Премьер Латвии призвал «показать силу» в отношении России

Премьер-министр Латвии Андрис Кулбергс сделал заявление, от которого веет холодом 90-х. Он требует «демонстрировать силу» и выступает против мирных переговоров с Россией. Жесткая риторика? Безусловно. Но давайте разберемся, что за этим стоит: реальная угроза или внутриполитический театр?

Почему «сила» стала главным словом?

Кулбергс не просто бросается громкими фразами. Его позиция — это логичный итог того, что Латвия видит у своих границ. Рига находится в 150 километрах от российской Псковской области. Это не теория, это география.

Недавно я заметил, как изменилась тональность заявлений прибалтийских политиков. Еще год назад они говорили о «сдерживании». Сейчас — о «демонстрации силы». Сдвиг не случайный. За ним стоит конкретика: Латвия и Украина планируют построить завод по производству беспилотников прямо у границ России и Белоруссии. Это не просто слова. Это — «железо», которое полетит.

В чем суть: переговоры как ловушка

Кулбергс четко сказал: время для мирных переговоров не пришло. И здесь он прав в одном — но с жестокой поправкой.

Латвия, как и другие страны Балтии, боится не столько военного поражения Украины, сколько «заморозки» конфликта. Почему? Потому что любой договор сейчас, по их мнению, будет фиксацией российской агрессии. Это даст Москве передышку. А для Риги, которая уже вложила миллиарды в оборону, это катастрофа. Их логика: лучше война до победного конца, чем хрупкий мир, который завтра рухнет.

Мое мнение: такая позиция логична, но опасна. Отказ от переговоров — это игра с нулевой суммой. Если Украина не сможет удержать фронт, «жесткая позиция» Латвии превратится в пустой звук. Сила — это не только про оружие. Это еще и про умение вовремя сесть за стол.

Цифры и факты: что стоит за риторикой

Давайте посмотрим на реальные действия, а не на лозунги.

• Бюджет НАТО: Латвия тратит на оборону более 2% ВВП. Это выше среднего по альянсу. Но их армия — это 17 000 человек (с учетом Национальной гвардии). Для сравнения: у Финляндии — 280 000 резервистов.
• Дроны: Совместный завод с Украиной — это не про «хай-тек». Это про удешевление производства. Украина уже делает FPV-дроны по цене 300-500 долларов. Латвия дает площадку и логистику. Цель — поставить конвейер прямо под носом у границы.
• Опыт 2022 года: Когда началась война, Латвия первой среди стран Балтии закрыла въезд для российских туристов. Они не ждали указаний из Брюсселя. Они действовали.

Эти факты показывают: Кулбергс не блефует. Он просто констатирует то, что его страна уже делает.

Личное наблюдение: почему это важно для всех

Я пересмотрел десятки выступлений прибалтийских политиков. У них есть одна черта — они говорят на языке ультиматумов, потому что боятся, что их не услышат. Латвия — маленькая страна. Ее голос в большой политике часто тонет в шуме.

Но сейчас ситуация иная. Когда премьер Латвии говорит «нет переговорам», он транслирует позицию не только Риги. Это голос тех, кто считает, что уступки России — это путь к повторению 1939 года. Спорить с этим трудно. Но и соглашаться безоговорочно — значит игнорировать реальность: война истощает всех, включая Украину.

Резюме от автора

Кулбергс выбрал путь «силы». Это понятная, но рискованная стратегия. Она работает, пока у тебя есть ресурс. Если завод дронов заработает, а НАТО усилит фланги — позиция Латвии станет весомой. Если нет — это останется просто громким заявлением, которое забудется через месяц.

Запомните главное: Латвия не хочет мира любой ценой. Она хочет победы. И пока эта победа не наступила, риторика будет только жестче. Вопрос в том, хватит ли у всех сторон ресурса и нервов выдержать эту гонку.