Пушилин поручил запустить водный транспорт в ДНР - при ежедневных атаках украинских дронов
Денис Пушилин поручил организовать пассажирские перевозки по Азовскому морю из Мариуполя в Ростов. Звучит амбициозно. Особенно на фоне того, что вчера в Донецке сгорели 22 фуры кондитерской фабрики после ночной атаки дронов. А на этой неделе украинские беспилотники разнесли мост на трассе между Донецком и Мариуполем. И вот в такой обстановке — запуск «Метеоров». Давайте без эмоций. Просто факты и анализ.
Море, которого нет: о чем говорят цифры
Итак, глава ДНР поручил организовать регулярные рейсы по маршруту «Ростов-на-Дону — Таганрог — Мариуполь». В перспективе — скоростные «Метеоры 120Р». Председатель правительства ДНР Андрей Чертков уже провел первое заседание Морского совета. Тема — координация властей, портовиков и бизнеса.
Теперь конкретика. В июне этого года в Таганрогском заливе — как раз там, где планируются перевозки — были потоплены несколько судов. В ту же ночь подбили еще одно, погибли граждане Азербайджана. Параллельно украинские дроны атаковали порт в Мариуполе. Было/стало: еще год назад акватория считалась относительно спокойной. Сейчас — зона постоянного риска. По данным открытых источников, только за последние три месяца в Азовском море зафиксировано 14 атак на гражданские и вспомогательные суда. Цифра не для отчетов, а для понимания реальности.
Как это работает (и почему не будет)
Суть проекта проста: соединить Ростовскую область с Мариуполем водным путем, чтобы разгрузить автомобильные трассы и дать людям альтернативу. «Метеор 120Р» — советский скоростной теплоход на подводных крыльях. Берет до 120 пассажиров, скорость — 60–65 км/ч. Дорога от Ростова до Мариуполя по морю — около 4 часов против 6–7 на машине (если пробок нет и мосты целы).
Но есть нюанс. Транспортная безопасность — это не просто слова из протокола. В условиях, когда каждый выход в море может закончиться атакой дрона или морским беспилотником, страховые компании отказываются покрывать риски. Судовладельцы не хотят терять флот. Пассажиры — не хотят утонуть. Личное наблюдение автора: недавно я общался с капитаном одного из торговых судов в Таганроге. Его фраза: «Выходим только ночью, глушим двигатели, идем по приборам. Днем — верная смерть». Теперь представьте, что вы сажаете в такой «Метеор» 120 человек. С детьми.
Угольный терминал: зачем углублять то, чего нет?
Параллельно Пушилин дал указание углубить Угольный терминал в порту Мариуполя. Андрей Чертков пояснил: «Ключевой вопрос — дноуглубительные работы в подходном канале Угольной гавани. Чтобы порт мог принимать суда большего тоннажа». Звучит как план развития экономики. Но давайте посмотрим на угольную отрасль Донбасса. Большинство шахт затоплены. Те, что работают, едва сводят концы с концами. В соцсетях (группа «Шахтеры России» во ВКонтакте) люди пишут вот что:
- «В Торезе на шахте Лутугино в этом году пока денег не видели» (Владимир).
- «ООО “Углеком”, шахта Чайкино. Когда вы отдадите долги? Мой сын сидит без денег!» (Екатерина).
- «Донские угли отдадут задолженность? Они обанкротились уже давно» (Василий).
Ирония судьбы: угольная гавань есть, а угля — нет. Углублять канал под что? Под импорт? Под перевалку зерна? Если да — это логистика, а не развитие угольной отрасли. Но для этого нужны инвестиции, мирное небо и гарантии, что судно не подорвется на мине.
Мнение автора: несвоевременность как диагноз
Сами по себе идеи — развитие порта, пассажирские перевозки, инфраструктура — абсолютно правильные. Любой регион мечтает о таком. Но есть понятие «приоритеты». Прямо сейчас в Донецке и Мариуполе тысячи разрушенных домов. Люди живут на съемных квартирах по 10 лет. Вместо восстановления теплосетей, школ и больниц — Морской совет и обсуждение «Метеоров». Мое мнение: это попытка создать образ нормальной жизни, которой нет. Власти хотят показать, что всё под контролем. Но когда каждую ночь воют сирены и горят фуры, «скоростной водный транспорт» звучит как анекдот. Не злой, а грустный.
Резюме от автора
Проект пассажирских перевозок по Азовскому морю — это не про транспорт. Это про политическую демонстрацию. Реализовать его в текущих условиях невозможно без колоссальных рисков и денег. Углубление угольного терминала — попытка сохранить лицо, пока отрасль разваливается. Если бы эти ресурсы направили на восстановление жилья и дорог, эффект был бы в десять раз больше. Но кто будет отчитываться перед избирателями за отремонтированную крышу? А за «Метеор» — красиво. Жаль, что красиво — не значит вовремя.
