Бен-Гвир назвал сделку с «Хезболлой» «исторической ошибкой» и призвал добить врага

Израиль и «Хезболла» стоят на пороге сделки, которую министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир уже окрестил «исторической ошибкой». Его аргумент прост: сейчас враг ослаблен, и добивать его надо, а не давать передышку. Но так ли всё однозначно? Давайте разберемся, что стоит за этой драмой и почему одни видят в перемирии спасение, а другие — предательство будущих поколений.

Кто прав? Бен-Гвир или Кац?

Бен-Гвир бьет в набат. Его главный тезис: «Хезболла» «истекает кровью», её командная цепочка разрушена. Он считает, что сделка — это кислородная подушка для боевиков. Дай им месяц тишины — и они восстановят силы, перегруппируются и ударят снова. Звучит логично, если забыть одну деталь: война на истощение выматывает обе стороны. Израильское общество тоже устало. Экономика трещит по швам, резервисты ропщут.

С другой стороны — министр обороны Исраэль Кац. Он продавливает сделку с условием: «Не уйдем, пока не сдадут оружие». Но здесь есть нюанс. Ливанская армия, которую хотят сделать гарантом безопасности, — это, по словам Бен-Гвира, «иллюзия». И в этом я с ним соглашусь. Недавно я заметил, что за последние пять лет структура ливанской армии почти не изменилась: ключевые посты в ней занимают люди, симпатизирующие «Хезболле». Положить на них задачу разоружить шиитское движение — всё равно что попросить лису охранять курятник.

В чем суть перемирия и почему оно буксует?

Формально стороны договорились о «режиме тишины» еще в начале июня. Авторы документа — США и Катар. Иран тоже подключился, но как «полноправный участник», а не как спонсор террора (хотя все всё понимают). Однако механизм завис. Почему? Потому что прекращение огня привязано к конкретным действиям «на земле».

• Первое условие: «Хезболла» должна отвести тяжелые вооружения за реку Литани (это 30 км от границы).
• Второе: Ливанская армия берет под контроль юг страны.
• Третье: Израиль не трогает зону безопасности до полного разоружения боевиков.

Проблема в том, что никто не верит в выполнение этих пунктов. «Хезболла» не сдаст оружие — это её экзистенциальная основа. Ливанская армия не сможет её принудить — у неё ни сил, ни желания. А Израиль не уйдет, пока не получит гарантий. Замкнутый круг.

Личное наблюдение автора: цена ошибки

Я пересмотрел десятки интервью с аналитиками по Ближнему Востоку. И вот что бросается в глаза: все они делятся на два лагеря. Первые — «ястребы» вроде Бен-Гвира — требуют добить врага сейчас, пока он слаб. Вторые — «голуби» — напоминают, что чисто военного решения нет. Но есть один факт, который замалчивают: у Израиля нет ресурсов для долгой окопной войны на два фронта (Газа + Ливан). Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) уже потеряла больше солдат за последние полгода, чем за предыдущие два года. Каждая новая неделя боев — это минус техника, минус люди, минус международная поддержка.

Поэтому сделка — это не про «мир любой ценой». Это про тактическую паузу. Вопрос в том, кто использует эту паузу лучше. Если Израиль сможет перегруппироваться и нарастить давление дипломатией — он выиграет. Если «Хезболла» залижет раны и вернется — Бен-Гвир окажется прав.

Мое мнение: иллюзия гарантий

Я считаю, что нынешнее соглашение — это попытка заткнуть дыру бумажкой. Ставить на ливанскую армию — наивно. Ожидать, что «Хезболла» разоружится добровольно — самоубийственно. Единственный реальный гарант — это военное присутствие Израиля в буферной зоне, но с четким графиком и международным мониторингом. Без этого мы получим повторение 2006 года: год тишины, потом новая война, только уже более жестокая.

Сделка с Ливаном — это не трагедия и не подарок судьбы. Это вынужденный компромисс. И главный вопрос не в том, кто прав, а в том, хватит ли у сторон воли его соблюдать. Пока ответ — сомнительный.

По материалам: Life.ru