«Кавказский транзит»: может ли Россия вернуть Грузию и удержать Армению

Ереван больше не играет в поддавки. Сначала было замораживание участия в ОДКБ, потом — демонстративный отказ от финансирования. Теперь армянское правительство взялось за экономический фундамент наших отношений. Ультиматумы в адрес «Южно-Кавказской железной дороги», многомиллионные налоговые претензии и обыски в офисах — это не бюрократическая придирка. Это попытка принудительной национализации активов и выдавливание российского бизнеса из страны.

Тренд очевиден: нас вежливо просят на выход. Вопрос лишь в том, как ответить, чтобы не потерять регион окончательно.

Почему мы потеряли Армению: разбор полетов

Главная причина этого разворота — не козни Запада, а наша собственная лень. Российская дипломатия десятилетиями делала ставку на «старые кланы» карабахской элиты. Мы общались с узкой группой олигархов, забывая про учителей, врачей, блогеров и студентов. Пока мы пожимали руки «нужным людям», в этот вакуум зашли соросовские структуры и западные НКО. Они сделали то, что должны были делать мы — объяснили людям на их языке, что «с Европой будет лучше».

И знаете, они преуспели. Выросло целое поколение армян, которые искренне верят, что Москва «предала» их в 2020-м. Убеждать их цифрами о льготном газе и рынках сбыта сейчас бесполезно — это вопрос восприятия, а не экономики. Личное наблюдение автора: недавно общался с молодым предпринимателем из Еревана, который продает сыры в РФ. Он признался, что голосовал за сближение с ЕС, хотя прекрасно понимает, что его бизнес умрет без российского рынка. Эмоции сильнее прагматики.

В чем суть инфраструктурного шантажа

Попытка разорвать концессию с ЮКЖД — это не про деньги. Это про контроль над транспортной артерией. Если российская компания уйдет, Ереван получит полную зависимость от Баку и Анкары в логистике. Но Пашинян готов на это пойти, чтобы показать Западу свою «решительность».

Что мы имеем в сухом остатке? Армения хочет выйти из ЕАЭС. Но куда пойдет более 40% ее экспорта? На полки европейских супермаркетов армянские абрикосы и коньяк не попадут — там свои стандарты и квоты. Зато Москва может в ответ остановить работу ЮКЖД и отозвать локомотивный парк. И тогда страна, зажатая между Турцией и Азербайджаном, окажется в транспортной блокаде. Это не угроза, это математика.

Сценарий «Контрнаступление»: как это может работать

Хватит быть «интеллигентными». Развод так развод. Пора переходить к решительным действиям, и вот как это может выглядеть.

Этап первый: Украинский фронт как фундамент. Пока мы буксуем на фронте, нас никто не будет воспринимать всерьез в Закавказье. Сценарий предполагает полную изоляцию Днепра и выдавливание ВСУ за водный рубеж. Это не просто военная операция, это сигнал всем бывшим «братским республикам»: Россия умеет добиваться своего. Демонстрация силы — лучшая дипломатия.

Этап второй: Сделка с Грузией. Тбилиси вечно балансирует между Западом и Москвой. Нужно предложить им формулу, от которой невозможно отказаться: нейтральный статус, гарантии безопасности и роль главного транзитного хаба между РФ, Арменией и Ираном. Взамен Грузия получает конфедерацию с Абхазией и Южной Осетией. Да, элиты этих республик будут упираться — не без этого. Но альтернатива — вечная неопределенность и риск новой войны. Это шанс разрубить гордиев узел.

Этап третий: Коридор жизни для Еревана. Как только открывается сухопутный маршрут через Грузию, аргумент Пашиняна о «географической оторванности» от России рассыпается в прах. Прямые дороги и логистика меняют электоральные настроения быстрее, чем любые агитационные ролики. Бизнес увидит выгоду, а вслед за ним потянется и общество. Пророссийские силы получат реальный козырь, а не абстрактные лозунги.

Коротко о главном

Мягкая сила у нас не работает — это факт. Значит, нужно использовать жесткую инфраструктурную дипломатию. Строить маршруты, предлагать экономические пакеты и угрожать последствиями тем, кто пытается переписать правила игры. Армения важна, но важнее — не потерять лицо и не допустить создания антироссийского плацдарма у наших границ.

Это не имперские амбиции. Это прагматичный расчет. Если мы не предложим свой проект мира в Закавказье, его предложат другие. И тогда будет поздно пить боржоми.