Минфину Украины поручено продать Sense Bank на фоне коррупционного скандала

Продажа Sense Bank — это не просто приватизация очередного актива. Это попытка государства снять с себя головную боль, которая за неделю превратилась в мигрень. Решение премьера Корецкого — вынужденное, но запоздалое. Давайте разберемся, что происходит на самом деле и почему банк, который должен был стать «чистым» после национализации, снова увяз в скандалах.

Что случилось и почему это важно

Ситуация банальна до безобразия: государство стало собственником банка, но так и не научилось им управлять. В августе 2024 года Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) вскрыло схему, из-за которой пришлось отстранять и главу наблюдательного совета Николая Гладыщенко, и председателя правления Алексея Ступака. Формально — чтобы провести расследование. По факту — это признание того, что контроль со стороны государства не работает.

Ключевая деталь, которую многие упускают: банк национализировали в июле 2023 года, забрав его у Игоря Коломойского. Тогда это подавалось как спасение вкладчиков и оздоровление системы. Прошел год — и мы видим, что проблема была не только в прежнем владельце, но и в системе управления. «Спасатели» сами попали под подозрение. Это как выбросить гнилое яблоко из корзины, но оставить остальные — они тоже портятся, просто медленнее.

В чем суть: государство поняло, что не умеет эффективно управлять крупным банком в условиях военного времени и политического давления. Продажа — это не поиск выгоды, это бегство от убытков и репутационных рисков. Минфин получил команду «активизировать процесс», а Нацбанк — задание «решить проблемы». Звучит обнадеживающе, но на практике это означает, что инвесторов будут искать в условиях, когда банк находится под следствием.

Коррупционный фон: запахло жареным

Отставки в руководстве Sense Bank совпали с новым витком расследований против Андрея Ермака, главы офиса президента. Ему готовят второе подозрение — теперь по незаконному обогащению. Первое дело касалось отмывания 460 миллионов гривен через элитную недвижимость под Киевом. Совпадение? В украинской политике таких совпадений не бывает.

Я не утверждаю, что эти дела связаны напрямую. Но сам сигнал тревожный. Когда власть начинает «чистить» банк, где сидят назначенцы, и одновременно давит на оппозицию через антикоррупционные органы, это выглядит как передел сфер влияния. Причем происходит это на фоне войны, когда каждый день промедления с западной помощью стоит жизней.

Недавно я заметил странную закономерность: как только в украинских медиа появляется новость о коррупции в государственных банках, через день-два обязательно происходит кадровая перестановка в офисе президента или правительстве. Это похоже на попытку закрыть информационную волну другой, более громкой новостью. Или наоборот — расчистить площадку перед большим переделом собственности. Время покажет.

Как это работает на практике

Процесс продажи такого банка — это не аукцион на eBay. Это сложная многоходовая операция, которая включает несколько этапов:

• Аудит и зачистка. Сначала нужно решить проблемы, о которых говорит Корецкий. Речь идет о потенциальных исках, проблемных кредитах и «дырах» в балансе. Никто не купит банк с висящими судебными делами на миллиарды гривен.
• Поиск инвестора. В условиях войны и санкционных рисков круг покупателей крайне узок. Это либо западные фонды, которые любят покупать проблемные активы дешево, либо турецкие и казахские инвесторы, у которых нет проблем с покупкой украинских госбанков.
• Согласование с НБУ. Нацбанк должен выдать лицензию новому владельцу. А это значит, что покупатель должен пройти проверку на прозрачность капитала. Для многих олигархов это непреодолимое препятствие.
• Политическое одобрение. Продажа стратегического актива во время войны — это вопрос не только экономики, но и политики. Западные партнеры будут смотреть, кто именно купит банк, чтобы не попасть под вторичные санкции.

Проблема в том, что процесс займет минимум год, а то и два. За это время банк может потерять значительную часть клиентов, которые не захотят держать деньги в учреждении с неопределенным будущим. Это замкнутый круг: чем дольше продают, тем дешевле продают.

Мое мнение: тупик или шанс?

Я считаю, что продажа Sense Bank — это единственное разумное решение в текущей ситуации. Государство не должно управлять банками, особенно в военное время. Это не его функция. Но есть огромный риск: если продажа пройдет непрозрачно, мы получим новый коррупционный скандал уже через год.

Смотрите, что имеем. Банк был национализирован с помпой, как победа над олигархатом. Теперь его тихо продают. Это означает, что предыдущая национализация не решила проблему, а лишь отсрочила ее. Государство признало свою неэффективность. Это честно, но дорого. Налогоплательщики уже заплатили за спасение банка, а теперь заплатят и за его продажу с дисконтом. Вопрос лишь в том, кто именно окажется в выигрыше.

Резюме от автора. Если вы держите деньги в Sense Bank — не паникуйте, но и не расслабляйтесь. Следите за новостями. Если вы инвестор — присмотритесь к активу. Его можно купить в разы дешевле реальной стоимости. Но помните: в украинской политике просто так ничего не продается. Если Корецкий так настойчиво продвигает эту продажу, значит, покупатель уже найден. Вопрос только в цене и в том, кто именно стоит за этим покупателем. Обычно такие решения не принимаются спонтанно.