Бундесвер без иллюзий

Германская армия сохраняет статус ключевой силы НАТО в Европе

На фоне противостояния между НАТО и Россией европейские участники альянса, при активной поддержке США, наращивают боеготовность национальных армий и стремятся к более тесной координации в военной сфере. Германия не остается в стороне от этого процесса. Хотя украинский кризис не стал непосредственным толчком к модернизации, планомерная работа по усилению бундесвера ведется более интенсивно и адаптируется к текущей геополитической обстановке. В частности, в рамках расширения Сил быстрого реагирования НАТО ФРГ отводится роль ведущего координатора.

Наталия МЕДЕН

После объединения Германии военное строительство было ориентировано на трансформацию бундесвера из «ударного кулака» альянса против Варшавского договора в армию, способную участвовать в международных миротворческих операциях. Поскольку для таких задач не требовалась многочисленная армия, большинство стран НАТО отказалось от всеобщей воинской повинности.

Однако в Германии с отменой призыва не спешили: правящие христианские демократы настаивали, что он поддерживает связь армии с обществом, а военные указывали, что призывники составляют до 40% кадрового пополнения. Призыв сохранялся, но срок службы постоянно сокращался, и к 2010 году составлял лишь полгода. За такой короткий период невозможно качественно подготовить солдата, что привело к разделению армии на более и менее боеспособные части. По оценкам Европейского оборонного агентства, в 2011 году численность военнослужащих, готовых к боевым действиям, в Германии не превышала 7 тысяч человек, тогда как во Франции и Великобритании, отменивших призыв, этот показатель составлял 30 и 22 тысячи соответственно.

В немецком обществе призыв воспринимался как пережиток прошлого, что дополнительно снижало престиж службы. В итоге было принято решение о реформе, призванной достичь, казалось бы, взаимоисключающих целей: повысить боеспособность при сокращении оборонного бюджета и перейти на контрактную основу. Численность личного состава сократили с 240 до 185 тысяч человек. После начала украинского кризиса некоторые отставные генералы публично выражали сожаление об отказе от призыва. Глава парламентского комитета по обороне Ханс-Петер Бартельс (СДПГ) считает, что решение было поспешным, но при этом признает, что полугодовой призыв лишен практического смысла. Нынешний министр обороны Урсула фон дер Ляйен намерена сохранить добровольный принцип комплектования, хотя юридически призыв не отменен, а лишь приостановлен, что позволяет восстановить его в любой момент.

Министр обороны Германии Урсула фон дер Ляйен уделяет много внимания личному пиару, а в управлении демонстрирует подход, не всегда учитывающий специфику вооруженных сил.

К началу украинского кризиса масштабную реформу, стартовавшую при министре Карле-Теодоре цу Гуттенберге (2009-2011 гг.), стали скромно именовать «реорганизацией» (Neuausrichtung). Ее цель — сделать бундесвер эффективным инструментом политики безопасности. После Гуттенберга сменилось два министра; сейчас оборонное ведомство возглавляет Урсула фон дер Ляйен, чье назначение вызвало вопросы в обществе и у консервативного генералитета — впервые этот пост заняла женщина. Ляйен, как и Гуттенберг, активно занимается самопрезентацией, а в управлении часто применяет технократические методы, игнорируя военную специфику. Это контрастирует со стилем ее предшественника, Томаса де Мезьера (2011-2013 гг.), чей отец, генерал Ульрих де Мезьер, участвовал в создании армии ФРГ после войны. Фон дер Ляйен же предлагает решать кадровые проблемы, превращая бундесвер в «самого привлекательного работодателя», а сбои в поставках вооружений — оптимизацией контрактов. Эксперты предупреждают, что такой подход может сделать саму министра «частью проблемы». История показывает, что большинство министров обороны ФРГ покидали пост не по собственной воле. Цу Гуттенберг, например, ушел в отставку и из политики после скандала с плагиатом в диссертации. Из 17 министров лишь Гельмуту Шмидту удалось стать канцлером. Амбициозные планы приписывают и Ляйен, что мотивирует ее завоевывать популярность в войсках. Ее первой инициативой стал проект по повышению привлекательности военной службы.

ПОВЫШЕНИЕ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТИ ВОИНСКОЙ СЛУЖБЫ

Кадровый вопрос был центральным в реформе Гуттенберга. Однако сокращения не решили проблему нехватки персонала, а лишь переформулировали ее: теперь необходимо постоянно привлекать добровольцев, устранять дефицит квалифицированных специалистов и удерживать их в рядах армии. Служба по-прежнему не считается престижной. Согласно опросам, две трети немцев отговорили бы близких от карьеры военного, хотя 80% положительно относятся к кадровым военным. «Если нам нужен сильный, боеспособный и гибкий бундесвер, мы должны позаботиться о привлекательности службы», — заявила Ляйен.

Кадровая проблема стала отправной точкой реформы бундесвера.

Проект включает широкий спектр мер, закрепленных специальным законом, вступившим в силу в апреле 2015 года. Впервые для большинства военнослужащих вводится нормированный 41-часовой рабочий день, как у гражданских служащих, в соответствии с директивой ЕС. Если соблюсти график невозможно (например, в зарубежных миссиях), положена денежная компенсация.

В части оплаты предусмотрены персональные надбавки и повышенные выплаты за участие в учениях. Повышение затронет 22 тысячи военных и 500 гражданских сотрудников. С 1 ноября 2015 года ежемесячное довольствие вырастет на 60 евро (ранее оно составляло от 777 до 1146 евро). Улучшаются социальные гарантии, включая условия досрочного выхода на пенсию и размер выходных пособий. В 2015-2017 годах на дополнительные стимулы планируется выделить 764,2 млн евро, на ремонт инфраструктуры — еще 750 млн евро.

Слабая сторона закона — упор на материальное стимулирование, хотя специфика службы требует большего. При этом 83% добровольцев и так удовлетворены оплатой. Однако для привлечения дефицитных специалистов (логистов, инженеров, медиков) финансовые стимулы логичны. Инициатива министра была положительно встречена в войсках, где теперь призывают не винить Ляйен за ошибки предшественников.

Параллельно проводятся рекламные кампании для молодежи: распространяются буклеты, в Берлине открыт рекрутинговый центр, бундесвер участвует в ярмарках вакансий. Летом 2015 года впервые прошел День бундесвера с открытыми казармами и показами техники, который теперь станет ежегодным. За успешную рекламную работу введена специальная премия.

Эффективность кампании подтверждает рост числа добровольцев: в 2013 году их было 8,3 тысячи, в 2014-м — уже 10,2 тысячи (последний призыв дал 12 тысяч срочников). Министр заявляет, что в идеале 60 тысяч молодых людей ежегодно должны интересоваться службой, чтобы армия могла отобрать 15-20 тысяч лучших. Однако задача не только в количестве: лишь 25% добровольцев планируют остаться и заключить контракт. Две трети сомневаются в осмысленности службы, отчасти потому, что мест хватает только для 5 тысяч новобранцев. Реальность не оправдывает рекламных ожиданий: менее трети довольны службой, и только четверть считают, что приобрели полезные навыки.

ОБОРОННЫЙ ЗАКАЗ

Другой хронической проблемой бундесвера являются срывы оборонных заказов. В 2014 году фон дер Ляйен инициировала независимый аудит крупнейших проектов, включая БМП Puma, самолеты A400M, истребители Eurofighter, вертолеты NH90 и Tiger, фрегаты класса F125. Эти контракты покрывают две трети всех расходов на вооружение общей стоимостью около 57 млрд евро. Аудиторы констатировали системные проблемы: задержки, удорожание и низкое качество техники.

Хорошо, что в Германии больше не делают бронетехнику со сложной ходовой частью, иначе ремонтники бундесвера вряд ли бы вписались в 41-часовую рабочую неделю.

Максимальные задержки