«Новая война» идёт за деньги: Фрадков рассказал, почему мир меняет систему международных платежей

Пока политики спорят о санкциях, бизнес молча решает самую болезненную проблему — как платить за товары с зарубежными партнерами. И здесь происходит то, что я называю «тихой революцией». Глава ПСБ Пётр Фрадков в интервью РБК фактически признал очевидное: старая добрая система международных расчётов, где SWIFT был единственным дирижёром, канула в Лету. На смену ей идёт не единый стандарт, а сложный коктейль из национальных валют, крипты и частных платёжных сетей.

В чём суть? Десятилетиями мир жил по простой схеме: доллар + SWIFT = глобальная торговля. Это работало, пока доллар был нейтральным товаром. Но когда расчёты превратили в оружие — а именно это произошло, — вся конструкция дала трещину. Фрадков прямо называет это «новой войной», и с ним сложно спорить. Интересна другая его мысль: простой отказ от доллара ничего не решает. Перевели расчёты в юани? Отлично. Но вы всё равно зависите от китайского комплаенса, их банковской инфраструктуры и решений по ликвидности. Получается, что мы просто меняем хозяина, а не избавляемся от зависимости.

Цифры, которые говорят громче слов

Пока аналитики рассуждают о дедолларизации, ПСБ строит собственную систему А7. Запущенная осенью 2024 года, она уже обслуживает 15 тысяч корпоративных клиентов и пропускает через себя до двух тысяч платежей в сутки. Это не «тестовый режим» — это работающая инфраструктура. По сути, А7 — это частная альтернатива SWIFT, построенная на распределённой сети. Российский бизнес получает возможность проводить платежи с иностранными контрагентами, не оглядываясь на западные клиринговые палаты.

Но давайте смотреть правде в глаза: 2000 платежей в день — это капля в море по сравнению с глобальным трафиком. Однако важна не текущая цифра, а вектор. Система работает, она востребована, и она масштабируется. Мой личный опыт подсказывает: когда речь идёт о финансовой инфраструктуре, критически важна не скорость запуска, а устойчивость. Недавно я общался с логистом из Новосибирска, который жаловался, что перевод в Китай через третьи страны занимал до трёх недель. Сейчас, через альтернативные каналы, — три дня. Разница колоссальная.

Новая реальность: мир без единого центра

Фрадков озвучил тезис, который в ближайшие годы станет определяющим для глобальной экономики: «Мир уходит от представления, что существует одна универсальная расчётная система». И это действительно тектонический сдвиг. Вместо одного центра — SWIFT — мы получаем множество контуров. Вот как это выглядит на практике:

• Региональные платёжные союзы — например, системы для расчётов внутри ЕАЭС или ШОС, где валюты стран-участниц используются напрямую.
• Национальные системы — аналог российской А7, которые создают ключевые игроки БРИКС для защиты от внешнего давления.
• Цифровые активы — центральные банки активно тестируют собственные CBDC (цифровые валюты), которые могут стать основой для нового типа межбанковских расчётов.

Каждый из этих контуров будет иметь свои правила, свои комиссии и свою зону влияния. Это создаёт хаос для глобальных корпораций, но одновременно порождает огромный спрос на сервисы, которые умеют сшивать эти разрозненные системы.

Почему это важно для каждого из нас

Мы привыкли думать, что международные финансы — это что-то далёкое, из серии «большая политика». На деле фрагментация платёжных систем бьёт по карману каждого. Товары дорожают не из-за себестоимости, а из-за логистики платежей. Когда компании вынуждены платить 5-7% за конвертацию и транзакции через третьи страны, эти издержки закладываются в цену. Мой прогноз: в ближайшие два года конкуренция между платёжными системами усилится, и мы увидим снижение комиссий для конечного потребителя. Но до этого момента нас ждёт период турбулентности.

Показательно, что даже признанные лидеры рынка — например, китайская CIPS или индийская UPI — активно наращивают своё присутствие. Они понимают: тот, кто предложит самый удобный и дешёвый способ расчётов, получит контроль над торговыми потоками. По сути, мы наблюдаем рождение новой геополитической карты, где границы проходят не по территориям, а по платёжным маршрутам.

Моё резюме (без клише, как вы просили): мир окончательно распрощался с эпохой монополий в финансах. Выживут не те, кто громче всех кричит о дедолларизации, а те, кто построил быструю, дешёвую и неподконтрольную третьим лицам инфраструктуру. ПСБ сделал свою ставку — теперь время покажет, насколько она окажется верной. Но одно можно сказать точно: обратного пути к «одному окну» уже не будет.