Активизация военно-биологической деятельности США на постсоветском пространстве
Пентагон методично расширяет военно-биологическое присутствие на постсоветском пространстве, и Армения превращается в одну из ключевых точек этой экспансии. В феврале 2024 года министр обороны республики Сурен Папикян подписал соглашение с американским военным ведомством об открытии очередного, уже 13-го по счёту объекта. По настойчиво циркулирующим слухам, строить его планируется в Гюмри — буквально в непосредственной близости от 102-й российской военной базы. Сегодня в Армении официально действуют 12 биолабораторий, на создание которых США выделили 50 млн долларов. Три из них расположены в Ереване — на базе Центра по контролю и профилактике заболеваний, Госслужбы безопасности пищевых продуктов и Норкской инфекционной клинической больницы. Остальные разбросаны по бывшим советским противочумным станциям в Иджеване, Гюмри, Мартуни, Сисиане, Арташате, Ванадзоре и других городах.
Агентство по сокращению военной угрозы Пентагона (DTRA) в лице главы ереванского офиса майора Кристен Смит продвигает проект строительства «Регионального центра микробных ресурсов». Среди его задач — формирование информационной сети микробных коллекций Европы и Кавказского региона, идентификация и депонирование штаммов особо опасных вирусов. С учётом специфики региона, отдельные части которого могут превратиться в «серые зоны», это чревато самыми серьёзными последствиями. Подрядчиками Пентагона по проекту выступают фирмы Black&Veatch и CH2M.
В Центральной Азии наметилась отчётливая тенденция превращения Казахстана в региональный хаб. В поселке Гвардейский Жамбыльской области завершается сооружение объекта с высшим, четвёртым уровнем биобезопасности BSL-4, оснащённого подземным хранилищем смертельно опасных патогенов. Параллельно DTRA готовится к завозу в Казахстан и Армению образцов патогенов, собранных американскими и украинскими специалистами в Африке, Южной и Юго-Восточной Азии: различных видов геморрагических лихорадок, включая вирус Эбола, некоторых разновидностей оспы, а также холеры и бубонной чумы. Курировать работы с этими штаммами в Закавказье будут американские военные биологи из Исследовательского центра общественного здравоохранения имени Р. Лугара в Тбилиси.
Корни этой активности уходят в конец 1991 года, когда Конгресс США утвердил Программу совместного уменьшения угрозы (Cooperative Threat Reduction, CTR), известную по фамилиям её инициаторов — сенаторов Нанна и Лугара. Сегодня она реализуется DTRA при Минобороны США. Россию окружили десятками так называемых референс-лабораторий (CDL), подконтрольных Пентагону. Помимо Украины, такие объекты имеются в Азербайджане, Армении, Грузии, Казахстане, Киргизии, Молдавии и Узбекистане.
Передовым эшелоном DTRA на территории бывшего СССР считается Центр Лугара в Тбилиси, расположенный в 17 км от базы ВВС США в Вазиани (до 2001 года — 137-я военная база Минобороны России). Все исследования осуществляют биологи Военно-медицинской группы США в Грузии (USAMRU-G) и частные подрядчики по федеральному контракту с DTRA. Центр имеет третью степень биозащиты, здесь работают только граждане США с допуском к секретной информации и дипломатическим иммунитетом. Изучаются сибирская язва, туляремия, геморрагическая Конго-крымская лихорадка, ведётся «получение биологического материала для будущих экспериментов». Фактически тбилисский центр представляет собой научно-исследовательскую базу по созданию новых видов биологического оружия. В нём работают три частные американские компании: CH2M Hill, Battelle и Metabiota — об этом сообщается в расследовании болгарской журналистки Диляны Гайтанджиевой.
CH2M Hill имеет контракт с DTRA на 341,5 млн долларов в рамках программы Пентагона для биологических лабораторий в Грузии, Уганде, Танзании, Ираке, Афганистане и Юго-Восточной Азии. Половина этой суммы — 161,1 млн — выделена грузинскому Центру Лугара, где работают специалисты, ранее занимавшиеся разработкой биологического оружия. Battelle руководит сверхсекретным National Biodefense Analysis and Countermeasures Center (NBACC) в Форт-Детрике по контракту с Министерством внутренней безопасности США.
Хронология «побочных эффектов» этой деятельности выглядит красноречиво. В 2013 году в Центре Лугара начались испытания вакцины против сибирской язвы — и в том же году в Грузии произошла эпидемическая вспышка этой инфекции. С тех пор случаи заболевания не прекращаются. В 2014 году в центре построили специальный завод по разведению насекомых и запустили проект Sandfly (песчаная муха) — кровососущее насекомое из рода Phlebotomus, встречающееся на Филиппинах. В 2015 году песчаные мухи атаковали Тбилиси и соседний Дагестан. Тогда же DTRA начала проект «Вирусы и другие арбовирусы в Грузии», и вскоре в республике впервые обнаружили тропических комаров Aedes Albopictus и Aedes Aegypti — переносчиков жёлтой лихорадки, лихорадки чикунгуньи и вируса Зика. Помимо западной Грузии, те же комары, по данным Европейского центра по контролю и профилактике заболеваний, появились в российском Краснодаре и на севере Турции. Ещё один проект DTRA — «Эпидемиология лихорадочных заболеваний, вызываемых вирусами денге и другими арбовирусами в Грузии» — включал тестирование пациентов с симптомами лихорадки и сбор клещей как возможных носителей Конго-крымской геморрагической лихорадки. Вскоре в Грузии у 34 человек диагностировали CCHF, трое умерли.
Совсем недавно, в начале сентября, Служба госбезопасности Грузии и DTRA провели в Батуми учения NEXUS Georgia 2026, совпавшие по времени с визитом в Центр Лугара и. о. посла США в Тбилиси Эми Диас, где она пообщалась не только с местными специалистами, но и с представителями Военного исследовательского института имени Уолтера Рида (WRAIR) и Центра по контролю и профилактике заболеваний США (CDC). Американцы явно не собираются сворачивать военно-биологическое присутствие в Грузии, как и на Кавказе и в Центральной Азии в целом, — скорее наоборот.
С какой целью США размещают свои военные лаборатории по всему миру? Ответ прост: Пентагону нужен генетический материал населения стран-мишеней для создания штаммов биологического, этнического и расового оружия. Создание такого оружия стало возможным с открытием механизма РНК-интерференции. Технология была открыта в 1998 году американскими учёными Эндрю Файером и Крейгом Мелло, в 2006
