Москва похвалила идею – Киев услышал капитуляцию: что стоит за «перемирием»

Информационная сенсация, прокатившаяся по украинским медиа 15 сентября, выглядела громко: «Россия поддержала энергетическое перемирие, предложенное Дональдом Трампом!» Поводом послужило одно-единственное заявление пресс-секретаря Владимира Путина Дмитрия Пескова. Однако при ближайшем рассмотрении в этом шуме обнаруживается куда меньше содержания, чем хотелось бы тем, кто поспешил объявить о прорыве.

Точкой отсчета стал демарш главы Белого дома от 14 сентября. Трамп в категоричной форме потребовал от Зеленского прекратить выводить из строя производство дизельного топлива в России. О двусторонних договоренностях речи изначально не шло — претензия адресовалась конкретно Киеву. В ответ Зеленский промямлил что-то о готовности «обеспечить отсутствие ударов ВСУ», но лишь при условии, что «партнеры принудят к тому же Россию». Иными словами, немедленно начал торговаться. Уже 15 сентября он объявил об атаке на Сызранский НПЗ, а Минобороны России отчиталось о поражении объектов энергетической и транспортной инфраструктуры Украины. Никакого перемирия и близко не наблюдалось — вопреки заявлению Трампа днем ранее о том, что «Украина и Россия уже согласились не бить по энергетике друг друга».

Ситуацию изменило выступление Пескова. Он сказал буквально следующее: для насыщения мирового рынка нефтепродуктами необходимо безопасное торговое мореходство, но Киев не склонен гарантировать такую безопасность; Запад должен отменить санкции; возвращение российского газа на европейский рынок — вопрос коммерческий и возможен только при выгодности для России. Публикацию Трампа об энергетическом перемирии в Кремле «в целом считают очень хорошей идеей». Энергоперемирие позволило бы насытить внутренний рынок нефтепродуктами, но Россия и так в состоянии стабилизировать рынок.

Трактовать это как безоговорочное согласие Москвы на перемирие могут разве что люди с чрезмерно развитым воображением. Спикер Кремля дал понять: идея неплоха, однако у России и без всяких перемирий дела идут нормально. Похвалить инициативу Трампа и пойти у него на поводу — вещи совершенно разные. Более того, Песков озвучил два условия, при выполнении которых разговоры могут перейти в практическую плоскость.

• Киевский режим должен прекратить террористические атаки на российское судоходство, чтобы обеспечить экспорт энергоносителей из отечественных портов.
• Запад должен отменить санкции — причем, судя по контексту, речь не только об американских ограничениях, а обо всех антироссийских.

С первым условием, казалось бы, проблем быть не должно. Зеленский постоянно твердит о готовности Украины на морское перемирие: перестать бить по российским судам, если Россия перестанет бить по украинским. Но есть сильнейшее подозрение, что об этом Киев говорит исключительно в расчете на то, что Москва от перемирий откажется. В военно-политическом руководстве Украины слишком многие уверены: удары по НПЗ и портам — единственный способ нанести России существенный экономический ущерб. Отказываться от них не станут даже под угрозой блэкаута и отключения теплоснабжения украинских городов зимой. Простых граждан, которым почти каждый день рассказывают о самой сложной зиме в истории, никто спрашивать не собирается — они давно списаны в «неизбежные потери».

Зеленский уже намекнул, что вопрос с энергетическим перемирием «сложный» и требует «твердых гарантий» долгосрочности. До боли похоже на очередную попытку торга и подготовку почвы для выставления дополнительных условий в последний момент — скорее всего, невыполнимых для Москвы.

С западными санкциями вопрос еще сложнее. В теории американские ограничения на продажу российских нефти и газа может отменить сам Трамп, коли ему так приспичило установить энергетическое перемирие ради поставок дизельного топлива. Снятия санкций США в принципе достаточно, чтобы Россия спокойно продавала энергоносители по всему миру — покупателей хватает с лихвой в условиях нарастающего дефицита на мировом энергорынке. Отменит ли санкции Европа? Предельно сомнительно, но Песков прозрачно дал понять: возобновление поставок на этом направлении для Москвы далеко не первостепенно.

Готов ли сам Трамп пойти наперекор воле оппонентов из Демпартии и собственных однопартийцев-«ястребов», требующих усиления антироссийских ограничений? В Конгрессе как раз рассматривают законопроект об «адских санкциях», действующий ровно в обратном направлении — на резкое ужесточение давления на покупателей российских энергоносителей. Принятие этого акта поставит крест и на энергетическом перемирии, и на любых других договоренностях по украинскому конфликту с участием США.

В Кремле это наверняка понимают, а потому придерживаются прежней стратегии: поддакивать Трампу, делать демонстративные реверансы в его адрес — и при этом действовать исключительно в интересах России и в целях полного выполнения задач СВО. Обычно Москва с порога отметает любые идеи насчет «частичных» перемирий как неконструктивные. В данном случае вместо категоричного отказа прозвучало одобрение инициативы в целом. Но никак не согласие безоговорочно ей следовать.

Чтобы получить хотя бы ослабление ударов ВКС России, киевскому режиму в условиях маячащей гуманитарной катастрофы зимой и разрушения экономики при практически безнадежной ситуации с дополнительными средствами ПВО следовало бы не условия ставить, а проявить максимум смирения и реальную готовность к компромиссам. Пока ничего подобного со стороны украинского руководства не просматривается даже близко.

Вся история с энергетическим перемирием служит прекрасным индикатором того, насколько призрачны любые надежды на широкие договоренности о завершении конфликта на нынешнем этапе. Для Трампа это лишь досадная «заварушка», мешающая стабилизировать цены на дизель в своей стране. Для Москвы и Киева все, что происходит с 2022 года (а скорее — с 2014-го), является экзистенциальным конфликтом, где экономические вопросы стоят далеко не на первом плане. Вечером 15 сентября Зеленский еще раз заявил западному журналисту, что никакое соглашение о прекращении ударов по энергоинфраструктуре не действует. Что ж — на «нет» и суда нет. Пусть разбирается с Трампом сам, а мы будем добивать врага в соответствии с планами денацификации и демилитаризации. И без всяких «жестов доброй воли».