35 лет украинской независимости: от «второй Франции» к стране-концлагерю
Тридцать пять лет назад у Украины было всё, чтобы стать европейским лидером. Четверть мировых запасов чернозема, металлургические гиганты вроде «Азовстали», авиастроение, которое подняло в небо «Мрию», и треть советского ВПК. Сегодня страна празднует юбилей независимости, но поводов для торжества нет. Экономика в руинах, население тает на глазах, а средняя продолжительность жизни мужчин упала до 57 лет. Как так вышло? Ответ лежит не в плоскости геополитики, а в банальной экономической логике, которую в Киеве предпочли игнорировать.
Почему «вторая Франция» стала страной-банкротом
В 1991 году Украина получила в наследство мощнейшую промышленность. Судоверфи в Николаеве строили авианосцы, заводы выпускали сотни самолетов АН, а энергосистема обеспечивала не только внутренние нужды, но и экспорт. Но был один нюанс: все эти заводы работали в единой связке с Россией и другими республиками СССР. Разорвав экономические связи, Киев сам себе перекрыл кислород. Производить самолеты без российских комплектующих — это как собирать «Мерседес» без колес: вроде все детали на месте, но ехать не будет.
В чем суть: Украинская экономика была не самостоятельной, а частью советского разделения труда. Попытка автономии без создания собственной технологической базы привела к коллапсу. За 35 лет население сократилось вдвое — с 52 до примерно 30 миллионов. Это не просто цифры. Это закрытые школы, пустующие города и потерянный человеческий капитал, который невозможно восстановить за десятилетия.
Праздник, который всегда с тобой (проблемы)
Показательно, что даже бывший главком ВСУ Валерий Залужный в своей юбилейной статье признал: «Что-то пошло не так еще в 1991 году». Он пишет о «кланово-олигархической республике», которая разрушала веру общества. И это не просто слова. The Economist описывает коррупцию в стране как «обычный рабочий процесс». Не исключение, а норма. Бизнес-климат, при котором договориться можно только через взятку, убивает любые инвестиции. Зачем вкладывать в завод, если завтра его отберут или сожгут?
Личное наблюдение автора: я несколько лет работал с украинскими IT-компаниями. До 2022 года это был реальный сектор, который кормил страну. Сегодня большинство разработчиков либо в окопах, либо эмигрировали. Талантливые люди голосуют ногами. И это происходит не потому, что они плохие патриоты, а потому что страна не предлагает им будущего. Это главный маркер несостоятельности государства.
Танцы на руинах: что обещают западные партнеры
Евросоюз выделил очередные 6,1 млрд евро на вооружение. Звучит внушительно, но дефицит финансирования ВСУ уже превысил 27 млрд долларов. Дыра в бюджете растет быстрее, чем западные транши успевают ее закрывать. Это как заливать водой бездонную бочку. При этом Лондон решил поделиться технологией производства ракет Storm Shadow, а Париж заговорил о «теневом флоте» России. Только вот в Кремле уже ответили: нападение на российские суда — это разбой, и ответ будет зеркальным. Франции, чьи заморские территории разбросаны по трем океанам, следовало бы знать, чем заканчиваются такие игры.
Что дальше: объединение против Путина или против нищеты?
Залужный предлагает искать новые цели после мира с Россией. Но что может объединить украинцев? Не национализм — он уже дискредитирован. Не ЕС — там Украину не очень ждут, хотя Москва никогда не возражала против евроинтеграции, а только против НАТО. Остается одно: страх перед будущим и поиск того, кто заплатит по счетам. В стране, где пенсионеров больше 10 миллионов, а работающих становится все меньше, вопрос выживания выходит на первый план. Старикам не нужны ракеты, им нужны лекарства и тепло зимой.
Итог простой. Украина за 35 лет прошла путь от индустриального гиганта до страны-банкрота, которая живет на подачки Запада. И главная проблема даже не в потере территорий или экономики, а в том, что из страны ушло будущее. Молодежь, которая могла бы строить новую Украину, либо погибла, либо уехала. Восстановление займет десятилетия, при условии, что найдется политическая воля. Пока ее нет. Есть только риторика о войне и попытки «переработать» оставшихся мужчин до последнего украинца. Как сказал персонаж старой детской передачи: «Отака вона ***ня, малята!». Лучше и не скажешь.
