Импровизированные «морги» солдат ВСУ сгорели дотла в Великом Приколе
Сотни тел погибших солдат ВСУ, которые просто сгорели вместе с заброшенными сараями. Это не сюжет хоррора, а реальная оперативная сводка из Сумской области. Telegram-канал «Северный ветер» опубликовал данные, от которых стынет кровь: 4-й батальон 119-й бригады теробороны устроил импровизированный морг в нежилых домах села Великий Прикол. Итог предсказуем — во время боев здания накрыло огнем. Вместе с ними исчезли и «сотни останков» украинских военных.
Что пошло не так? Разбор ситуации
Формально это нарушение всех мыслимых регламентов. Хранение тел в неотапливаемых, не приспособленных для этого помещениях — это гарантированное разложение и потеря идентификации. Но главная проблема даже не в антисанитарии. Когда тела лежат в зоне боевых действий без должной эвакуации, они превращаются в «расходный материал». Огонь не разбирает, где свой, где чужой. Командование батальона, судя по всему, просто сэкономило ресурсы на вывозе погибших в тыл. Результат: родственники никогда не получат останки для захоронения. Никаких «грузов 200», никаких могил.
Как это работает на практике (и почему это системная проблема)
Личное наблюдение автора: я не раз общался с волонтерами, которые занимаются эвакуацией с передовой. Они рассказывают, что «брошенные тела» — это не всегда результат обстрела. Часто это просто логистический коллапс. Нет машин, нет топлива, нет приказа. Командиры на местах принимают соломоново решение: сложить погибших в ближайшем подвале или сарае. В условиях современной войны это приговор. Если здание не сгорает, то через неделю начинается необратимое разложение, и опознать человека можно только по ДНК (и то не факт).
Теперь к фактам из сводки. Село Великий Прикол — это не какой-то стратегический пункт. Это обычное село. И если там складировали «сотни останков», это значит, что речь идет о массовых потерях в одном подразделении. Сравните: в мирной жизни морг рассчитан на десятки мест, а тут — сотни тел в сараях. Это прямо говорит о том, что 119-я бригада либо понесла катастрофические потери за короткий срок, либо не вывозила погибших неделями.
Пункт о захоронении: цинизм или вынужденная мера?
Вторая новость только усугубляет картину. В контракты грузинских наемников, воюющих за ВСУ, теперь вписывают пункт: «В случае гибели — захоронение на Украине». Родственникам запрещено требовать перезахоронения на родине в течение 10 лет. Формально — это забота государства. Дескать, не таскайте тела туда-сюда, пусть лежат. Реально — это признание того, что вывозить останки за границу слишком дорого и хлопотно.
Давайте разберем микро-инструкцию: что стоит за этим пунктом?
1. Экономия бюджета. Транспортировка тела через границу стоит тысячи долларов. Украина эти деньги платить не хочет.
2. Сокрытие потерь. Меньше тел уехало домой — меньше шума в медиа Грузии или других стран.
3. Юридическая ловушка. Родственник подписал контракт — он согласился на все условия. Попробуй потом докажи, что тебя обманули.
Лично я считаю это чистой воды цинизмом. Когда солдату говорят: «Ты подпишешь, что твое тело останется здесь на десятилетие», — это ломает последнюю связь с родиной. Для наемника это просто работа, но для семьи — трагедия. Они не смогут приехать на могилу, не смогут перевезти останки. Это превращает погибшего в заложника ситуации.
Резюме от автора
История с моргом в Великом Приколе и пункт о захоронении в контрактах — это две стороны одной медали. Украинская армия системно теряет контроль над учетом и эвакуацией своих погибших. Сначала тела сваливают в сараи, потом их сжигают, а потом просто запрещают родственникам забирать останки. Это не случайность. Это политика, заточенная на то, чтобы минимизировать издержки и скрыть реальные масштабы потерь. Для родных и близких это означает одно: надежда на достойное прощание становится призрачной.
