За год до Чернобыля. Катастрофа в бухте Чажма

За год до Чернобыля на Тихоокеанском флоте произошла ядерная катастрофа, сопоставимая по уровню радиации с будущим взрывом на АЭС. Взрыв реактора на подводной лодке К-431 в бухте Чажма 10 августа 1985 года унес жизни как минимум десяти моряков, а его последствия десятилетиями скрывались под грифом «секретно».

«Хлопок» в бухте Чажма: хроника взрыва

Атомная подводная лодка К-431 проекта 675 находилась у пирса судоремонтного завода для плановой перезагрузки активных зон двух реакторов. После замены топлива в реакторе левого борта обнаружилась протечка, вызванная огарком сварочного электрода, попавшим под крышку. Вместо составления акта и вызова специалистов Техуправления флота, ответственные офицеры решили устранить неисправность своими силами, нарушив все инструкции по ядерной безопасности.

Цепь роковых решений

Работы проводились с грубыми нарушениями технологии: для подъема многотонной крышки использовали обычные стропы вместо штатных амортизирующих упоров, а компенсирующую решетку, поглощающую нейтроны, не закрепили, чтобы не тратить время на резку мешавшей конструкции. Офицеры рассчитали «безопасную» высоту подъема, но их расчеты не учитывали внешних факторов.

В критический момент, когда кран уже начал подъем, в бухту на скорости вошел катер-торпедолов. Его волна раскачала плавмастерскую, кран дёрнулся, и крышка с компенсирующей решеткой поднялась выше допустимого предела. Реактор мгновенно вышел на пусковой режим, что привело к мощному тепловому взрыву.

Последствия, скрытые режимной территорией

Взрыв полностью уничтожил перегрузочный домик и находившихся там специалистов. Многотонная крышка реактора была отброшена на полтора километра вверх. Радиоактивные выбросы накрыли не только поврежденную лодку и плавмастерскую, но и соседнюю АПЛ К-42, пирсы, акваторию и сопки. В эпицентре уровень излучения достигал 90 000 рентген в час.

Цена ликвидации и информационной блокады

Пожар тушили в течение 2,5 часов экипажи соседних субмарин и рабочие завода, не имевшие специальной защиты. Информацию о катастрофе мгновенно засекретили: в поселке отключили связь, завод оцепили, но население не проинформировали об опасности, что привело к дополнительным жертвам. В документах инцидент обозначили как «хлопок».

Официальные данные о пострадавших постоянно росли: если к 1990 году признали 290 человек, то к середине 1990-х их число приблизилось к тысяче. Десять человек погибли мгновенно, у десяти была диагностирована острая лучевая болезнь. Эта авария стала одной из тяжелейших в истории советского атомного флота, однако долгое время оставалась в тени из-за режима секретности. Только после Чернобыля, приковавшего внимание всего мира, подобные инциденты начали получать публичную оценку. Катастрофа в Чажме наглядно показала, как культура пренебрежения инструкциями и стремление скрыть проблему приводят к трагедиям, последствия которых расхлебывают невинные люди и экология.