«Стратегическая ссора» адмиралов

Дружба, начавшаяся в каюте крейсера «Дойчланд», и вражда, закончившаяся у могилы одного из адмиралов, — история противостояния Эриха Редера и Вольфганга Вегенера выходит за рамки личного конфликта. Это столкновение двух философий войны на море, которое на десятилетия определило судьбу германского флота и в итоге привело обоих к горькому финалу.

От лейтенантского братства к стратегическому противостоянию

В 1897 году лучшие выпускники военно-морского училища, лейтенанты Эрих Редер и Вольфганг Вегенер, отправились в дальний поход на Дальний Восток. Два года службы на флагмане экспедиционной эскадры под началом принца Генриха Прусского и будущих адмиралов сплотили их. Они стали близкими друзьями, а Вегенер даже пригласил Редера стать крёстным отцом своего первенца. Оба офицера считались интеллектуалами флота, публиковали исследования и быстро продвигались по службе, к началу Первой мировой войны возглавив штабы ключевых соединений Флота открытого моря.

«Мёртвый угол»: теория, взорвавшая флот

Тупиковая позиция флота в Германской бухте, которую Вегенер метко назвал «мёртвым углом», и болезненное поражение у Доггер-банки в 1915 году заставили его действовать. В серии резких меморандумов он подверг тотальной критике оборонительную стратегию Альфреда фон Тирпица. Вегенер утверждал, что флот должен не ждать «боя ради боя», а последовательно захватывать стратегические позиции — от Каттегата до Шетландских островов, вынуждая британский флот сражаться в невыгодных условиях. Его «тезисы», сравниваемые с трудами Мартина Лютера, раскололи офицерский корпус.

Именно здесь пути друзей разошлись навсегда. Редер, чьё мнение высоко ценил его начальник Франц Хиппер, подверг теорию Вегенера жёсткой критике, найдя в ней серьёзные изъяны. Для Редера это был вопрос профессиональной оценки, для Вегенера — личное предательство. Их дружбе пришёл конец.

Борьба за наследие флота

После войны оба адмирала остались в рейхсмарине. Редер, став главкомом в 1928 году, взял курс на консолидацию и создание «семьи», где не было места критике прошлых авторитетов. Вегенер же, вынужденный уйти в отставку, в 1929 году опубликовал книгу «Морская стратегия мировой войны», ставшую манифестом для молодых офицеров и вызвавшую ярость Редера, который безуспешно пытался запретить её.

Когда к власти пришли нацисты, Редер получил шанс построить новый флот. Его собственная стратегия, в отличие от планов Вегенера, делала ставку на рейдерскую войну в Атлантике с использованием плавучих баз снабжения, а не на захват береговых плацдармов. Однако история сыграла злую шутку: начав войну преждевременно, Редер был вынужден осуществить именно то, что проповедовал его старый враг — оккупировать Норвегию для обеспечения стратегических позиций.

Горькие плоды стратегий

На Нюрнбергском процессе именно Редер, а не Вегенер, отвечал за планирование агрессии против Норвегии и Дании. Его доводы о превентивном ударе были отвергнуты, и гросс-адмирал получил пожизненный срок. Пока он отбывал наказание, военные аналитики уже признавали влияние идей Вегенера на умы офицеров кригсмарине. Сам же Вегенер, чей дом был разрушен, доживал век в безвестности, работая чернорабочим в послевоенной Германии.

Ирония судьбы преследовала Редера до конца. Даже на смертном одре он узнал, что сын его врага, Эдвард Вегенер, которому он когда-то намеренно ломал карьеру, получил звание флотилиен-адмирала в бундесмарине. Более того, многие послевоенные историки ошибочно стали считать Редера лишь исполнителем идей Вегенера, хотя их стратегические концепции были принципиально различны.

Их противостояние началось с общего стремления вывести флот из стратегического тупика Первой мировой. Редер, прагматик и осторожный организатор, видел путь в техническом развитии и консолидации сил. Вегенер, радикальный теоретик, предлагал геополитическую экспансию и прямую конфронтацию с Британией. В условиях Третьего рейха элементы обеих стратегий были реализованы, что в конечном итоге привело флот к катастрофе. Их личная вражда стала отражением глубинного идеологического раскола в германских военно-морских силах, который так и не был преодолён.