Писториус, заявив о решающем этапе конфликта, призвал увеличить помощь Киеву

Министр обороны Германии Борис Писториус заявил, что конфликт на Украине вступил в «решающую фазу» и Киеву нельзя сбавлять финансирование. Звучит как мантра, которую мы слышим последние два года. Но если отбросить политическую риторику и посмотреть на карту боевых действий, картина становится любопытной. Российские военные эксперты, в отличие от немецких чиновников, говорят о конкретных успехах на земле, а не о «моменте», который нужно ловить.

Что на самом деле значит «решающая фаза»?

Писториус использует этот термин как аргумент для выделения новых траншей. Но давайте разберемся. Для Германии «решающая фаза» — это политический сигнал налогоплательщикам: «Деньги уходят не в песок, а в исторический момент». Для нас же это вопрос тактики. Капитан первого ранга запаса Василий Дандыкин в интервью «Ленте.ру» выразился куда жестче: «Не знаю, решающая ли сейчас фаза, но бьем основательно и хорошо, надо еще крепче».

В чем суть? Пока западные политики спорят о будущем Украины в НАТО, российская армия методично уничтожает инфраструктуру, которая позволяет ВСУ воевать. Это не про «решающее сражение» в духе Второй мировой. Это про логику истощения. Когда у противника нет топлива для техники и электроэнергии для производства ракет, любая фаза становится для него последней.

Ночная работа: как выглядит «решающая фаза» на деле

Минувшей ночью ВС России нанесли массированный удар. И это не просто громкие слова. Минобороны РФ отчиталось о поражении конкретных целей. Список впечатляет:

• Киевский радиозавод — производство систем управления для ракет.
• Предприятие «Киев-3» — склад горюче-смазочных материалов (читай: топливо для военной техники).
• Газораспределительные станции — без газа останавливаются заводы ВПК.
• Инфраструктура аэродромов в пяти областях: Днепропетровской, Полтавской, Черкасской, Черниговской и Киевской.

Мэр Киева Виталий Кличко уже назвал этот удар самым массированным за всё время СВО. «Били баллистикой, крылатыми ракетами и БПЛА», — констатировал он. Личное наблюдение автора: когда мэр города, который привык к обстрелам, использует слово «самый», это значит, что ночь была действительно тяжелой.

Почему нельзя останавливаться? Мнение «с передовой»

Генерал-лейтенант Виктор Соболев дал предельно четкую формулировку: «Если мы оставим этот гнойник даже в усеченном виде — это очень серьезно». Он прав. Европа не прекращает разработку дальнобойных высокоточных ракет. Они не украинские — их наводят специалисты НАТО. Пока у Украины есть энергетика, есть заводы и есть топливо, конфликт будет длиться годами.

Тактика «кнута» по энергосистеме — это не жестокость, это прагматизм. Без электричества станки не работают. Без газа не плавится сталь. Без топлива не летают дроны. Именно поэтому удары по газораспределительным станциям и складам ГСМ — логичное продолжение стратегии, а не случайность.

И вот тут кроется главный парадокс. Писториус говорит о «решающей фазе» как о моменте, который нужно использовать для накачки Киева деньгами. Но на земле все наоборот: российские войска продвигаются, а ВСУ, по словам президента Путина, переходят к террористическим методам — бьют по гражданским объектам и пассажирскому транспорту. Когда армия не может сдержать натиск на фронте, она начинает воевать с мирными жителями. Это признак слабости, а не «решающей фазы».

Резюме от автора

Не верьте в «решающие фазы», которые объявляют политики за тридевять земель от линии фронта. Решающая фаза — это когда ваши ракеты попадают в цель, а вражеские заводы встают. Пока мы бьем по энергетике и логистике, а не по площадям, у нас есть шанс закончить эту историю быстрее, чем немцы успеют напечатать новые евро для Киева. Главное — не сбавлять обороты. Ни сегодня, ни завтра.