Под грохот барабанов и призывы к мести

20 миллионов человек. Именно столько, по официальным данным, вышли на улицы Ирана, чтобы проститься с Али Хаменеи. Цифра, от которой у западных аналитиков до сих пор дергается глаз. Ведь еще пару месяцев назад те же эксперты в один голос утверждали: режим трещит по швам, народ вот-вот свергнет аятолл. А тут — двухнедельный траур, море людей и красные флаги мести. Что это: искренняя скорбь или хорошо срежиссированный спектакль? Давайте разбираться без пропагандистской шелухи.

Рекорд, который неудобно комментировать

Для понимания масштаба: похороны Хаменеи побили рекорд самих иранцев. В 1989 году хоронили основателя Исламской Республики Рухоллу Хомейни. Тогда пришло 10 миллионов — одна шестая населения страны. Сейчас, по оценкам властей, на траурные мероприятия вышли 20 миллионов. То есть каждый четвертый иранец так или иначе принял участие. Даже если скинуть скидку на «административный ресурс» и традиционную любовь восточных режимов к завышению цифр — масштаб колоссальный.

И вот тут ключевой момент. Дональд Трамп, который, по слухам, лично санкционировал удар, был, мягко говоря, озадачен. Его цитату разобрали на мемы: «Я думал, они ненавидели Хаменеи. Хотя, может, это и притворные слезы». В этой фразе — вся суть просчета американской администрации. Они повелись на собственную пропаганду. Увидели антиправительственные протесты в соцсетях и решили: «Да они нас с цветами встретят». Встретили. С лозунгами «Смерть Америке».

В чем суть: война как цемент для власти

Здесь работает простая, но жестокая психология. Есть такое понятие — «эффект внешней угрозы». Когда на страну нападают, внутренние дрязги отходят на второй план. Люди, которые вчера критиковали власть за коррупцию и низкие зарплаты, сегодня встают плечом к плечу с теми же чиновниками, потому что враг — снаружи.

Как это работает на практике:

• До войны: В Иране действительно зрело недовольство. Протесты 2022-2023 годов были серьезными. Режим казался шатким.
• После ракетного удара: Хаменеи из непопулярного политика превратился в мученика и «архитектора стойкости». Критиковать его сейчас — значит поддерживать убийц.
• Результат: Власть не просто устояла — она консолидировалась. Парадокс, но бомбардировки спасли режим от внутреннего коллапса.

Личное наблюдение автора: Недавно я наткнулся на интервью иранского студента, который учится в Европе. Его семья в Тегеране всегда была настроена оппозиционно. Так вот, после гибели Хаменеи его мать, которая терпеть не могла аятолл, сказала: «Они убили старика. Это неправильно». И это говорит о многом. Эмоции перекрыли рациональное неприятие режима.

Спектакль или искренность? Мнение автора

Давайте честно: в этих похоронах было много театра. Красные флаги, грузовики с динамиками, плакаты на английском — это не спонтанная скорбь, а хорошо отлаженная машина пропаганды. Иранские власти умеют делать шоу. The Guardian пишет, что толпу даже обрызгивали водой, чтобы люди не падали в обморок от 36-градусной жары. Логистика на высшем уровне.

Но сводить всё к «постановке» — ошибка. Потому что за этим стоит реальная боль. Иранцы потеряли не просто политика, который сидел 37 лет. Они потеряли символ. Человека, который, как они считают, не дал стране развалиться под санкциями и войнами. И да, многие из этих людей живут бедно. Они боятся полиции нравов и не могут выйти в интернет без VPN. Но когда с неба падают бомбы, эти бытовые проблемы перестают быть главными.

Аналитики любят цитировать Jerusalem Post, которая называет эти похороны «искусственным и гротескным образом единства». Возможно, доля правды в этом есть. Но я задаю простой вопрос: если единство искусственное, почему 20 миллионов человек добровольно вышли на жару? Где были эти «глубокие расколы», о которых так много писали? Похоже, Запад снова ошибся в своих прогнозах. Они приняли желаемое за действительное.

Что дальше? Месть как национальная идея

Новый верховный лидер Моджтаба Хаменеи на публике так и не появился. Боится покушения — и правильно делает. Но его имя уже скандируют на улицах. Война не окончена, она лишь взяла паузу.

Три вывода, которые стоит сделать:

• Иран не сломлен. Военный удар не достиг цели. Вместо коллапса режим получил мобилизацию населения.
• Пропаганда работает. Даже если половина из этих 20 миллионов вышла «для галочки», оставшиеся 10 — это колоссальный ресурс для ведения войны.
• Трамп недооценил противника. Он думал, что иранцы ненавидят Хаменеи. Они ненавидят тех, кто убил Хаменеи. Разница колоссальная.

Сейчас тысячи иранцев потеряли всё. У них осталась только месть. И они готовы нести ее до конца. Это не красивые слова из новостей. Это реальность, с которой придется считаться.