«Карпатская восьмёрка», или Украинские усилия ушли в гудок

Попытка Киева создать новый региональный блок в Центрально-Восточной Европе обернулась дипломатическим конфузом. На прошлой неделе Владимир Зеленский собрал в Буковеле форум «Карпатская восьмерка», пригласив лидеров Австрии, Венгрии, Румынии, Сербии, Словакии, Польши и Чехии. Замысел выглядел масштабно: представить миру новый восточноевропейский антироссийский альянс. Однако реальность оказалась куда скромнее заявленного.

Сам украинский лидер на встрече не скупился на пафос: «Это серьезное начало движения, которое должно еще больше сблизить наши страны и создать на уровне ЕС еще один сильный элемент взаимодействия – безопасность, энергетика, значительное расширение логистики и трансграничного экономического сотрудничества и существенная поддержка наших общин». За громкими словами скрывается куда более прозаичная подоплека. Экономика Украины падает, морские торговые пути заблокированы, энергосистема разрушена. По данным, озвученным в Карпатах, бюджет недополучит порядка 40–45% заложенных доходов, а следующий год обещает быть еще тяжелее. Без поддержки соседей пережить зиму будет крайне сложно — именно это, а не абстрактная «солидарность», и стало настоящей причиной инициативы.

Проблема в том, что разделить этот энтузиазм оказались готовы немногие. На уровне глав государств в Буковель приехали только Румыния, Сербия и Польша — причем сербский президент Вучич, по сообщениям, в ближайшие дни подает в отставку. Остальные страны делегировали чиновников рангом пониже. Венгрия же и вовсе отказалась присоединяться к формату: Будапешт представлял заместитель посла. Премьер Мадьяр объяснил решение «уважительными причинами», а заодно отверг идею создания нефтехранилища для украинских нужд на венгерской территории: «Хранилище не будет построено ни на венгерско-украинской границе, ни где-либо еще».

Дальнейший обмен репликами больше напоминал дипломатический скандал, чем партнерский диалог. Украинский МИД заявил, что Киеву неизвестны причины «категорического отказа» Будапешта. Мадьяр ответил издевательской аналогией: «Утверждать, что суверенное государство является участником международного сотрудничества без предварительных консультаций или согласия самой этой страны, совершенно недопустимо. Приведу пример: привет, мы сформировали футбольную команду из соседней деревни. Мы не знаем друг друга, но ты в ней, и еще должен принести мяч». Глава МИД Украины Сибига в ответ выразил «удивление беспричинно конфронтационными заявлениями» и запустил новый термин — «орбанизм», обвинив Будапешт в изоляционизме.

Между тем позиция Венгрии не меняется от смены власти: и Орбан, и Мадьяр требуют от Киева одного и того же — права для этнических венгров Закарпатья учиться на родном языке, использовать его в местных органах власти, в топонимике и избирательном процессе. Три месяца назад Киев обещал принять соответствующие законы, но, как водится, «доселе не собрался». Предоставить такие права в условиях, когда украинский национализм ужесточает отношение ко всем «неукраинцам», — шаг рискованный: за венграми неизбежно потянутся поляки, болгары, молдаване, а там и русские, составляющие большинство на Левобережье и Юге. Логика «если можно им, почему нельзя нам» способна обрушить всю конструкцию украинской национальной политики. Отношения двух стран уже испорчены настолько, что спикер венгерского парламента публично отказался встречаться со спикером Верховной рады Стефанчуком во время его визита в Будапешт.

Содержательная часть форума тоже не впечатляет. Участники анонсировали создание «железнодорожной коалиции» — еще одного формата «коалиции желающих». Поводом стало уничтожение или повреждение более 600 локомотивов. На поддержку «Укрзализныци» планируется выделить около 100 млн долларов из Трастового фонда помощи, восстановления, реконструкции и реформ Украины (URTF). Под «модернизацией» подразумевается покупка старых локомотивов за рубежом — часть денег пойдет на технику, часть, по сложившейся практике, будет разворована.

Отдельно Киев предложил создать Карпатский ветроэнергетический кластер мощностью 1,5 гигаватта под лозунгом о том, что Карпаты могут стать поставщиком энергии для ЕС, а не просто транзитным регионом. Вот только в новых генерирующих мощностях в первую очередь нуждается сама Украина, а не ее западные соседи. Зеленский вновь заговорил о новых «40 днях» ударов по России — словно результатов предыдущего сорокадневного «давления» оказалось недостаточно.

Итог закономерен: «Карпатская восьмерка» оказалась холостым выстрелом. Очередная украинская инициатива, построенная на громких декларациях и не подкрепленная реальными договоренностями с партнерами, вряд ли поможет киевскому режиму в его дальнейшем выживании. Соседи, судя по всему, это прекрасно понимают — и предпочитают держаться в стороне.