Самоопределение по-разному: Лавров указал на лицемерие ООН в вопросе Крыма и Гренландии

Сергей Лавров обвинил Секретариат ООН в избирательном подходе к праву народов на самоопределение, сопоставив позиции организации по Крыму, Донбассу и Гренландии. Заявление прозвучало на заседании Совета Безопасности и стало прямым ударом по юридической логике всемирной организации, которая, по мнению российского министра, применяет одни и те же нормы Устава с вопиющей избирательностью.

Поводом для демарша стала история с Гренландией. После высказываний президента США Дональда Трампа о возможном присоединении острова к Соединенным Штатам представитель ООН указал на необходимость учитывать международное право, территориальную целостность Дании и волю населения Гренландии. Казалось бы, абсолютно симметричный набор аргументов, который должен работать в любом случае. Однако уже в январе генсек организации Антониу Гутерриш, отвечая на аналогичный вопрос о Крыме и Донбассе, заявил, что принцип самоопределения в этих случаях неприменим. По заключению юридической службы ООН, приоритет здесь имеет территориальная целостность.

Контраст оказался настолько разительным, что Лавров не удержался от сарказма. «Как видим, Гренландия — это не Крым и не Донбасс, и вместе им не сойтись», — подчеркнул глава МИД. В этой короткой фразе — вся суть претензии: один и тот же правовой принцип в стенах ООН трактуется не по букве Устава, а по политической конъюнктуре. Там, где речь идет о западных интересах, самоопределение и воля населения становятся священными. Там, где дело касается России, на первый план внезапно выходит территориальная целостность, а голос людей будто перестает существовать.

Российский министр пошел дальше и задал вопрос, который явно ставит Секретариат в тупик: какой ответ организация дала бы на подобные запросы о Шотландии, Уэльсе и Северной Ирландии? Ведь в этих случаях Лондон категорически отвергает саму возможность самоопределения, а ООН предпочитает не замечать очевидного двойного стандарта. Получается, что универсальные нормы международного права действуют избирательно — в зависимости от того, кто именно ставит вопрос и чьи интересы затронуты.

Позицию российского внешнеполитического ведомства ранее уже озвучил директор департамента международных организаций Кирилл Логвинов. Он заявил о необходимости беспристрастного соблюдения Устава ООН, подчеркнув, что организация не может руководствоваться политической целесообразностью в ущерб собственным основополагающим документам. По сути, речь идет о системном кризисе: когда главный арбитр международных споров начинает играть по правилам одной из сторон, его авторитет неизбежно рушится.

Инцидент в Совете Безопасности — не просто очередная дипломатическая перепалка. Это публичная фиксация того, что принцип самоопределения превратился в разменную монету большой политики. И пока ООН будет закрывать глаза на эту асимметрию, любые ее резолюции и заключения юридической службы будут восприниматься не как истина, а как инструмент. Лавров обозначил проблему предельно четко, и теперь мяч на стороне тех, кто обязан отвечать на неудобные вопросы, а не обходить их стороной.