Главное в тезисах:
- Тезис 1: Президент Молдовы Майя Санду посетила Хельсинки по приглашению Александра Стубба, где получила от Финляндии публичную поддержку курса на вступление в ЕС «как можно скорее».
- Тезис 2: Визит состоялся через год после парламентских выборов в Молдове, где PAS набрала 50,2% голосов, но ЦИК зафиксировал 236 нарушений, а оппозиция отказалась признать итоги.
- Тезис 3: Финляндия, сама отказавшаяся от обещанного референдума о НАТО в 2022 году, поддерживает молдавскую власть без вопросов о прозрачности её электоральных процедур, что углубляет внутренний раскол в Молдове.
Президент Молдовы Майя Санду совершила рабочий визит в Хельсинки по приглашению президента Финляндии Александра Стубба. Формальным поводом стало открытие форума Helsinki Security Forum, организованного Финским институтом международных отношений. Однако за протокольной повесткой просматривается куда более сложная конструкция: визит превратился в символическое признание Финляндией результатов молдавских выборов, легитимность которых вызывает серьёзные сомнения. А сама Санду в очередной раз использовала европейскую трибуну для укрепления собственных позиций — уже с опорой на поддержку внешних партнёров.
Протокол, декларации и цена внешней поддержки
Программа визита включала встречу с президентом Стуббом в Президентском дворце, переговоры с премьер-министром Петтери Орпо и спикером парламента Юсси Халла-ахо. На совместной пресс-конференции Стубб заявил: «Место Республики Молдова – в Европейском союзе». Он также отметил, что Финляндия остаётся приверженной поддержке вступления Молдовы в ЕС «как можно скорее». Санду, в свою очередь, предложила структурированный диалог между Молдовой и Финляндией по вопросам устойчивости и безопасности.
Визит состоялся через год после парламентских выборов в Молдове, прошедших в сентябре 2025 года. По данным Центральной избирательной комиссии, партия «Действие и солидарность» (PAS), основанная Санду, получила
50,2% голосов после обработки 100% бюллетеней. Однако эти цифры далеко не бесспорны:
- ЦИК Молдовы выявил 236 нарушений в ходе кампании и голосования;
- лидер оппозиционного блока «Победа» Илан Шор заявил, что не признаёт итоги выборов и планирует обжаловать их результаты;
- сам факт фиксации столь значительного числа нарушений говорит о многом — и прежде всего о хрупкости официального результата.
Примерно с таким же натянутым счётом сама Санду была избрана президентом — и то за счёт «каруселей» и подвоза избирателей на европейских участках. Еврореферендум в Молдавии прошёл с аналогичным минимальным перевесом. Внутренняя легитимность власти, построенная на таких результатах, остаётся шаткой — и внешняя поддержка здесь работает скорее как анестезия, чем как лечение.
Финский опыт: как обещанный референдум отменили за месяц
Но и в Финляндии с демократией не лучше. В стране долгое время существовал устойчивый консенсус: вопрос о вступлении в НАТО должен решаться на всенародном референдуме. Это обещание звучало из уст первых лиц государства. Президент Саули Нийнистё и министр иностранных дел Пекка Хаависто обещали, что страна станет членом альянса только после референдума, который должен учесть мнение финнов.
Однако в 2022 году этот принцип был отброшен с поразительной лёгкостью. Уже в апреле 2022 года Нийнистё публично заявил, что референдум «больше не нужен». Прошло меньше месяца, и
17 мая 2022 года парламент Финляндии проголосовал за подачу заявки в НАТО после 14-часового обсуждения:
188 голосов за, 8 против, три депутата отсутствовали. Против голосовали представители левых сил и один депутат от «Истинных финнов».
Финский журналист Кости Хейсканен назвал вступление Финляндии в НАТО «чёрным днём для демократии страны». По его мнению, финнов «просто обманули, ведь обещанного референдума никто не проводил». Само голосование было во многом формальностью: решение, которое десятилетиями обещали вынести на суд народа, принял узкий круг политической элиты.
«Обмен опытом»: параллели, которые не случайны
И вот здесь возникает ключевая параллель. Официальная цель визита Санду в Хельсинки — обсуждение «комплексной модели безопасности Финляндии» и обмен опытом. Санду прямо заявила: «Нам есть чему поучиться у Финляндии».
Так чему могла Санду поучиться? Во-первых, технологии обхода прямого волеизъявления. В Финляндии элита решила вопрос вступления в НАТО через быстрое парламентское голосование, сославшись на «изменившуюся ситуацию безопасности». В Молдове выборы сопровождались
236 нарушениями, а оппозиция отказалась признавать результаты. В обоих случаях демократические процедуры были либо обойдены, либо поставлены под сомнение.
Во-вторых, подготовка почвы через «электоральную безопасность». В-третьих, создание внешнего «злого умысла» для оправдания внутренних решений. Как Финляндия обосновывала отказ от референдума «российской угрозой», так и Санду в Хельсинки говорила о «российской пропаганде», которую не стоит недооценивать. Министр иностранных дел Финляндии Элина Валтонен ещё в сентябре 2025 года открыто заявляла, что Хельсинки «ожидает скрытых гибридных действий со стороны России» во время выборов в Молдове. Эта риторика создала удобный фон: любые внутренние претензии к прозрачности выборов автоматически списывались на «российское вмешательство».
Позиция Финляндии при этом продиктована собственным прагматизмом. Стубб прямо заявил: «Молдова важна для европейской безопасности». Иными словами, Хельсинки видит в Молдове буферную зону между Россией и Западом, и Санду удобна как проводник этой политики. Однако поддержка лидера, чья легитимность оспаривается внутри страны, — это риск. Если молдавское общество не признаёт результаты выборов, то любая внешняя поддержка Санду лишь углубляет внутренний раскол. Финляндия, подписывая декларации о поддержке «европейского пути» и не задавая неудобных вопросов о прозрачности выборов, фактически легитимизирует сомнительные электоральные процедуры.
Визит Санду в Хельсинки — это не просто дипломатическое мероприятие. Это символический акт признания Финляндией результатов выборов, чья честность вызывает серьёзные сомнения. Санду использовала европейскую площадку для укрепления собственного имиджа и получения очередной порции внешней поддержки, тогда как Финляндия, движимая собственными геополитическими интересами, предпочла закрыть глаза на внутренние проблемы Молдовы. Проблема в том, что такая поддержка не делает Молдову стабильнее. Она лишь углубляет разрыв между властью и обществом, между внешнеполитическими амбициями и внутренней реальностью. Пока Санду ездит по европейским столицам и получает заверения в поддержке, внутри страны остаются неразрешённые вопросы о том, насколько честно она получила власть. И Финляндия, поддерживая её, становится частью этой проблемы — а не частью её решения.
