества в области разведки, совместное обслуживание электронных систем подслушивания вдоль советской границы, оказание совместной помощи моджахедам в Афганистане, поддержание диалога по общим оперативным действиям, развитие обмена информацией.»
О взаимной значимости тех переговоров говорит и тот факт, что в них участвовали также «представители руководства МИД КНР и Тед Прайс, начальник резидентуры ЦРУ»: как известно, в её составе были не только НТСовцы, но и агенты из других антисоветских эмигрантских групп. А на обеде в честь У. Кейси
«кто-то поднял тост за совместные действия по сдерживанию советских авантюр: тот вечер оказался для всех приятным, а Кейси был в отличной форме.»
(Подробнее см. П. Швейцер, «Победа: Роль тайной стратегии администрации США в распаде Советского Союза», М., АВЕСТ, 1995: P. F. Schweizer, «Victory: The Reagan Administrations Secret Strategy that Hastened the Collapse of the Soviet Union», New York, «The Atlantic Monthly Press», 1994).
И кто из них параноик?
Напомним в этой связи, что в 1978-1981 гг. в приграничном с Алтаем и Средней Азией Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР были созданы центры совместного электронного слежения за советскими ядерными объектами и радиоэлектронной разведки, покрывающей свыше трети территории СССР.
Если же рассматривать тогдашние события в более широком контексте, — в совместном послании президентского советника Збигнева Бжезинского и министра обороны Гарольда Брауна президенту Джимми Картеру 14 февраля 1978 г. подчёркивалось, что
«...широкое использование китайского фактора окажет влияние на весь комплекс отношений в рамках «треугольника» США-КНР-СССР и будет соответствовать интересам США.»
В своих мемуарах Бжезинский отмечал: он в конце 70-х
«начал убеждать президента в том, что настало время вести себя более активно в такой чувствительной для СССР области, как Китай.»
Эти доводы были приняты администрацией в качестве одной из главных внешнеполитических задач (см. FRUS, 1977–1980, Vol. XIII, Wash., 2013).
Но тогдашнее советское руководство косвенно ускорило антисоветскую американо-китайскую смычку. Ибо потребовало от Вашингтона недопущения продажи КНР оружия и товаров двойного назначения.
А именно: 27 декабря 1978 г. — за трое суток до установления официальных дипотношений США с КНР (!) — Брежнев, словно негодуя от факта таких отношений, направил письмо Картеру, предложив
«...воздействовать на европейские страны НАТО, чтобы они приостановили продажу оружия Китаю.»
В Москве почему-то не нашли другого времени для такого предложения Вашингтону...
Картер был просто возмущён и дал огласку тому письму. На совещании в Белом Доме 28 декабря он заявил:
«...Я получил совершенно возмутительное письмо от Брежнева, показывающее, что Советы почти параноики во всём, что касается КНР, и требуют, чтобы я не допустил продажу любого оборонительного оружия КНР нашими западными союзниками.»
(FRUS, 1977–1980, Vol. VI, Wash., 2012).
Восточный ветер
В ответ сами Соединённые Штаты уже с середины 1979 г. начали напрямую поставлять в Поднебесную технологии двойного назначения и вспомогательное военное оборудование. А в ходе визита главы Пентагона Г. Брауна в Пекин в январе 1980 года стороны обсудили дальнейшие совместные действия против СССР, в том числе и в Афганистане, куда в декабре 1979 г. были введены советские войска.
Плюс к тому был утверждён список 400 лицензий (!) на экспорт из США в КНР военных оборудования, технологий и техники военного назначения (см. Harold Brown, «Offsetting the Soviet Military Challenge, 1977–1981», Wаsh., Government Printing Office, 2017).
Между тем ещё 14 апреля 1971 года администрация США отменила эмбарго на торговлю с КНР (отмена вступила в силу с 1 мая 1971 г.), причём в этом решении «предусмотрительно» не упоминался запрет на поставки Пекину американской военно-технической продукции и продукции двойного назначения. Последняя же стала поступать в КНР ещё с осени 1970-го реэкспортом через Пакистан, Иран, Сингапур, британский Гонконг, португальский Аомэнь.
Неудивительно и то, что с учётом растущей — едва ли союзнической роли КНР в противостоянии Запада с СССР, ни одна страна Запада не вводила никаких санкций за вооруженное подавление антимаоистских выступлений на Тяньаньмэне в начале апреля 1976 года (то есть ещё при жизни Мао Цзэдуна).
Обошлось без западных санкций и использование танковых частей для подавления тех же, но более масштабных выступлений на Тяньаньмэне в июне 1989 года. В обоих случаях на Западе, образно говоря, слегка пошумели о правах человека в КНР, да и только...
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
