Производители ЕС хотят закрыть лазейку для российского алюминия через Турцию и ОАЭ

Европейский союз ввел запрет на импорт российского алюминия, но российский металл продолжает поступать на рынок ЕС. Как такое возможно? Элементарно: его везут в третьи страны, там перерабатывают, а затем ввозят в Европу как «новый» продукт. Теперь Брюссель пытаются заставить закрыть эту лазейку, и ставки высоки – речь идет о десятках миллиардов долларов и будущем европейской промышленности.

В чем суть лазейки

Санкции против российского алюминия заработали в феврале 2025 года. Но проблема в том, что первичный металл – это лишь сырье. Если его отправить в Турцию, ОАЭ или Китай, переплавить и прокатать там, то на таможне ЕС он уже считается не «российским», а продуктом той страны, где его обработали. Таможня смотрит на страну последней переработки, а не на страну происхождения. Это и есть та самая лазейка.

Пол Восс, глава Европейской алюминиевой ассоциации, назвал ситуацию «политически, морально и стратегически неоправданной». И он прав. Мы блокируем прямые поставки, но создаем спрос на обходные схемы. Цифры говорят сами за себя: в прошлом году Россия заработала на алюминии около 10 миллиардов долларов. И значительная часть этих денег по-прежнему поступает из Европы.

Почему европейцы сами заинтересованы в обходе

Тут есть неприятный нюанс. Российский алюминий продается со скидкой примерно в 11% по сравнению со среднемировыми ценами. Для европейского завода, который покупает тысячи тонн металла, это огромная экономия. Именно поэтому бизнес сам ищет пути, как обойти запрет. Недавно я заметил, что коллеги из металлургической отрасли в кулуарах конференций открыто признают: «Если мы не купим этот металл через Турцию, его купит конкурент». Рынок не терпит пустоты.

И вот здесь возникает классический конфликт: политическая воля против экономической логики. Европейские политики хотят наказать Москву, а европейские заводы хотят выжить и получить дешевое сырье. Пока побеждает экономика.

Как предлагают ловить нарушителей

Европейская алюминиевая ассоциация предложила конкретный механизм – систему отслеживания по принципу «плавки и литья». Суть простая:

• Импортер обязан указывать не страну, где алюминий прокатали, а страну, где его впервые выплавили.
• Это позволяет таможне определить российское происхождение, даже если металл прошел через три перевалочных пункта.
• Литва уже поддержала эту идею и давит на Еврокомиссию, чтобы ввести единые правила для всех стран ЕС.

Выглядит логично. Но есть одна загвоздка: проверить это на практике крайне сложно. Алюминий – товарный поток. Его смешивают на складах, переплавляют вместе с другим сырьем. Отследить «первый слиток» в тысячах тонн готовой продукции – задача, которая требует тотального контроля всей цепочки поставок. Пока неясно, готов ли Брюссель к такой бюрократической машине.

Парадокс ирландского завода «Русала»

Самое интересное – это ситуация с заводом «Русала» в Ирландии. Предприятие производит глинозем – критически важное сырье для алюминиевой промышленности ЕС. И оно обеспечивает более трети всех потребностей Евросоюза в этом компоненте. Полный разрыв с российским производителем здесь означает не просто неудобство, а остановку заводов.

Поэтому Брюссель пошел на хитрость: ввели переходный период на год. Европейским компаниям разрешили закупать российский алюминий в рамках квоты в 275 тысяч тонн – это около 80% от объема импорта 2024 года. То есть запрет есть, но он не полный. А Лондонская биржа металлов и вовсе заявила, что не будет выдавать гарантии на российский алюминий на складах ЕС, если владелец не докажет, что соблюдает санкции. Но как докажешь, если металл уже переработан?

Резюме от автора

История с алюминием – идеальный пример того, как санкции превращаются в игру в кошки-мышки. Европа хочет нанести удар по российской экономике, но собственный бизнес ищет лазейки, чтобы выжить. Предложение отслеживать «плавку и литье» – это шаг вперед, но он не решит проблему полностью. Пока есть спрос и ценовая разница в 11%, будут и схемы обхода. Москва, кстати, уже заявила, что считает санкции незаконными и неэффективными. И глядя на текущую ситуацию, в этом утверждении есть доля истины. Вопрос не в том, закроют ли лазейку, а в том, как быстро европейцы придумают новую.

По материалам: Антифашист