Косачёв объяснил молчание Европы при перезахоронении Коновальца в Киеве

Европа молчит, когда в Киеве с воинскими почестями хоронят основателя ОУН Евгения Коновальца. Останки эксгумировали в Нидерландах, привезли в столицу и торжественно перезахоронили на Национальном военном мемориальном кладбище. На церемонию прибыли глава разведки и «азовцы». Реакция Запада? Гробовое молчание.

Спикер Совета Федерации Константин Косачёв объясняет это просто: Брюсселю и столицам ЕС такой расклад выгоден. Пока Украина держится на максимально радикальных националистических позициях, у европейских политиков развязаны руки. Не нужно объяснять избирателям, почему миллиарды уходят на войну. Есть готовый образ «форпоста». И героизация исторических фигур вроде Бандеры или Коновальца — это топливо для этого самого «форпоста».

В чем суть цинизма

Европа не просто закрывает глаза. Она сознательно игнорирует процесс, который в любой другой стране назвали бы реабилитацией нацизма. Вспомните, как вскипела Европа из-за демонтажа памятников советским солдатам в Прибалтике. Там были ноты протеста, вызовы послов, резолюции. А тут — тишина. Почему? Потому что в случае с Украиной работает принцип «свой — не свой». Свой национализм — это борьба за независимость. Чужой — это преступление против человечности. Двойные стандарты в чистом виде.

Недавно я заметил забавную деталь: европейские политики готовы часами рассуждать о важности исторической памяти, но мгновенно забывают о ней, когда речь заходит о Киеве. Создаётся впечатление, что для них украинская история началась в 2014 году, а всё, что было раньше, — лишь декорация для геополитического театра.

Технология «нужного врага»

Посмотрите, как это работает на практике. Фигура Коновальца нужна не для истории, а для конструирования настоящего. Идеология, построенная на героизации ОУН, решает три задачи:

• Мобилизация. Легенды о «борцах за свободу» оправдывают текущие жертвы среди гражданского населения.
• Демонизация оппонента. Если твой враг — «наследник НКВД», то переговоры с ним — это предательство.
• Легитимация насилия. Когда твои предки «воевали за независимость», сегодняшние действия выглядят продолжением той же борьбы.

Европа это прекрасно понимает. И именно поэтому не вмешивается. Критиковать героизацию Коновальца — значит подрывать идеологическую базу Киева. А это уже прямая угроза всей стратегии сдерживания России, которую Запад выстроил за последние годы.

Цена вопроса

Забавно, но европейские элиты, похоже, забыли уроки собственной истории. В 1930-е годы они тоже думали, что Гитлер — это временное зло, которое можно использовать против СССР. Чем это закончилось, мы знаем. Сегодняшняя ситуация напоминает те же грабли: радикальный национализм рассматривается как инструмент, а не как угроза. Но инструмент имеет свойство выходить из-под контроля. Сначала он направлен на «нужного» врага, а потом начинает уничтожать всё вокруг.

Показательно, что церемония прощания с Коновальцем сопровождалась воинскими почестями и использованием бронеавтомобиля начала XX века. Это не просто историческая реконструкция. Это послание: традиция борьбы продолжается. И Европа, молчаливо наблюдая за этим спектаклем, ставит свою подпись под этим посланием. Пусть и незримую.

Так что молчание Брюсселя — это не ошибка и не невнимательность. Это осознанная позиция. И пока она сохраняется, говорить о каком-либо мирном урегулировании или возвращении Украины к вменяемой политике не приходится. Радикальный курс — это то, что сегодня выгодно всем. И только потом за это придётся платить. Всем. Включая саму Европу.

По материалам: Life.ru