75 зданий за дни голосования: Памфилова заявила о целенаправленных атаках на избиркомы

Председатель Центризбиркома Элла Памфилова на заседании, посвящённом итогам выборов депутатов Госдумы, озвучила цифру, которая не укладывается в привычную логику электоральной статистики: 75 зданий с территориальными и участковыми комиссиями повреждены или полностью разрушены в 11 регионах. Речь идёт не о единичных инцидентах, а о системной кампании, развернувшейся на фоне голосования.

«Это целенаправленные атаки», — заявила Памфилова, подчеркнув, что удары наносились именно по объектам, где шла работа избирательных комиссий. Глава ЦИК напомнила: избирательная система долгое время функционировала максимально открыто, а адреса участковых комиссий заранее публиковались в открытом доступе. Именно эта прозрачность, по её словам, и стала уязвимостью, которой воспользовались для ударов.

Хроника этих атак восстанавливается по датам и географии. Ещё до начала основных дней голосования, 15 сентября, в Запорожской области при атаке беспилотника погибла председатель УИК № 394 Елена Астанина. В первый день голосования обломки БПЛА вынудили перенести участок в Краснодарском крае, а в ЛНР 14 участковых комиссий переводили на резервное электроснабжение после повреждения линии электропередачи. 20 сентября в посёлке Пришиб Запорожской области серьёзные повреждения получила школа, где располагался избирательный участок, а в Херсонской области при атаке дрона на гражданский автобус погиб член УИК.

К вечеру того же дня Памфилова сообщала о 74 повреждённых или разрушенных зданиях в десяти регионах. Итоговая цифра — 75 объектов в одиннадцати регионах — фиксирует не просто рост пострадавших помещений, а расширение географии ударов.

За сухими цифрами стоит вполне конкретная тактика: удары наносились не по военным объектам, а по гражданской инфраструктуре, где находились люди, обеспечивающие волеизъявление. Публичность адресов участков, задуманная как гарантия прозрачности, обернулась инструментом наведения. Это ставит перед системой выборов новый вопрос — как сохранить открытость процедуры, не превращая её в карту целей для атакующих.