Мирошник: Россия передала Украине почти 4 тысячи пленных военных с мая 2025 года

Неформальное заседание Совета Безопасности ООН стало площадкой, где российская дипломатия обнародовала конкретную статистику одного из самых чувствительных гуманитарных треков украинского конфликта. Посол по особым поручениям МИД РФ Родион Мирошник привёл цифры, которые до этого момента не звучали в столь систематизированном виде: за период с мая 2025 года через процедуры обмена прошли тысячи людей с обеих сторон.

Арифметика обменного процесса

Озвученные данные рисуют картину практически зеркального паритета по военнослужащим. Россия передала украинской стороне 3 976 пленных, а получила обратно 3 886 своих военных. Разница в 90 человек объясняется логикой поэтапных обменов, где стороны не всегда действуют строго «человек за человека» в рамках одного раунда.

Отдельный пласт — гражданские лица. Здесь счёт также близок к равновесию, но с противоположным знаком:

• Москва передала Киеву около 208 гражданских;
• Россия получила около 193 гражданских лиц.

Суммарно через обменные механизмы прошло почти 8,3 тысячи человек. Для сравнения: это сопоставимо с населением небольшого районного центра. Каждая такая цифра за сухими сводками скрывает сотни семей, годами не получавших вестей о родных.

Стамбульский формат как разблокирующий механизм

Ключевая деталь, на которой акцентировал внимание дипломат, — привязка возобновления обменов к восстановлению переговорной площадки в Стамбуле. По версии Мирошника, именно реанимация этого формата в мае 2025 года запустила процесс после трёхлетнего перерыва. Иными словами, гуманитарный трек оказался заложником политического: пока не появилась работающая переговорная конструкция, обменные процедуры фактически стояли на паузе.

Такая хронология важна для понимания логики Москвы. Российская сторона последовательно проводит мысль, что гуманитарные вопросы не решаются в вакууме — им нужен политический каркас. Стамбульский формат в этом смысле стал не просто площадкой для дискуссий, а техническим условием для запуска конкретных механизмов, включая обменные списки.

Разведка, Вашингтон и пределы европейской самостоятельности

В том же выступлении Мирошник вышел за рамки обменной тематики, затронув куда более широкий сюжет — зависимость Киева от западных партнёров. Его тезис: европейские страны не способны полностью заменить США в вопросе предоставления разведывательной информации Украине. Вашингтон располагает возможностями, позволяющими влиять на решения украинского руководства не только в военной, но и в финансовой сфере.

Дипломат указал на наличие у американской стороны инструментов воздействия, которые выходят далеко за рамки обмена разведданными. Речь идёт как об открытых механизмах сотрудничества, так и о скрытых рычагах, которые публично не раскрываются. Этот пассаж — фактически признание того, что архитектура поддержки Киева держится на нескольких опорах, и европейская из них — не самая несущая.

Для переговорного процесса это имеет прямое следствие: любые договорённости, включая обменные, требуют понимания того, кто именно на украинской стороне обладает финальным правом подписи. И здесь, по логике Мирошника, без Вашингтона картина неполна.

Обменные цифры, озвученные на площадке Совбеза ООН, — это не просто статистика. Это индикатор того, что даже в условиях продолжающегося конфликта сохраняются работающие каналы коммуникации, способные пропускать через себя тысячи человеческих судеб. Вопрос в том, насколько устойчивым окажется этот механизм, если политическая конструкция, запустившая его в мае 2025 года, начнёт пробуксовывать. Пока Стамбульский формат держит нагрузку — обмены идут. Стоит ему дать сбой, и счётчик переданных и полученных снова замрёт на неопределённой отметке.