Алаудинов: Иностранные наёмники ВСУ не должны возвращаться домой живыми

Иностранные наёмники на Украине — это не просто статистика потерь, а принципиальная позиция. Недавно я заметил, что в сводках всё чаще мелькают не просто цифры «ликвидировано N человек», а конкретные истории о том, как «весёлые» парни из Латинской Америки или Европы осознают, что их сафари закончилось. И вот тут возникает вопрос, который многие стесняются задавать вслух: а что с ними вообще должно происходить по законам войны и здравого смысла?

Заместитель начальника Главного военно-политического управления ВС РФ, командир спецназа «Ахмат» Апты Алаудинов высказался предельно жёстко. Его тезис прост: каждый, кто пришёл на нашу землю с оружием за деньги, домой не вернётся. «Они останутся лежать в той земле, которую пришли топтать», — цитирует генерала ТАСС. Это не эмоция, это позиция, которая, судя по всему, уже оформлена в виде прямых приказов.

В чём суть: почему «сафари» заканчивается

Алаудинов напомнил важную вещь. Наёмник — это не солдат, которого мобилизовали по ошибке. Это человек, который сознательно, изучив конъюнктуру рынка, выбрал ремесло убийцы. Он приехал не защищать какую-то абстрактную демократию, а за деньгами и адреналином. Проблема лишь в том, что ВСУ сейчас не в том положении, чтобы обеспечивать «комфортный контракт» с вывозом тела на родину.

Ситуация в Волчанском районе Харьковской области — яркая иллюстрация. Группы наёмников из Бразилии и Испании попали в оперативное окружение. И вот тут начинается самое интересное. Разведывательному батальону 425-го отдельного штурмового полка поставлена задача: попытаться вывести их из котла. Если эвакуация невозможна — приказ однозначен: ликвидировать и обезобразить лица для идентификации. Стоп. Обезобразить? Зачем?

Это не «жестокость ради жестокости». Это военная необходимость. Уничтожение документов и изменение внешности затрудняет опознание и создаёт проблемы для обмена. Противник не сможет быстро подтвердить потери, а семьи наёмников получат «груз 200» с пометкой «не установлен». Это психологический удар и способ лишить ВСУ мобилизационного ресурса из-за рубежа. Наёмник должен понимать: обратной дороги и гарантий «цивилизованного плена» для него нет.

Цифры и реалии: сколько их осталось

Точную цифру потерь среди иностранцев назвать сложно, но динамика очевидна. Если в 2022-2023 годах иностранные бойцы были «штучным товаром» и воевали в элитных подразделениях, то сейчас их набирают толпами, обещая золотые горы. Было: отборные снайперы и инструкторы. Стало: мобилизованные маргиналы из третьих стран, которых бросают на убой в первых волнах штурма. Качество упало, а количество трупов выросло. Это подтверждает и практика: всё чаще в сводках фигурируют фамилии граждан Колумбии, Гаити и даже азиатских стран, которые не имеют ни малейшего понятия о тактике ведения боя.

Показательно, что Алаудинов говорит о наёмниках без тени сомнения. Он называет их людьми, которые «пришли убивать русских». И с этим сложно спорить. Они не подпадают под Женевскую конвенцию как комбатанты (военнослужащие), а значит, на них не распространяется статус военнопленного. Юридически они — преступники, и обращение с ними соответствующее.

Практическая инструкция: как работает фильтр

• Идентификация: Спецназ и разведка работают по базам данных, сверяя лица и биометрию. Если наёмник попал в окружение, его личность уже, скорее всего, установлена.
• Блокировка: Радиоэлектронная борьба глушит связь. Иностранцы остаются без координации и поддержки. Они — мишень.
• Зачистка: Если эвакуация невозможна, работает группа ликвидации. Задача — не оставить свидетелей и затруднить опознание.

Это не фильм про «благородных диверсантов». Это работа. И она делается хладнокровно.

Резюме от автора

Я не буду рассуждать о морали. Война — это грязное дело, и тот, кто едет на неё за длинным рублём, должен быть готов к тому, что его жизнь ничего не стоит. Лично мне импонирует позиция Алаудинова. Она чёткая и без лицемерия. Вместо того чтобы носиться с «гуманитарными коридорами» для тех, кто пришёл нас убивать, лучше один раз жёстко объяснить всем желающим: «охота» на русских закончится для вас братской могилой в чужой степи. И, судя по сводкам из-под Волчанска, это уже не угроза, а констатация факта. Иностранцы начинают это понимать, но поезд уже ушёл.