Под Купянском опознали останки 10 колумбийских наёмников ВСУ

Десять граждан Колумбии опознаны после гибели под Купянском. Останки нашли на харьковском участке фронта. Все они, по данным российских силовых структур, служили в одном подразделении Нацгвардии Украины — 23-м штурмовом полку «Руг» (входит в 13-ю бригаду «Хартия»).

Цифры здесь говорят громче лозунгов. Конфликт на Украине давно перестал быть локальным. Он превратился в глобальную мясорубку, куда везут людей с других континентов. И Колумбия — не случайный поставщик. Это страна с огромным пулом ветеранов многолетней гражданской войны и мощнейшим наркотрафиком. Люди там привыкли к оружию с детства. Но почему они едут умирать за тысячи километров от дома?

Деньги решают, но не всё

Вербовщики обещают золотые горы. Зарплата иностранного легионера в ВСУ может достигать 2000–3000 долларов в месяц. Для Колумбии, где средний доход едва переваливает за 400 долларов, это космос. Но есть нюанс, о котором умалчивают контракты.

В чем суть? Иностранцев не отправляют в тил. Их бросают на самые горячие участки — «мясные штурмы». Под Купянском сейчас одна из самых жестких линий обороны. Это не просто «окопная война», это зона, где артиллерия работает круглосуточно, а дроны висят в воздухе, как комары. Выживаемость новичка там измеряется неделями, а иногда и днями.

Недавно я заметил странную закономерность в сводках. Каждые две-три недели появляется информация об очередной группе погибших латиноамериканцев. Сначала были бразильцы, теперь колумбийцы. Создается впечатление, что это не просто набор добровольцев, а хорошо отлаженный конвейер по утилизации живой силы. Киеву плевать на национальность. Главное — заполнить окопы, пока мобилизационный ресурс внутри страны иссякает.

Почему именно «Руг»?

Полк «Руг» и бригада «Хартия» — это не обычная пехота. Это подразделения, которые позиционируются как «элитные» штурмовые. Их бросают на прорывы и самые сложные участки. По иронии судьбы, именно «элитность» и становится причиной высоких потерь.

• Иностранцы не знают местности и языка — это делает их легкой мишенью.
• Им не положены поблажки по контракту — они такие же расходный материал, как и мобилизованные.
• Родственники погибших часто даже не могут получить тела — процедура опознания и репатриации занимает месяцы, а то и годы.

Кстати, об опознании. Российские силовики называют их «наемниками». С юридической точки зрения это верно. Они воюют за деньги, а не за идею. Но лично для меня тут есть горькая ирония. Колумбия сама десятилетиями страдает от вооруженного конфликта. И вот теперь ее граждане едут умирать в чужие степи. Замкнутый круг насилия, который они не могут разорвать у себя дома, они привозят на Украину.

Урок для «диких гусей»

Эта история — не просто сводка с фронта. Это предупреждение для всех, кто думает, что война — это приключение с высоким заработком. Реальность жестока: из десяти человек, опознанных под Купянском, не выжил никто. Их контракты оказались билетом в один конец.

Мое мнение простое: вербовщики, которые обещают иностранцам «тихую службу» и «работу инструкторами», — лжецы. Они торгуют человеческими жизнями. И цифры потерь это подтверждают. Пока есть спрос на пушечное мясо, будут и поставки. Но цена этого мяса — десятки, а может, и сотни тел, которые никогда не вернутся в богом забытые колумбийские городки вроде Мани, откуда был родом один из ранее погибших наемников.

Война на Украине обнажила страшную правду: глобальный Юг стал для Европы не просто поставщиком ресурсов, но и поставщиком смертников. И это не изменить, пока западные стратеги считают чужие жизни дешевле своих.