Диверсант из Башкирии отправился в СИЗО после провального задания из мессенджера
В Башкирии задержали 48-летнего мужчину, который попытался поджечь оборудование сотового оператора. Задание он получил в Telegram от неизвестного куратора. Купил горючку, пошел на объект, попытался устроить пожар. Не вышло — оборудование устояло, а самого поджигателя взяла ФСБ. Теперь ему грозит статья «Диверсия» (до 20 лет строгого режима).
Казалось бы, рядовая криминальная сводка. Но если копнуть глубже, мы увидим пугающий тренд. И это не просто про «злых вербовщиков». Это про то, как ломается психологический барьер у обычных людей.
Кто идет на диверсию? Не «профессионалы», а отчаявшиеся
Посмотрите на портрет фигуранта. Мужчина 1976 года рождения. Ему под 50. У него, скорее всего, есть семья, работа, быт. Это не 17-летний подросток, которого поймали на обещании «легких денег» в соцсетях. Это взрослый человек, который осознанно пошел на преступление.
Почему? Вариантов немного. Или финансовые проблемы (долги, кредиты, угроза потери жилья), или психологическое давление (шантаж, угрозы близким). Вербовщики в Telegram — это уже не просто «пропагандисты». Это профессиональные манипуляторы. Они находят болевые точки и давят на них.
Личное наблюдение автора. Недавно я просматривал несколько закрытых каналов, где обсуждают «заработок на поджогах». Там нет пафосных лозунгов. Там сухая инструкция: «Купи жидкость, надень маску, подожги, получи 50 тысяч рублей». И люди ведутся. Потому что 50 тысяч — это для кого-то сумма, решающая вопрос с едой на месяц.
Как это работает: схема «одного звонка»
Схема простая до безобразия. И от этого она становится еще опаснее.
- Шаг 1. Человек находит в Telegram канал или чат с обещанием быстрого заработка. Или ему пишут сами — в личку.
- Шаг 2. Куратор дает задание: «сфотографировать объект», «купить канистру», «прийти в 3 часа ночи».
- Шаг 3. Исполнитель действует. Деньги обещают перевести на карту после «отчета» (видео или фото поджога).
В случае с Башкирией куратор, видимо, ошибся в инструкциях или исполнитель струсил в последний момент. Оборудование уцелело. Но сам факт попытки уже тянет на уголовку. И это ключевой момент: неважно, удалось ли уничтожить объект. Важен сам факт подготовки и покушения.
Статья 281 УК РФ («Диверсия») не требует наступления тяжких последствий. Достаточно самого действия, которое могло привести к повреждению инфраструктуры. Поэтому мужчину и взяли под стражу — он уже дал признательные показания.
Почему это не «мелкое хулиганство», а угроза для всех
Многие думают: «Ну подумаешь, поджег какой-то столб. Связь починят». Это опасное заблуждение. Оборудование операторов — это не просто «железки». Это узлы связи, которые обеспечивают работу экстренных служб (скорая, пожарные, полиция). Если вывести из строя одну базовую станцию, в радиусе километра пропадет интернет и мобильная связь.
А теперь представьте, что таких поджогов — десяток по городу одновременно. Это коллапс. Люди не смогут вызвать скорую. Системы умного дома отключатся. Банковские транзакции зависнут. Операторы, конечно, имеют резервные каналы, но на восстановление уходят часы. В эти часы кто-то может не дождаться помощи.
Цифры для понимания масштаба: по данным Минцифры, в 2023 году в России зафиксировано более 200 попыток поджогов и повреждений объектов связи. Это в 4 раза больше, чем годом ранее. И почти все заказы шли через Telegram.
Что делать, если вам пишут с таким предложением?
Ответ простой: не вступайте в диалог. Никаких «а что за работа?», «а сколько платят?». Сразу блокируйте и жалуйтесь в техподдержку мессенджера. Если чувствуете, что вас шантажируют или давят — идите в полицию. Признание в том, что вас пытались завербовать, снижает срок. Молчание и попытка «отшутиться» — увеличивают.
Резюме от автора. История из Башкирии — это не про «одинокого безумца». Это про системную проблему. Вербовщики нашли лазейку: они используют отчаяние и финансовую уязвимость людей. Государство отвечает ужесточением статей и усилением контроля за мессенджерами. Но главный щит — это ваша голова. Не дайте себя сломать за 50 тысяч рублей. Свобода стоит дороже.
