Глава OpenAI заявил в суде, что Илон Маск сам поддержал идею перевода стартапа на коммерческие рельсы

К середине этой недели очередь давать показания в суде дошла и до генерального директора OpenAI Сэма Альтмана (Sam Altman), который выступает ответчиком по иску Илона Маска (Elon Musk). Последний, по его словам, не только не был против перевода OpenAI на коммерческую основу, но и собирался подчинить себе этот стартап.

В свою очередь, Альтман под присягой заявил, что обвинения Маска в стремлении руководства OpenAI отречься от изначальной благотворительной миссии стартапа беспочвенны. Альтман отметил, что после появления идеи о создании внутри OpenAI коммерческой структуры он надеялся на успех благотворительной организации. Обвинения Маска в намерениях Альтмана «украсть благотворительность», по словам последнего, «даже не укладываются в голове».

Напомним, исковые требования Илона Маска включают не только отстранения Сэма Альтмана и президента Грега Брокмана (Greg Brockman) от управления OpenAI, но и выплату компенсации в размере $150 млрд. Сам Маск в суде ранее признался, что вложил в OpenAI около $38 млн. Коммерческая структура внутри OpenAI была создана в марте 2019 года, уже после ухода Илона Маска из состава совета директоров компании. По словам Альтмана, Маск не только не противился идее создания коммерческой структуры, но и поддерживал её. Попутно Илон Маск хотел получить до 90 % акций OpenAI, и такие амбиции вызывали у Альтмана сильный эмоциональный дискомфорт, как следует из его показаний.

На тот момент руководство OpenAI в целом не было настроено против Илона Маска, но идея последнего по поводу объединения стартапа с Tesla многих насторожила, включая самого Альтмана. Такой альянс, по словам последнего, вряд ли позволил бы OpenAI достичь своих первоначальных целей. Маск, как утверждает Альтман, не возражал против перевода OpenAI на коммерческие рельсы, если при этом он будет контролировать стартап. Он даже хотел передать стартап собственным детям по наследству в случае своей внезапной смерти. «Илон заявил, что будет работать только в компаниях, которые он полностью контролирует. Меня это очень сильно беспокоило. Одной из причин, по которым мы основали OpenAI, была идея против сосредоточения власти над сильным искусственным интеллектом (AGI) в руках единственного человека, какими бы благими ни были его намерения», — признался глава OpenAI. Маск пытался внушить совету директоров стартапа мысль о том, что со временем его доля в капитале может уменьшиться, но закрепить письменно условие постепенного отказа от контроля над активами он не был готов.

Альтману в ходе судебного заседания также пришлось ответить на вопросы адвоката Маска по поводу своей репутации среди ближайшего руководства OpenAI. Из показаний нескольких соратников Альтмана было известно, что он не производил впечатления искреннего человека и порядочного бизнесмена. Сам генеральный директор OpenAI в суде заявил, что считает себя честным предпринимателем, заслуживающим доверия. При этом он не может сказать, что в рамках своей деятельности вводил кого-либо в заблуждение. Впрочем, Альтман заявил, что в некоторые моменты своей жизни он мог оставаться не до конца честным с окружающими.

Свои ощущения в период краткосрочной отставки из OpenAI Альтман описал словами: «Я хотел побежать назад в полыхающее здание, чтобы спасти его». Непосредственно после отставки с поста генерального директора стартапа он не хотел возвращаться и был готов перейти на работу в Microsoft, но OpenAI для него значил слишком много. Напрямую Альтман не владеет акциями OpenAI, но у него есть доля в фонде, который инвестировал в этот стартап. Со слов главы OpenAI становится известно, что компания привлекла за всё время своего существования около $175 млрд от частных инвесторов. На начальном этапе Альтман вложил $3,75 млн в OpenAI, но позднее он раздал все свои акции подчинённым.

Уход Маска из совета директоров OpenAI в 2018 году, по словам Альтмана, кто-то воспринял с тревогой, опасаясь сокращения финансирования, другие вздохнули с облегчением. Маск требовал от исследователей регулярных отчётов о достигнутом прогрессе, и Альтман в целом считает, что Илон не понимал, как нужно руководить исследовательской лабораторией. Многих из ключевых специалистов OpenAI требования Маска просто демотивировали. Окружение Альтмана в OpenAI боялось мести со стороны Маска после его ухода из стартапа. Альтман добавил, что до сих пор благодарен Маску за его вклад в развитие OpenAI, и на начальных этапах совместной работы он глубоко уважал Илона. Позже его действия начали противоречить целям OpenAI, и он предпринимал их, как считает Альтман, «из ревности». Он также назвал Маска «несчастным человеком, который живёт с отсутствием чувства безопасности», выразив на этой почве сочувствие богатейшему человеку планеты.

Примечательно, что председатель совета директоров OpenAI Брет Тейлор (Bret Taylor) сообщил суду о получении в феврале 2025 года предложения от возглавляемого Маском консорциума инвесторов о поглощении OpenAI. Это произошло примерно через полгода после подачи Маском иска к стартапу. Как пояснил Тейлор, сценарий противоречил сути судебного иска: коммерческие инвесторы должны были поглотить благотворительный стартап, который таковым должен был оставаться, исходя из требований самого Маска. Судебное заседание, которое длится уже третью неделю, должно завершиться на этой, после чего суд может вынести свой вердикт к 18 мая.