Подольские курсанты задержали немцев на 5–7 дней ценой 2,5 тыс. жизней

Утром и днем 5 октября 1941 года в Генштаб Красной армии одно за другим поступали тревожные донесения: Юхнов взят, немецкие танки и мотопехота идут по Варшавскому шоссе в сторону Медыни и Малоярославца. Оборона на Ильинском боевом участке Можайской линии, которая должна была надежно прикрывать главные московские направления — через Волоколамск, Можайск и Малоярославец, — оказалась прорвана. Дальше, на всем протяжении шоссе к столице, советских войск почти не было.

Брешь на Можайской линии

Маршал Советского Союза Г.К. Жуков позже описал ситуацию одной фразой, и ее трудно оспорить: «К исходу 7 октября все пути на Москву, по существу, были открыты». Главная опасность заключалась в том, что бронетанковые части противника могли внезапно появиться под Москвой, и тогда судьба города оказалась бы предрешена.

Ставка потребовала стягивать войска на Можайскую линию как можно быстрее и откуда только возможно. Задачу выполнял генерал армии Жуков, назначенный командующим Западным фронтом 10 октября. Меры принимались и раньше, но не хватало ни людей, ни техники.

Воздушная разведка зафиксировала на Варшавском шоссе в направлении Малоярославца колонну, которая насчитывала 20 тыс. мотопехоты и до 200 танков. Немцы, закрепившись в Юхнове, попытались двинуться дальше, но майор И.Г. Старчак, начальник парашютно-десантной службы Западного фронта, принял решение взорвать мост через реку Угру на восточной окраине города. Ранее, 4 октября, по его личной инициативе был сформирован отряд из 400 пограничников, готовившихся к действиям в тылу врага. После взрыва моста отряд занял оборону по восточному берегу Угры, однако сил для сдерживания такого напора катастрофически не хватало.

Тогда советское командование 5 октября подняло по тревоге и направило в район западнее Малоярославца около 3,5 тыс. курсантов двух подольских училищ — артиллерийского и пехотного. По сути, в бой бросили самый ценный военный капитал — будущих офицеров. Автор отмечает, что в тех условиях иного выхода, судя по всему, не было.

Оружие, транспорт и голод: с чем шли на фронт

Сводным отрядом командовали начальник пехотного училища генерал-майор В.А. Смирнов и его помощник по артиллерии, начальник артучилища полковник И.С. Стрельбицкий. Задача ставилась жесткая: удержать немцев на Ильинском участке на 5–7 дней, пока не подойдут резервы.

Доклад генерала Смирнова командующему 43-й армией, в оперативном подчинении которой находился отряд, хорошо показывает, в каких условиях курсанты уходили на передовую. Материальная база выглядела так:

• Стрелковое оружие: винтовки образца 1891 года, станковые и ручные пулеметы;
• Минометы и учебные орудия вместо боевой артиллерии;
• Связь: штатные средства связи отсутствовали;
• Транспорт: автомашин хватило лишь на переброску одного батальона, остальные шли пешком;
• Снабжение: с продовольствием и боеприпасами было крайне трудно, а с 15 октября подвоза не стало совсем.

Курсанты воевали при таком снабжении, и воевали отчаянно. Передовой отряд прибыл в назначенный район 6 октября и занял оборону на линии железобетонных дотов, которые строители не успели завершить: не было маскировки, не хватало бронещитов над амбразурами. Учебные орудия установили в дотах, а участок в 10 км удерживали при плотности около 300 человек на километр фронта. Разреженность строя компенсировалась решимостью, и сопротивление противнику оказалось серьезным.

Пять суток на Ильинском участке

До начала основных боев передовой отряд курсантов вместе с отрядом майора И.Г. Старчака провел ночную контратаку. Немцы не ждали удара, и внезапность позволила выиграть несколько драгоценных часов. Когда противник все же перешел в наступление, курсанты, сдерживая его натиск, постепенно отходили к основному рубежу — Ильинскому участку.

За пять суток боев они подбили или вывели из строя около 100 танков и 10 бронемашин и уничтожили около 5 тыс. солдат и офицеров противника. С утра 11 октября немцы возобновили активные действия, нанося массированные удары с воздуха и из наземной артиллерии. Затем колонна бронетехники с пехотой попыталась пересечь реку Выпрейку по мосту, но атака была отбита. 13 октября последовала атака уже с тыла: над танками противник поднял красный флаг, однако уловка была вовремя раскрыта, а танки уничтожены.

Боеприпасы заканчивались. К 16 октября в строю оставалось всего пять орудий. Силы таяли, многие курсанты погибли. Сломить оборону удалось только после мощного огневого удара по всему фронту. Уцелевшие еще два дня удерживали деревни Лукьяново и Кудиново. Защитники Кудиново 19 октября оказались в кольце, но сумели из него вырваться. В тот же день курсанты получили приказ отойти и соединиться с войсками, занимавшими оборону на реке Наре.

Итоги боев выглядят так: подольские курсанты уничтожили около 5 тыс. немецких солдат и офицеров, подбили или вывели из строя около 100 вражеских танков, но и сами заплатили огромную цену — около 2,5 тыс. человек. Большинству из них было по 19–20 лет, что подтверждают представления к наградам, оформленные командованием на наиболее отличившихся.

Оценку их действиям Жуков дал предельно сдержанно: «В результате пятидневных ожесточенных боев немногие остались в живых, но своим героическим самопожертвованием они сорвали план быстрого захвата Малоярославца и помогли нашим войскам выиграть необходимое время для организации обороны на подступах к Москве».

Эти пять дней редко попадают в заголовки, но именно они определили ход битвы за столицу. Курсанты, которые шли в бой с винтовками образца 1891 года, без связи и без подвоза, стали живым барьером на пути танковых колонн. Их самопожертвование дало командованию драгоценное время, и за этот срок на подступах к Москве смогли выстроить оборону, которая устояла.

По материалам: Ритм Евразии