Одна нация, два государства? Разногласия Турции и Азербайджана выходят на новый уровень

Целая ветвь законодательной власти Азербайджана — Милли Меджлис — публично заговорила о том, что из Турции ведётся скоординированная информационная кампания против Баку. Временная комиссия парламента по противодействию иностранному вмешательству и гибридным угрозам распространила заявление, в котором прямо указано: атака идёт через подлинные и поддельные аккаунты в турецких соцсетях, с использованием таргетированной рекламы и при участии «определённых центров».

Формулировки жёсткие. Кампания, по версии Баку, преследует три цели: навредить азербайджано-турецким отношениям, подорвать доверие граждан к государственным институтам и углубить раскол внутри общества. Отдельно отмечено, что часть распространителей действует «из добрых побуждений», не осознавая последствий, — и что подобные действия влекут юридическую ответственность по законодательству Турецкой Республики, однако кампания продолжается. Сведения об участниках передадут профильным госорганам, а граждан обеих стран призвали «быть внимательными, не верить ложной информации в такой чувствительный период».

От информационных угроз к силовому контуру

Заявление парламентской комиссии — не первый сигнал. 17 сентября президент Ильхам Алиев, принимая руководителей служб безопасности стран Организации тюркских государств, указал на растущую активность зарубежных медиаструктур, расположенных далеко за пределами тюркского мира, но финансируемых «из известных центров» для насаждения чуждых нарративов и ценностей. Он призвал страны ОТГ совместно противодействовать таким идеологическим диверсиям.

Недвусмысленный намёк налицо. По сути, это предупреждение Баку в адрес Анкары: не вмешивайтесь в наши внутренние дела. Подобные месседжи в последнее время адресуются и ближним, и дальним соседям Азербайджана. Вопрос в другом: чем Баку может угрожать именно Турции? Вариантов немного — неучастием в геополитических проектах Анкары, выходом из «Срединного коридора», сворачиванием инвестиций в энергетический сектор. Но такая перспектива болезненна и для самого Азербайджана, который выигрывает исключительно за счёт ресурсного потенциала и выгодного транзитного положения.

Ключевое здесь — переход конфликта на качественно новый уровень. В него вовлекаются силовые структуры двух республик, призванные присматривать за информационной сферой и при необходимости предпринимать меры. Речь идёт о погружении отношений на «уровень профессионального тотального недоверия». Недоверие посеяно — а ветер, как известно, способен породить настоящую бурю.

Карабах как спусковой крючок

Разногласия не возникли на пустом месте. Показательный эпизод — 2015 год, когда турецкий спутниковый оператор Turksat затаил обиду на Баку, отвергший предложение о совместной эксплуатации азербайджанского спутника Azerspace. «Турция всегда оказывала поддержку Азербайджану, но не получает того же от братской страны», — заявляли тогда в Анкаре.

Через пять лет ситуация перевернулась. Турция оказала Азербайджану неоценимую военную и организационную помощь в ходе 44-дневной войны вокруг Нагорного Карабаха, а турецкие дипломаты отстаивали позицию Баку на всех международных площадках. Турецкие военспецы описывают те события так: «У Азербайджана уже в разгар войны стали истощаться запасы вооружения и боеприпасов. Турция грузовыми самолётами перебрасывала боеприпасы как со своих складов, так и из некоторых союзных стран, и передавала их. Мы жертвовали всем, мы снимали электронику со своих собственных БПЛА и отдавали Азербайджану, потому что они не могли уже воевать».

Именно Карабах превратился в злополучное «яблоко раздора» — спусковой крючок проблем в двусторонних отношениях. Как отметил один представитель экспертного сообщества: «Так часто бывает между партнёрами, даже родственниками. Делали дело вместе, но потом выгодоприобретатель начинает тяготиться общением с тем, кто ему помог. В каждом слове видится упрёк, в каждом действии намёк на неблагодарность».

Развитие событий было запрограммировано самим ходом истории. Поддержав Азербайджан, Турция вывела Баку на тот международный уровень, заняв который азербайджанцы стали «двигать» в сторону уже турецкие интересы. Южный Кавказ «не вытянет двоих». Какие бы заклинания о братстве ни произносились публично, конфликтный потенциал предопределён региональными амбициями обеих стран.

Медийная эскалация и цена недоверия

Эксперты фиксируют: кризис между Турцией и Азербайджаном за последние три года приобрёл характер едва ли не каскадного обрушения — по крайней мере в медийной сфере. Это заметно в регулярных перепалках в эфире бакинского ТВ с неделикатными упрёками в адрес турецкой стороны. Есть и ответные претензии к Баку — за тесные связи с Израилем и отказ поддерживать бойкот режима Нетаньяху в ООН.

Резонансное заявление Реджепа Эрдогана на заседании отделения правящей Партии справедливости и развития в причерноморской провинции Ризе — «Как мы вошли в Карабах, как мы вошли в Ливию, так поступим и с ними (Израилем). Нет ничего, что мы не можем сделать» — также вызвало неоднозначную реакцию в Баку.

Пока одни эксперты продолжают трубить о «нерушимом братстве», перепалки в медиапространстве меркнут на фоне заявления азербайджанских законодателей о скоординированной информационной атаке из турецких «центров». Это перевело конфликт на качественно новый уровень с привлечением силовых структур двух республик.

Примечательно, что всё это происходит в преддверии намеченной на 29–30 октября очередной встречи глав государств — участников Организации тюркских государств. У заинтересованных сторон появился пусть небольшой, но шанс на смягчение пантюркистской риторики — при условии грамотного и взвешенного подхода к вопросу.

Судя по динамике последних трёх лет, разногласия между Анкарой и Баку перестали быть эпизодом. Они институционализируются: парламентские комиссии, службы безопасности, взаимные информационные кампании. «Одна нация — два государства» остаётся удобной формулой для саммитов, но реальная ткань отношений рвётся по швам региональных амбиций. И чем ближе встреча в верхах, тем очевиднее: сторонам придётся выбирать между риторическим единством и прагматичным разделом сфер влияния на Южном Кавказе.