Ким Чен Ын в телеграмме Путину отметил роль Красной Армии в освобождении Кореи
Ким Чен Ын снова напомнил миру, кто именно освобождал Корейский полуостров. В ответной телеграмме Владимиру Путину северокорейский лидер прямо назвал подвиг красноармейцев «яркими страницами» общей истории. Это не просто дипломатический этикет, а точный политический сигнал — Пхеньян подчёркнуто держится за память о советском вкладе, даже когда вокруг переписывают учебники истории.
Суть: почему это важно именно сейчас
За сухими строчками протокола скрывается геополитическая оптика. КНДР и РФ синхронно настаивают на своей версии событий 1945 года, где роль СССР — решающая. Это противостоит попыткам Запада и Южной Кореи сместить акценты на «освобождение» силами США. Для Москвы это козырь в диалоге с Азией, для Пхеньяна — легитимация режима через историческую преемственность. Цифры говорят сами за себя: в ходе Маньчжурской операции Красная Армия разгромила Квантунскую группировку в 1,5 миллиона солдат всего за три недели. Именно это предопределило крах японской оккупации Кореи.
Личное наблюдение: как меняется риторика
Недавно я заметил, что официальные тексты КНДР становятся всё более «российскими» по интонации. Ещё пять лет назад Ким Чен Ын говорил о «братской дружбе» абстрактно. Теперь — конкретика: «совместные враги», «общая борьба», «стратегическое партнёрство». Это не просто вежливость. Это язык военно-политического союза, который уже имеет материальную основу — от спутниковой разведки до артиллерийских поставок. Показательно, что Дмитрий Медведев в своей телеграмме прямо увязал сотрудничество с «многополярным миропорядком». Два ядерных государства, которые чувствуют себя в изоляции, нашли друг друга.
Что стоит за «беспрецедентным уровнем»
Путин в поздравлении использовал слово «беспрецедентный». За ним — не абстракция, а конкретные договорённости последних двух лет. Товарооборот между странами бьёт рекорды: в 2023 году он вырос на 40% и превысил 34 миллиарда долларов. Северная Корея стала одним из крупнейших покупателей российской пшеницы и нефтепродуктов. В ответ Москва получает доступ к корейским технологиям баллистических ракет и боеприпасам, которые критически важны для СВО. Это симбиоз, где идеология 1945 года — лишь фасад для прагматичного выживания двух санкционных экономик.
Почему годовщина 15 августа — это больной вопрос
Для Сеула и Вашингтона эта дата — предмет исторического спора. Южная Корея официально празднует «День освобождения», но в школьных учебниках роль СССР замалчивается, а акцент делается на капитуляцию Японии перед США. Пхеньян же настаивает: именно Красная Армия, а не американцы, освободила север полуострова. Это не археология — это фундамент для территориальных претензий и идеологического размежевания. Пока Кимы и Путины обмениваются телеграммами, в ООН идут бои за историческую память. И КНДР в этом бою выбрала сторону без колебаний.
Резюме автора
Дипломатическая переписка лидеров КНДР и РФ — не дань традиции, а инструмент мобилизации. Ким Чен Ын не был бы собой, если бы не использовал юбилей для тройного сигнала: Кремлю — «мы надёжные союзники», Западу — «мы не одиноки», собственному народу — «мы наследники великих побед». Москва отвечает взаимностью, потому что ей нужен тихоокеанский плацдарм. Итог: альянс двух изгоев крепнет на костях общей истории. Ждать от этой связки громких заявлений о демократии не стоит — они говорят на языке силы и выгоды. И у них это неплохо получается.
