За год до Чернобыля. Катастрофа в бухте Чажма

В истории нашей страны катастрофа на Чернобыльской АЭС занимает особое место. Авария, ставшая крупнейшей в истории атомной энергетики, привлекла к себе внимание всего мира. На устранение последствий чернобыльской катастрофы были брошены колоссальные силы людей и техники. Ликвидаторами аварии стали сотни тысяч человек со всего СССР.

Сегодня про события на Чернобыльской АЭС в апреле 1986 года по-прежнему снимают фильмы и пишут книги. При этом чернобыльская катастрофа на долгие годы оттянула на себя всё внимание людей. Хотя даже в СССР были и другие трагические аварии и инциденты, связанные с попытками человека использовать мирный атом, в том числе и в военных целях.

Так, крупная радиационная авария произошла 10 августа 1985 года на подводной лодке Тихоокеанского флота. За год до событий на Чернобыльской АЭС и спустя 40 лет после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки на борту советской подводной лодки К-431 в бухте Чажма произошёл взрыв ядерного реактора.

Подводная лодка К-431

Подводная лодка К-431 относилась к подлодкам 675-го проекта и представляла собой атомную субмарину, вооружённую крылатыми ракетами. АПЛ относилась к достаточно крупной серии советских подводных лодок, которые строились с 1960 по 1969 год. Всего за девять лет советская промышленность передала флоту 29 лодок данного проекта.

Конкретно лодка К-31 (переименована в К-431 в 1978 году) была заложена на судостроительном заводе в Комсомольске-на-Амуре 11 января 1964 года. Уже 8 сентября того же года лодку вывели из цехов и спустили на воду. Заводские испытания атомной субмарины продлились с декабря 1964 года по май 1965 года. Государственные испытания были успешно завершены 30 сентября 1965 года, после чего лодка вошла в состав Тихоокеанского флота. До момента аварии лодка несла службу на протяжении практически 20 лет.

За годы активной службы лодка успела совершить 7 автономных походов на боевую службу, в том числе в акваторию Индийского океана. В 1974-1975 годах на субмарине без каких-либо происшествий прошла процедура перезагрузки активной зоны реакторов. Также за время своей службы на ТОФ лодка дважды успела пройти ремонт. К 1985 году подводная лодка К-431 успела пройти 181 051 миль, потратив на это 21 392 ходовых часа.


На лодках проекта 675 устанавливалась энергетическая установка, выдававшая 35 000 л.с. Мощности установки хватало, чтобы обеспечить кораблю подводным водоизмещением 5760 тонн максимальную скорость хода 22-23 узла в подводном положении и 14-15 узлов – в надводном. Сердцем энергетической установки лодки были два реактора ВМ-А (2х70 МВт).

Реакторы ВМ-А относились к первому поколению реакторов, разработанных для установки на советских подводных лодках проектов 627(А), 658, 659, 675. Созданные в НИИ-8 в Курчатове реакторы ВМ представляли собой серию водо-водяных ядерных реакторов на тепловых нейтронах. В качестве топлива для реакторов данной серии применялась высокообогащённая по 235-му изотопу двуокись урана.

Радиоактивная авария в бухте Чажма

В день аварии, 10 августа 1985 года, субмарина находилась у пирса № 2 судоремонтного завода ВМФ в бухте Чажма залива Стрелок в Японском море. Оборонное предприятие Тихоокеанского флота находилось возле посёлка Дунай (тогда назывался Шкотово-22). Расположенный в посёлке судоремонтный завод № 30 занимался перезагрузкой активных зон ядерных реакторов, а также ремонтом кораблей ТОФ.

Процедура замены активных зон двух установленных на лодке реакторов ВМ-А была плановой. Специалисты судоремонтного завода должны были произвести замену отработанного ядерного топлива на свежие стержни тепловыделяющих элементов. Реактор правого борта был перезагружен без происшествий. А вот после перезагрузки реактора левого борта выяснилось, что реакторная крышка не выдерживает испытаний на герметичность. В ночь на 10 августа специалисты обнаружили здесь протечку.

К тому моменту все 180 стержней уже были заменены, но крышку с реактора левого борта необходимо было снять заново и установить правильно, чтобы обеспечить герметичность. Как удалось установить, между реакторной крышкой и прокладкой случайно попал огарок сварочного электрода, который блокировал герметичное закрытие крышки.

О выявленной нештатной ситуации и результатах гидравлических испытаний подводники и персонал береговой технической базы в нарушение инструкций не составили никаких актов и не известили вышестоящее начальство. Моряки также не стали прибегать к помощи Технического управления флота, представители которого могли бы проследить за ситуацией и проконтролировать соблюдение необходимых протоколов.

Очевидно, что моряки и персонал предприятия не хотели лишних проблем и разбирательств, поэтому решили справиться своими силами. В субботу, 10 августа, плавучая мастерская с краном начала подъём крышки реактора. Последовавшая дальше авария была чередой событий, каждое из которых не было критичным, но в совокупности привело к катастрофе. Если бы работы выполнялись, исходя из установленных требований и с соблюдением всех технологий, взрыва удалось бы избежать.


Как впоследствии установила комиссия, работы на лодке 10 августа проводились с нарушением требований ядерной безопасности и существующих технологий. К примеру, для подъёма крышки реактора были применены обычные стропы вместо поглощающих удары штатных жёстких упоров. Чтобы не терять времени, моряки и персонал береговой технической базы решили не закреплять стропами компенсирующую решётку. Для этого им пришлось бы дополнительно срезать газовыми резаками мешавшую кницу, расположенную в реакторном отсеке лодки.

Понимая, что при подъёме крышки реактора последует подъём и компенсирующей решётки, что может запустить процесс неконтролируемой цепной ядерной реакции, офицеры, руководившие работами, рассчитали предельную высоту, на которую можно будет без каких-либо последствий поднять крышку.

Подъём крышки реактора носовым краном плавмастерской ПМ-133 начался ближе к обеду 10 августа. В этот момент в бухту вошёл катер-торпедолов, который проигнорировал предупреждающие знаки на входе, ограничивающие скорость движения. Катер прошёл по бухте на скорости 12 узлов, подняв волну. Поднятая катером-торпедоловом волна дошла до берегов и причальных стенок, качнув плавмастерскую, которая никак не была стабилизирована. Не была закреплена жёсткими поглощающими удары упорами и крышка реактора.

В результате качки кран поднял крышку реактора выше намеченного уровня. При этом крышка потянула за собой компенсирующую решётку, от которой не была отсоединена, и поглотители. Реактор вышёл на пусковой режим, началась ядерная реакция, что привело к мощному тепловому взрыву. Катастрофа, унёсшая жизни минимум 10 подводников, произошла в 12:05 по местному времени.

Ликвидация последствий и жертвы аварии

В считанные секунды произошло выделение огромного количества энергии. Мощный взрыв полностью разрушил и сжёг перегрузочный домик, который был установлен на корпусе лодки над реактором. Во вспышке взрыва практически полностью сгорели офицеры, которые занимались перегрузкой реактора. Вся смена в количестве 10 (по другим данным, 11 человек). От них остались лишь незначительные фрагменты тел, которые затем удалось собрать в бухте и на прилегающей территории.

Взрыв поднял в воздух многотонную крышку реактора примерно на 1,5 километра, после чего она вновь упала на лодку и повредила обшивку корабля ниже ватерлинии. Вода из акватории бухты начала поступать в реакторный отсек. Кран, который поднимал крышку реактора, оторвало от плавмастерской ПМ-133, подняло в воздух и выбросило в акваторию бухты.


В считанные минуты всё, что было выброшено в воздух из взорвавшегося реактора, оказалось на лодке К-431, плавмастерской, пирсе, в акватории бухты, на местных сопках и заводе. Накрыло радиоактивными выбросами и стоящую рядом соседнюю атомную торпедную подводную лодку К-42 проекта 627А «Кит». Лодка впоследствии была списана.

По найденному золотому обручальному кольцу одного из погибших в момент взрыва подводников удалось установить, что в эпицентре взрыва уровень радиоактивного излучения достигал 90 тысяч рентген в час, это примерно в три раза выше, чем через год будет в Чернобыле. На остальной территории уровень гамма-излучения в десятки и сотни раз превышал допустимые санитарные нормы.

К тушению начавшегося после взрыва пожара были привлечены экипажи соседних подводных лодок, а также работники самого судостроительного завода. Никакой специальной защитной одежды и экипировки, а также спецтехники для работы в подобных условиях эти люди не имели. Несмотря на всю сложность ситуации, команда ликвидаторов смогла справиться с бушующим пожаром за 2,5 часа.

Практически моментально на месте аварии был активирован режим информационной блокады. В расположенном рядом посёлке отключили связь с внешним миром, на судостроительном заводе усилили пропускной режим, а саму территорию завода оцепили. При этом разъяснительной работы с населением не велось, что послужило причиной того, что многие люди получили серьёзную дозу облучения. Примечательно, что уже тогда произошедший в бухте взрыв ядерного реактора на подводной лодке в официальных документах назвали «хлопком».

Всего по оценкам 1990 года в результате аварии пострадавшими признали 290 человек, 10 погибли непосредственно в момент взрыва, ещё у 10 человек диагностировали острую лучевую болезнь, у 39 человек лучевую реакцию – обратимые изменения в организме. Уже в середине 1990-х годов количество официально признанных правительством пострадавших в результате аварии в бухте Чажма выросло до 950 человек.

По вполне понятным причинам данная трагедия долгие годы оставалась малоизвестной, а катастрофа на Чернобыльской АЭС затмила её многократно. Гриф «секретно» с событий, произошедших на атомной подводной лодке К-431 10 августа 1985 года в бухте Чажма, сняли только в 1990-е годы.